Чтение онлайн

Было видно, что Дэн внезапно заинтересовался:

— Мы могли бы продать это? Например, на eBay? [2]

— Ой, Дэн, замолчи. Эти вещи бесценны.

Она пробежала пальцами по корешкам — Макиавелли, Мелвилл, Мильтон.

— Они стоят в алфавитном порядке по авторам. Ищите секцию «С».

Они нашли, но испытали разочарование. Книги занимали десять полок, от первого издания Шекспира [3] до Полного собрания сочинений Брюса Спрингстина, но никого, чье имя было бы Ричард.

— Что же такое… — пробормотала Эми. Имя Ричард С… в сочетании со словом РЕЗОЛЮЦИЯ не давало ей покоя. Была какая-то связь, но она никак не могла ее уловить. Когда она не могла что-то вспомнить, это сводило ее с ума. Она прочла столько книг, что порой они перемешивались у нее в голове.

Потом она оглянулась и посмотрела в проход. В конце, свернувшись на коробке на маленьком столике, лежал старый друг.

— Саладин! — воскликнула она.

Кот открыл зеленые глаза и издал звук «Мурр?» без особого удивления, как будто спрашивал: «А, это вы? Вы принесли мне мою красную рыбу?»

Эми и Дэн бросились к нему. У Саладина был самый красивый окрас из всех, что Эми видела в своей жизни, — серебристый с пятнами, словно у миниатюрного снежного леопарда. Хотя… не очень-то и миниатюрного вообще-то, потому что для кота он был просто огромен, у него были большие лапы и длинный полосатый хвост.

— Саладин, что ты делаешь тут, внизу? — Эми погладила его по спинке. Кот закрыл глаза и заурчал. Эми понимала, что это всего лишь кот, но она была так рада его видеть, что чуть не расплакалась. Словно частичка Грейс все еще была жива.

— Эй, Саладин, — сказал Дэн, — на чем это ты лежишь, чувак?

— Мрр, — пожаловался недовольно Саладин, когда Дэн его поднял. Под ним оказалась отполированная шкатулка красного дерева с золотыми инициалами ГК, выгравированными на крышке.

Сердце у Эми подпрыгнуло:

— Это же шкатулка с драгоценностями Грейс!

Эми открыла ее, и внутри оказались личные драгоценности Грейс, которые Эми любила с тех пор, как была маленькой. Грейс, бывало, разрешала ей поиграть с ними — с жемчужным браслетом, с кольцом с бриллиантом, с парой изумрудных сережек. Эми долго не понимала, что эти «игрушки» — настоящее сокровище, тысячи долларов.

Она смахнула набежавшие слезы. Теперь, когда она нашла Саладина и шкатулку с драгоценностями, она чувствовала себя так, словно действительно оказалась внутри самого заветного для Грейс места. Она так скучала по бабушке, что это причиняло боль. Потом она вытащила из шкатулки очень знакомое украшение…

— Боже мой, — сказал Алистер, — это же ее любимое ожерелье, да?

Он был прав. Эми никогда не видела бабушку без этого ожерелья — двенадцать испещренных замысловатым узором янтарных квадратов с зеленым медальоном в виде дракона в центре. Грейс называла ожерелье своим талисманом.

Эми прикоснулась к дракону в центре. И подумала, почему Грейс не была похоронена в этом ожерелье. Это казалось неправильным.

— Эй, — крикнул Дэн, — посмотрите-ка на это!

Эми нашла его за углом. Он держал Саладина на руках и таращился на гигантскую настенную карту, покрытую булавками с разноцветными головками. Цветов было пять: красный, синий, желтый, зеленый и белый. К каждому из основных городов мира была пришпилена как минимум одна булавка. Некоторые районы были унизаны только красными булавочными головками, некоторые только зелеными или синими, в некоторых местах сочетались несколько цветов.

— Она колдовала, вкалывала булавки в земной шар, как в вуду! — сказал Дэн.

— Нет, дурачок, — сказала Эми, — это маркеры, отметки — где что находится.

— Например?

Эми покачала головой. От вида этой карты ее кожа покрылась мурашками.

— Может, что-то, связанное с Кэхиллами?

Она посмотрела на Алистера. Он нахмурился:

— Я не знаю, моя дорогая. Очень любопытно.

Но он не смотрел ей в глаза, и у Эми появилось чувство, что он что-то скрывает.

— Посмотри на Европу, — сказал Дэн, — и на восточное побережье.

Эти районы были утыканы всеми пятью цветами. Эми едва могла различить названия городов под булавочными головками. Если эти булавки означают Кэхиллов, тогда выходит, что они были родом откуда-то из Европы, а потом распространились по всему миру, особенно по Северной Америке.

Потом она подумала: Европа. Колонии. Северная Америка. Имя Ричарда С… снова возникло где-то в уголке памяти, пытаясь найти выход. Имя XVIII века, кто-то, кто писал резолюции…

Внезапно она развернулась и побежала вдоль ряда полок.

— Эй! — крикнул Дэн, и Саладин выскользнул у него из рук. — Эми, ты куда?

— Секция «Ф»! — крикнула она.

— «Ф» — в смысле «финиш»?

Она подбежала к полкам, на которых имена авторов начинались на «Ф», и тут же нашла ее — крошечную книжечку, такую зачитанную, что она разваливалась на части. Обложка была украшена красно-белой ксилографической печатью колониальных фермеров. Название было едва различимо, но она все же разобрала его: «Альманах простака Ричарда», 1739 год, Ричард Сондерс.

— Ну конечно! — воскликнул дядя Алистер. — Очень хорошо, моя дорогая, просто прекрасно!

Против воли Эми покраснела от гордости.

— Подождите-ка, — сказал Дэн, — если эта книга написана Ричардом Сондерсом, что она делает в секции «Ф»?

— Ричард Сондерс — это псевдоним, — объяснил дядя Алистер.

Дэн сдвинул брови:

— Ложноножка?

Эми захотелось стукнуть его, но Алистер терпеливо сказал:

— Нет, мой милый мальчик. Ты перепутал со словом «псевдоподия». Псевдоним — это вымышленное имя, nom de plume — литературный псевдоним, за которым прячется истинный автор. Эта книга была написана очень известным человеком.