Чтение онлайн

Гривус на ходу вынул из складок развевающегося плаща два световых меча. Когда киборг активировал клинки, Мейс уже атаковал. Казалось, он находился повсюду: отбивал выпады двух световых лезвий генерала, наносил удары с разворота по искусственным ногам, целился клинком в лицо.

При соприкосновении световые лезвия щёлкали, шипели, создавали вспышки ослепительного света. Мейс задумался о том, кому из джедаев могли когда-то принадлежать клинки Гривуса. Сила удерживала джедая на крыше вагона, а что касается генерала, то ему не уступить сильнейшему напору ветра помогали электромагниты. Однако киборгу такая связь с поверхностью мешала в той же мере, в какой и помогала, поскольку Мейс не оставался подолгу на одном месте. Снова и снова три клинка сталкивались в вихре выпадов и блоков.

От Ки-Ади Мунди и Шаак Ти Мейс уже знал, что Гривус хорошо изучил искусство боя на мечах. В генеральских умениях и технике он опознал руку графа Дуку. Таких сильных ударов Мейсу никогда не приходилось отражать, а скорость Гривуса была поразительной.

Но киборг не знал Ваапад — технику, которая заигрывает с тьмой и которой превосходно владел Мейс Винду.

В хвостовой части вагона пара МагнаСтражей совершила ошибку, сломя головы бросившись в бой против Кита Фисто. Клинок наутоланина превратился в шквал ослепительного синего света. Шесты из фрикового сплава, способные сопротивляться потоку энергии светового меча, были мощным оружием. Но, как и любому оружию, им была необходима цель, а Кит просто не давал им возможности для удара. Двигаясь так, что ему позавидовала бы и танцовщица-тви'лека, он выписывал круги вокруг Стражей, и с каждым витком отрубал по конечности: левые ноги, правые руки, правые ноги…

Скорость мчащегося поезда довершила дело: дроидов смахнуло в каньон, как насекомых с ветрового экрана гравицикла.

Компьютеры, подчинявшиеся органическому мозгу Гривуса, заметили потерю союзников, но это не отвлекло генерала и не замедлило его движений. Ноги киборга оказались под ударом. Компьютеры проанализировали технику боя Мейса и подсказали хозяину сменить позицию и стойку, а также угол парирования, направление ответных ударов и выпадов.

Результатом всех этих ухищрений явился, конечно же, не Ваапад, но что-то довольно близкое, и Мейсу не хотелось бы продолжать бой дольше, чем было необходимо.

Припав к поверхности, он направил клинок вниз и прорезал крышу вагона, проведя мечом перпендикулярно направлению движения Гривуса. В удивлённом взгляде рептильих глаз Мейс прочитал, что, при всей своей силе, ловкости и смелости, живая часть Гривуса не всегда ладила с металлическими сервоприводами. Несомненно, Гривус — когда-то бесстрашный командир наделённых разумом солдат — осознал то, что сделал джедай, и пожелал отшагнуть в сторону, тогда как Гривус нынешний — командующий дроидами и другими боевыми машинами — признавал лишь один исход: проткнуть противника двумя клинками.

Левый коготь Гривуса соскользнул в проделанную Мейсом дыру и утратил магнитную опору на крыше. Генерал споткнулся. Припав к кровле, Мейс был готов вонзить меч в живот Гривуса, но какое-то шестое чувство, внезапно возникшее в киберсинапсах генерала, заставило его изогнуться всем телом, и если бы этот манёвр достиг своей цели, голова Мейса улетела бы в каньон.

Вместо этого Мейс отпрыгнул, Сила отнесла его туда, где он оказался вне досягаемости разящих клинков, и в этот момент Гривус сделал один-единственный неверный шаг.

Генерал провалился за край вагона, крутясь и извиваясь в полёте. Мейс попытался отследить его искривлённую траекторию, но не смог.

Упал ли он в каньон? Удалось ли ему вонзить дюраниевые клешни в бок вагона или схватиться за рельс магнитной дороги?

У Мейса не было времени разбираться. Канонерка в ста метрах от него втянула шасси и взмыла с крыши на репульсорных двигателях. Беспорядочная стрельба одного из штурмовых кораблей вынудила транспорт сепаратистов броситься в сторону и спикировать; преследователь повис у него на хвосте. Мейс и Кит с ужасом наблюдали, как два корабля начали кружить вокруг летящего на полной скорости состава, непрерывно обмениваясь выстрелами. Увернувшись от острого носа поезда, в котором находились приборы управления, канонерка обозначила вираж на запад, но в следующее мгновение ринулась в противоположную сторону.

Однако республиканский штурмовой корабль, отследивший мишень в западном направлении, успел выстрелить.

Рой смертоносных штрихов пронзил систему управления, и поезд начал падать.

Мысленный взор Энакина, заживо похороненного во тьме, распространялся всё шире.

Он видел, как к Падме подкралось высокое мрачное существо с механической головой, балансируя на грани бездонной пропасти, и её мир перевернулся. Внезапная атака. Противники сходятся в рукопашной. Земля и небо объяты огнём, а воздух наполняется дымом, который скрывает всё.

Смерть, разрушение, ложь… Лабиринт обмана. Его мир перевернулся.

Он задрожал, будто окунулся в сжиженный газ. Одно прикосновение разобьёт его на миллион осколков.

Страх за Падме рос, пока не заслонил собой всё остальное. В ушах послышался голос Йоды: Страх ведёт к гневу, гнев — к ненависти, ненависть — к тёмной стороне…

Он так боялся потерять её и при этом так боялся за неё держаться, что боль от этого противоречия разрывала его и заставляла жалеть, что он вообще появился на свет. Облегчения не было даже в Силе. Квай-Гон говорил, что ему надо сделать свою цель реальностью. Но как это сделать?

Как?

Квай-Гон умер — хотя маленький Энакин считал, что джедаи не должны умирать…

Рядом зашевелился и закашлялся Оби-Ван.

— Здорово у тебя получается всё крушить, — сказал он. — На Вджуне для этого тебе потребовалась граната, а здесь оказалась лишней и она.

Энакин прогнал видение.

— Я же говорил, что становлюсь сильнее.

— Тогда будь любезен, вытащи нас отсюда.

При помощи Силы — а также своих рук и плеч — они раскидали обломки и выбрались наружу. Поднялись, с головы до ног покрытые белой пылью, и уставились друг на друга.

— Давайте же, — подначил Энакин. — Если не вы, тогда скажу я.

— Если настаиваешь… — Оби-Ван шмыгнул, прочищая нос. — Сейчас начнётся ностальгия по Нейосу III…

— Ещё раз и с выражением.

— Как-нибудь потом. Сначала Дуку.

Перепрыгивая через остатки купола, части дроидов, обломки мебели и перевёрнутые стеллажи с голодокументами, они бросились к посадочной платформе и достигли её как раз вовремя, чтобы увидеть, как шлюп Дуку вместе с десятками сепаратистских транспортов растворяется в пространстве.