Чтение онлайн

– Я думал, что ты притащишься сюда еще раньше, – весело заметил Флэш. – Мы вроде собирались на корыто твоего старика.

– Ты опоздал на яхту, – величественно заявила Олимпия. – На ней мы с моим мужем.

– Ты говоришь... ну прямо как королева, – крякнул Флэш.

– А где юная женушка? – спросила Олимпия, и ткань на груди ее платья опасно натянулась.

– Перестань, бэби, – запросто отмахнулся Флэш. – Я не люблю, когда мне напоминают о прошлом.

– Но ты женат, не так ли? – настаивала она.

– Ага. А ты теперь тоже завела себе старика, так что мы квиты. Верно?

– Давай потанцуем, Флэш, – попросила блондинка, проводя аккуратными алыми ноготками по его затянутой в кожу ляжке.

– Не здесь, киса, – ответил он голосом, в котором звучало: «Разве ты не знаешь, что звезды рока ничего не делают в общественных местах за бесплатно?»

– Тогда где? – логично поинтересовалась она.

– Хочешь ширнуться, Флэш? – спросил фабрикант одежды, вне себя от счастья, что находится так близко от своего кумира. – За счет фирмы.

Он попытался отпихнуть Олимпию в сторону, но она стояла как скала.

Флэш встал.

– Что бесплатно, то по мне. Простите, детки, нам надо прогуляться.

Он широким жестом обнял за плечи своего нового друга, едва державшегося на ногах от восторга, и оба удалились в мужской туалет.

– Черт! – прошипела Олимпия.

Ленни наблюдал за происходящим из противоположного конца зала. И ничего не испытывал. Да и с какой стати?

Скоро от его союза с мисс Станислопулос останется лишь воспоминание. И чем скорее, тем лучше.

По прибытии в Нью-Йорк, Лаки первым делом позвонила Джино.

– У меня есть сюрприз для тебя, дочка, – сообщил он. – Приезжай в «Пьер» к пяти тридцати.

Во вторую очередь она позвонила своим адвокатам и расспросила о земельной сделке в Атлантик-Сити. Все шло как надо: еще несколько подписей – и желанная недвижимость перейдет в ее собственность.

Она пребывала в восторженном состоянии. Теперь-то начнется самое интересное. Создавать новый отель с ноля – трудная, изнурительная, но в конечном итоге благодарная задача. Уж она-то знает – она уже строила «Маджириано».

О... работа!

Лаки чувствовала себя готовой. Слишком долго она бездельничала. Полностью погрузиться в проект – вот что ей сейчас нужно. Тогда она сможет отвлечься от мыслей о Димитрии и его не столь уж невинном романе. И перестанет думать о Ленни, с которым явно перешла все границы. Теперь, когда она вырвалась с яхты и обрела возможность смотреть на вещи трезво, ей стало ясно, что связь с Ленни – чистое безумие. Он женат на Олимпии – уже достаточная причина, чтобы держаться от него подальше. Но он к тому же и не просто минутное увлечение. У нее было чувство, что он – именно тот человек, который может заставить ее забыть Марко...

И что, если действительно заставит?

Нет, спасибо. Она больше не желала испытывать подобных переживаний. Они несли с собой слишком много боли. Лучшее, что она могла сделать – это забыть Ленни Голдена. Именно так она и собирается поступить.

Через три часа она явилась в «Пьер». В последний раз Лаки навестила Джино в его любимом номере нью-йоркского отеля в тот вечер, когда ее брат Дарио погиб на улице от пули неумолимого убийцы.

В лифте мужчина в темно-сером костюме поинтересовался, не манекенщица ли она. Лаки смерила его долгим холодным взглядом.

– Нет, – медленно процедила она. – А вы?

Он смешался: Ему было пятьдесят два года, и его дети уже подросли. Как у нее хватило наглости спросить, не манекенщик ли он? Ну и нахальная девица. Он вышел на четвертом этаже, больше не произнеся ни слова.

Джино обнял ее и подмигнул.

– Как в добрые старые времена, а? – Он ухмыльнулся. – Посмотри, кто у меня есть для тебя?

– Дядя Коста! – радостно воскликнула Лаки. – Что ты здесь делаешь?

Они обнялись, и Коста объяснил, каким настойчивым бывает порой Джино.

– Поездка в большой город – не такая уж плохая идея, – признался он. – И как я мог устоять перед возможностью увидеться с тобой.

Она засмеялась счастливым смехом.

– Дядя Коста, ты просто замечательный сюрприз!

Но сюрпризы еще не кончились. Джино решил устроить для старых друзей обед в итальянском семейном ресторане в Куинсе. Присутствовали Альдо и Барбара Динунцио – она маленькая и хрупкая, а он жирный и благодушный, как обленившийся кот. Еще их взрослые дети с супругами, плюс целый выводок внучат. Другие шестнадцать человек гостей сидели вокруг стола, пили дешевое красное вино, отдавали должное восхитительной пицце, за приготовлением которой Барбара лично присмотрела на кухне (ресторан принадлежал ее кузену), и завершили пир «спумони», любимым мороженым Джино.

Лаки уже много лет не видела никого из приглашенных.

Джино тоже, и за столом царило дружелюбие и веселье.

– Я очень хочу, чтобы вы увидели моего сына Роберто, – гордо объявила Лаки Барбаре. – Он великолепен, восемнадцати месяцев от роду и просто великолепен! Вот сами посмотрите!

Старая женщина, знавшая и любившая мать Лаки, крепко пожала ее руку.

– Как жаль, что здесь нет Марии, – печально проговорила она. – Она была такая красавица. И такая добрая. Нам всем так ее не хватает.

– Эй! – воскликнул Джино, заметив тень, набежавшую на лицо Лаки. – Мы сейчас разговариваем о настоящем, а не о прошлом. Стоит вам взглянуть на Роберто, и вы поймете, что он истинный Сантанджело. Он похож на меня как две капли воды.

Лаки прогнала прочь грустные воспоминания и улыбнулась. Ей нравилось, когда отец хвастался Роберто.

– у него мои глаза, мои волосы, – не унимался Джино. – Верно, Лаки? Верно, дочурка?

Она дотронулась кончиками пальцев до брошки в форме пантеры, которую он подарил ей. Со дня своего рождения она постоянно ее носила, в то время как бриллианты Димитрия пылились в сейфе.