Чтение онлайн

Левый отводок выглядел уже и ниже, поэтому свернули направо. Точно такой же перекресток увел снова вправо, но следующий - налево. Друзья для надежности на каждом повороте усердно бороздили пыль, прокладывая не отпечатки, а настоящую сдвоенную лыжню. По такой никогда не заблудишься, если даже шнурок порвется! Но шпагат не рвался - он покорно разматывался, на поворотах перетягиваясь от угла к углу.

– Через полчаса назад, - поставил условия Славка.

И пояснил, почему. Заряд фонаря рассчитан на три часа, это точно - прочитал в инструкции. А заряжали его вчера, так что света хватит с гарантией.

Засекая время, Тим споткнулся и едва устоял. Чуть заметная неровность перед его ногой отлетела вперед, подняв тучу пыли.

– Ни фига себе, - изумился Славка, присев на корточки перед находкой, - ты понял? Смотри!

В его руке очутился прямой короткий меч. Совершенно ржавый, но даже в таком виде очень грозный. Ручка удобная, не выскользнет - круглое навершие не даст. И что-то на кругляше выбито, типа чеканки.

– Дай, - требовательно протянул руку друг, - я нашел. Я и понесу.

Кто бы спорил! Они поменялись местами, чтобы меч - в правой руке, а палка с полупустой бобиной шпагата - в левой. Обрадованные первой находкой, мальчишки ускорили шаг, потом Тим предложил:

– А бегом?

Друзья припустили во весь опор, но скоро уткнулись в тупик.

– Неслабо обломились, - возмутился инициатор пробежки.

Славка глянул на Тимкины часы:

– Всё, время. Шпагат тоже кончается. Возвращаемся, - и показал пример.

Спутник запротестовал было, но фонарём-то распоряжался не он! А в темноте оставаться - что за удовольствие? Тимур предпринял обходной маневр:

– Слав, фонаря ещё на два часа. Чего ты?

– Папа говорит, двойной запас и нужен. Помогай сматывать, крути быстрее!

Друг сунул меч подмышку, рукояткой вперед. Машинально глянул на чеканку навершия - что-то знакомое, да разглядывать некогда. Ладонью толкнул катушку, собирая шпагат, сменил тему:

– А где вы с Русаной провалились, мечи были?

– Говорил же, - отмахнулся Славка, - только сабли. Ты же всё равно не веришь...

На свежую обиду Тима наложились недоговорённости минувшего года:

– Что ты мне, как придурку - говорил же, говорил же?! Я тебе кто? Друг или нет?

– Чего завёлся-то?

– А то! Говорил он! Только переспрашивал - ты мне веришь или нет? А сам лепил про волшебников, про чудеса! Срез времени, как же!

Сейчас на Славку обижался не Тимур Ашкеров, просто себе одноклассник, а друг, который с прошлой осени ждал откровенности и не дождался. Да ещё сегодняшний поход в катакомбы сорвался - и опять из-за Славкиного характера! Ну, немножко, совсем немножко, капелюшечку самую злился Тимур из-за чёртовой катушки, на которую надо собирать шпагат! Да ещё меч выскользнул на пол! Подняв его, мальчишка крикнул:

– Нету чудес, нету, нету, нету! Были бы, то для всех! Всегда!
– И наотмашь рубанул стену, отводя душу.
– Раз, и ты там! Два, и ты здесь!

Быстров-младший молчал. Он не обижался, ни на врачей с учителями, ни на родителей. И на Тимку - тоже. Что поделаешь, если в этом времени никто никому на слово не верит! Даже на честное-пречестное. Славка слушал упрёки и думал: 'Вот и говори после этого правду! Никто, даже лучший друг...'

Зато в Затулье - поверили сразу! Ждан и Дара, Борун и Гера. И Олен, замечательный изобретатель. 'Эх, если бы можно было, как Тим говорит, туда и сюда, когда пожелаешь, - на секунду замечтался Славка, даже амулет потрогал, воображая, что в него волшебная кнопка встроена, - но не одному, а всем, кто хочет. Я бы Тимку взял, показать, как там...'

Красивая мечта складной картинкой мелькнула в воображении. Словно кино прокрутилось, рекламой - 'скоро на экранах!' Но кнопки на амулете нет, и 'кина' не будет тоже. Вот Быстров-младший и остудил друга:

– Толку-то от прошлого! Я о нём стараюсь не думать. Ну, вернулся ты, а никто не поверит, как мне! И вообще, туда - полдела. Вот назад - это не баран чихнул. Замахаешься без волхвов! Так что, не надо о прошлом...

– Надо! Если бы я попал, то набрал бы там всякой всячины, а не только ножик, как ты, - Тим почувствовал готовность друга к откровенности, моментально успокоился, потребовал подробностей, поклялся, что поверит.

Шпагат сматывался на бобину, Славке вспоминал. Привирал, конечно, но очень правдоподобно. Окончательно сразил Тимура полёт руса на боевом щите:

– ...тут он резко - вжик, и скок, скок, типа, блинчиком по воде. Хвать щит за край, и на себя! Тормозит, а трава ошмётками в стороны! Как даст сейчас - я всмятку! А он - тык! Как вкопанный! Ты бы в штаны наложил!

– И ничего не в штаны!
– Отрёкся друг от позорного предположения, но сомневаться в способностях летающих арьев не стал, только посетовал.
– Нам бы так? Прикинь, учительская, а ты в стекло - привет! Классуха в отключку, завуч под стол, а ты в класс - тук-тук, Славка-Бэтмен прибыл!

В подземелье картинка эффектного прибытия выглядела настолько смачно, что Тимур примерил её на себя: 'А если б я? У-у-у, вообще!' И полностью поверил другу, словно сам побывал в Затулье. Истаяло, растворилось отчуждение, рухнул невидимый забор, что возвели пугливым шепотком учителя: '...дети спятили... от страха... их одурманили...'

– Ты знаешь, Слав...

– Знаю, Тим.

И всё. Они поняли друг друга, как братья-близнецы. Даже крутить катушку стало легче - попеременно толкай ладонью, и всё. Шпагата намоталось прилично, значит, выход скоро. Фонарь слабел, но чудища - порождения тьмы, и не собирались появляться. Тимур снова зажал подмышкой меч - пусть рука отдохнёт. Находка изрядно весила, но грела душу. И вдруг мальчишка сообразил - чеканка навершия похожа на птицу: 'Как у Руськи и Славки! Это мне привет из прошлого!' Зависть к одноклассникам, или не зависть, а острое желание попасть туда, в заманчивое прошлое - пронзили мальчишку, аж в жар его бросило.

Следы сделали очередной поворот и упёрлись в стену.

– Э? Откуда?

Глава шестая

В поисках выхода

– Опа!
– Изумился Тимур.
– Мы туда свернули?

– Чего несёшь-то, вот следы!

– Значит, сверху рухнула, - друг выдвинул предположение, - так всегда бывает. Глянь, как ровно!

– Упала?

Отпечатки выглядели, словно обрезанные наполовину. Славка поднял конец шпагата, лежавший впритык к стене, рассмотрел. Ровный. Значит, не порвался. Толкнул преграду, надеясь распахнуть её, как дверь. Та, естественно, не шелохнулась.