Лабиринт искажений

Действительно Лабиринт. Множество входов, множество ответвлений и только один выход. Лабиринт разрешает и запрещает, в одно и то же время являясь символом как недопущения, затрудняя путь, так и удержания, затрудняя выход. Достичь центра могут лишь достойные, обладающие необходимым знанием. Те же, кто рискнет вступить в него, не имея этого знания, пропадет в лабиринте

edgar 20 марта 2021 года

Январь 1981 года. Москва.

Ткачев негромко ругнулся, когда за открытой дверью станции «Кузнецкий мост» увидел на площади памятник Феликсу Эдмундовичу. Сколько раз он приезжал в управление и ещё ни разу не вышел там, где надо. Подземные переходы под площадью Дзержинского, словно лабиринт всегда выводили Ткачева на самый дальний выход из метро от мрачноватого и величественного здания центрального управления КГБ СССР. Впрочем, он и был то всего пару раз здесь даже когда жена с ребёнком ездили в «Детский мир» Ткачев предпочитал оставаться дома или на работе. Поскольку ещё никогда поездки в управление КГБ не приносили ему удовольствия.

И сейчас пришлось спускаться в подземный переход и, петляя по коридорам с коричневой плиткой на стенах и полу, искать ближайший к зданию выход. На улице было холодно и ветрено.

С чекистами отношения стали ещё больше натянутыми после дела «на Ждановской». Щёлоков и Андропов итак недолюбливали друг друга, а тут… убийство милиционерами сотрудника КГБ. И вот совершенно неожиданный вызов Ткачева к некому генералу Трефилову. Хорошего ждать не приходилось. Хотя начальство Ткачёва не высказало по поводу его вызова к чекистам озабоченности, вскользь упомянув, что вызов касается дела по разбойным нападениям в Зареченске. Что могло интересовать КГБ в этом деле, Ткачёв не имел ни малейшего представления.

Зареченск городок небольшой. Не сказать, что деревня, но и большим назвать трудно. Правда, в городе и в его окрестностях располагалось довольно много всяких предприятий. И вот месяц назад, аккурат под Новый год начались разбойные нападения на инкассаторов, и к концу января уже было три эпизода. В Зареченске следствие зашло в тупик, хотя сам Щёлоков распорядился в самый короткий срок найти и обезвредить бандитов. Пришлось главному управлению МВД подключать к следствию своего сотрудника, которым и оказался Андрей Викторович Ткачёв. И получив назначение, вместе с этим ещё и вызов в КГБ.

Ткачёва до кабинета Трефилова проводил хмурый и неразговорчивый майор, вызванный на проходную дежурным. В отличие от майора генерал оказался не старым и суровым «пнём», а добродушным и улыбчивым мужиком. Взгляд генерала, конечно, был присущ настоящему чекисту — колючий и пронзительный.

— Это я настоял на вашей кандидатуре, полковник, — после приветствия и рукопожатия сказал Трефилов. — Мои коллеги посоветовали, плюс у вас есть соответствующий допуск. Присаживайтесь. Чай? А может быть кофе? — и загадочно предложил. — С коньячком. На улице не май месяц, а одеты вы не по погоде.

— А не откажусь, — согласился Ткачёв, усаживаясь за переговорный стол. Начало интриговало.

— Элла Аркадьевна, сделайте два кофе, пожалуйста, — попросил генерал секретаря.

Через минуту стройная женщина в элегантной юбке и кофточке с жабо внесла поднос с чашками. Ткачёв проводил её взглядом, заинтересованно рассматривая покачивание округлых бёдер, затянутых в тонкую ткань. «И где они берут таких?!» — подумал полковник, вспоминая секретариат в его управлении. Генерал улыбнулся и достал фляжку с коньяком. Плеснул в кофе.

— Вот какое дело, Андрей Викторович, — сказал он, подвигая чашку к Ткачёву. — Третий эпизод в Зареченске связан с нашей конторой напрямую. То, что я расскажу сейчас, а расскажу много и подробно, не должен знать никто, кроме вас.

— Это очень неудобно, — Ткачёв пригубил кофе. — Как можно скрыть такую информацию от местных?

— Поэтому вы туда и направляетесь.

Генерал вздохнул и почесал лоб.

— Учитывая некие разногласия между нашими ведомствами, решено, что только вы один сможете иметь всю полноту информации.

— Спасибо за доверие, — полковник поставил чашку и облизал губы. — Но как тогда мне работать?

— Это вы решите сами после того, как получите всю информацию. Я буду готов выслушать ваши пожелания.

— Хорошо. И где мне изучить материалы?

Трефилов встал и подошёл к окну.

— Информацию вы получите от меня. Устно. И постарайтесь запомнить…

Ткачёв растерялся — такое было впервые. Чтобы генерал КГБ передавал информацию устно?! Что же там было в этом Зареченске? Он справился с растерянностью быстро.

— Я готов выслушать вас, товарищ генерал.

После разговора с Трефиловым Андрей Викторович вылетел из его кабинета и срочно стал искать туалет. Три чашки кофе с коньяком дали о себе знать.

Всё началось ещё до Московской Олимпиады. В Зареченске, на одном из производств, группа инженеров-радиотехников нашла принципиально новый подход к конструкции решёток антенны. Поначалу исследования не заинтересовали учёных и военных, но результаты испытаний принесли массу неожиданностей. Во время Олимпиады КГБ и милиция работали в усиленном режиме, сотрудников не хватало, и поэтому решили не усиливать КГБ Зареченска новыми людьми. Да и результаты экспериментов, по словам учёных, были, мягко говоря, спорными.

Новаторам дали небольшую лабораторию, приставив единственного сотрудника местного отделения КГБ.

Как раз в тот момент, когда разногласие между двумя силовыми конторами достигло пика, инженеры выдали некое решение и запросили чертежи, чтобы привязать свою конструкцию к изделию. Ученые раздумывали, а в Зареченске произошло первое нападение на инкассаторов. Прокуратура возбудила дело и опера стали рыть землю. Две недели все было тихо, и как-то всё успокаивалось само собой, но тут произошло второе нападение. Первый секретарь горкома доложил наверх, и Щёлоков, находившийся в крайне неудобном положении, разогнал половину Зареченского управления МВД, а вторая половина с пеной на губах занялась круглосуточными поисками бандитов.

А вот здесь и началось самое интересное.

В кулуарах было решено отправить в Зареченск копии чертежей изделия, но только той части, где предполагалось установить новую конструкцию антенны. Параллельно было решено премировать инженеров, чтобы они усиленно повели разработку. И два курьера из КГБ, что везли деньги и копии чертежей, не нашли ничего лучшего, как сесть в инкассаторский автомобиль, который и вёз зарплату работникам предприятия, где базировалось крохотное ОКБ.

Произошло третье нападение.