Ласка скорпиона
Шрифт:
– Слушаюсь, сэр.
Он вновь бросил взгляд на экран.
– Вы отлично поработали, – сказал он. – Отлично поработали над грязным делом.
Мира тоже встала.
– Вы не откажетесь меня подвезти?
– Разумеется. «Беспокоится о нем, – поняла Ева. – И не она одна».
Она повернулась к присутствующим.
– Все свободны.
– Погоди, погоди! – Уэбстер недовольно покачал головой. – Думаешь, ты можешь выпихнуть меня вот просто так? Выгнать меня отсюда, прежде чем напарница и электронная команда доложат тебе об успехах?
– Им не о чем докладывать. Верно?
– Ровным счетом ничего, – подтвердил Фини.
– Объявили распродажу кашемировых свитеров, – включилась в игру Пибоди. – Правда, для меня все равно дорого. В сети магазинов «Натурале». Но ты ведь не об этом спрашивала?
Ева холодно взглянула на Уэбстера.
– Похоже, мы закончили.
Он еще раз упрямо покачал головой и скрестил руки на груди.
– Прошу меня извинить. Оставьте нас с лейтенантом Уэбстером на несколько минут.
Все потянулись к дверям, зашаркали ноги. Только Рорк не сдвинулся с места, так и стоял, прислонившись к стене. Ева послала ему взгляд, сумев вложить в этот взгляд извинение и досаду. Рорк оттолкнулся от стены.
– Руки не распускай, парень, – шепнул он, проходя мимо Уэбстера. – А то в этом раунде я дам ей тебя поколотить. Она куда злее меня.
Уэбстер вскочил, хмурясь. Но сунул руки в карманы.
– Ты меня выдавливаешь, Даллас.
– Я тебя выдавливаю? Да ты сам только что пытался отнять мое дело!
– Грязные копы – дело БВР.
– Не вешай мне на уши эту бюрократическую лапшу. Если бы я не понимала, что БВР должно принимать в этом участие, я бы тебя не пригласила, и ни черта бы ты не знал.
– Но я играл по твоему сценарию, вместо того чтобы немедленно проинформировать своего капитана. Мне до смерти надоело это отношение, будто мы не копы, не настоящие копы.
– Я никогда не говорила, что ты не коп. Но, уж ты меня извини, ты уже уголовный коп. Ты сделал свой выбор, Уэбстер. У тебя своя работа, согласна. Но и у меня своя работа. И ты не отберешь у меня расследование.
– Тебе нужен арест? Без проблем. Я позабочусь, чтобы все заслуги принадлежали тебе.
– Надо бы пнуть тебя в задницу за такие слова. – У Евы и впрямь кулаки сжались сами собой. – Да пошел ты, Уэбстер. Да пошел ты к чертовой матери, если думаешь, что все дело в аресте и в заслугах, если думаешь…
– Да ничего я не думаю! Не думаю, – повторил он, растирая рукой затылок. – И это был дешевый выпад. Извини.
Ева опять выругалась и принялась расхаживать взад-вперед.
– Я могла вообще без тебя обойтись.
– Да, похоже, ты без меня уже обошлась. На словах ты крысу уважаешь, но нового сыра ей не даешь.
– Что? – повернулась к нему Ева.
– А почему я только этим утром узнаю, что Гарнет на тебя наехал? Я даже не знал, что ему выпал такой шанс, потому что ты ездила поговорить с кем-то из людей Рене.
– Лайла Стронг не из ее людей.
– Она член команды, – возразил Уэбстер, – и ты обязана была проконсультироваться со мной, прежде чем к ней ехать. Я лишь сегодня услыхал, что Рене пустила за тобой хвост. И о Гарнете я ничего не знал.
– Я доложила командиру… – начала Ева.
– Ну и кто кому лапшу на уши вешает?
– Только не я. Доложить командиру – мой первый долг. А тебе я не хотела звонить по каждому поводу, потому что ты был… занят. С Дарсией.
– У тебя проблемы со мной или с Дарсией?
– Нет. Боже! – Ева с досадой взлохматила волосы. – Ничего я от тебя не скрывала. Я своей напарнице не позвонила: не сочла нужным. Я не позвонила тебе по той же причине. К тому же я думала, что делаю тебе большое одолжения. Высвободила тебе вечер… пойти в театр. В музыкальный театр.
С минуту он глядел на нее молча, потом успокоился, сбросил бойцовскую стойку.
– Да, пожалуй… Одолжение ты мне сделала. Ценю. Но я коп и Дарсия тоже. Ты же понимаешь, антракт… в музыкальном театре – это часть нашей профессии.
– И что бы ты предпринял, если бы тебя… прервали?
– Да, в общем-то, ничего. Но я имел бы время лучше все обдумать, хоть сориентировался бы в обстановке.
– Отлично, в следующий раз я тебя прерву. И если этот перерыв придется на грандиозный спектакль с хором и массовкой, благодарить будешь только самого себя.
Уэбстер засмеялся.
– Я всегда питал к тебе слабость, ты же знаешь…
– Ой, ради…
– Да не в том смысле! – Уэбстер на всякий случай попятился. – Только не бей меня и не спускай всех собак. Я с тобой не раз работал, мне нравится, как ты мыслишь. Даже когда я не согласен. Мне нравится, как ты вцепляешься в дело зубами и не отпускаешь, пока не выплюнешь кость. Ты крутая, Даллас, вот потому-то ты мне и нравишься… помимо всего прочего. В те пару раз, когда мы с тобой работали над одним и тем же делом, тебя нельзя было назвать командным игроком.
«Может, и нет, – подумала Ева. – Безусловно нет».
– Я не была начальницей. Командное положение все меняет, потому что люди зависят от тебя, приходится не просто работать самой, а стоять во главе команды. Я… много чего не умела по многим причинам. – Ей вспомнилась прогулка с Рорком по саду летним вечером. – Я уже не та, какой была тогда.
– Верно. Да и я уже не тот. – Уэбстер протянул ей руку. – Мир?
– Посмотрим. – Ева взяла его руку. – Попробуй только отнять у меня дело, я опять схвачу твою руку. И оборву по самое плечо.
Уэбстер усмехнулся.
– Иди займись командной работой.
– Я тебе поверю, потому что мы с тобой уже в разных переделках побывали. Если хочешь, можешь остаться на вторую часть брифинга. Садись. Я скоро вернусь.
– Да нет, я пойду, но спасибо за доверие. Мне нужно кое-чем заняться перед нашей встречей с командиром.
– Ладно, тогда и увидимся.
Ева подошла к кабинету Рорка, открыла дверь и закрыла ее за собой.
– Спасибо, что дал мне с ним поговорить.
– На здоровье. И…