Ласточки
Шрифт:
Все ее мечты сбылись. Они так хорошо жили, и все же…
Иногда ей было одиноко. И она просто умирала от скуки. Но все же нужно придумать, что подарить Грегу на день рождения.
Направляясь к автостоянке, она заметила новую фотостудию «Йоркшир портрейт гэлери». В витринах были выставлены красивые фото девушек в вечерних платьях с широкими поясами. Снимки в золоченых рамках были раскрашены вручную, и у нее возникла идея.
Она подошла к девушке за стойкой и договорилась о приезде в субботнее утро. Вот он, сюрприз ко дню рождения Грега! Она снимется в студии, а фото в позолоченной рамке повесит на стену. Но в таком случае Бебе нужно красивое платье.
Глория побежала в «Маршалл и Снелгроув» и купила несколько нарядных платьиц, чтобы втайне примерить их на девочку. У нее самой будут новые прическа, макияж и костюм, и Грег точно придет в восторг от такого необычного подарка!
– Мне просто не может быть тридцать! – громко вздохнул Грег. – Куда улетело время?
Наверное, время прошло, пока он осуществлял свои мечты.
Он посмотрел в сторону двора, где на солнышке сверкал его красивый красный «Ягуар». На вешалке висело пальто с этикеткой «Кромби»: на улице все еще было холодно. Его антикварный дубовый письменный стол был усеян счетами и накладными. На столе в серебряной рамке стоял снимок совсем еще маленькой Бебе.
Он все еще помнил тот восторг, который охватил его, когда он впервые взял на руки маленький круглолицый комочек с чубчиком рыжих волос. Девочка моргнула глазками, Грег влюбился с первого взгляда и стал ее рабом. Отныне он готов был работать двадцать четыре часа в сутки, лишь бы она по вечерам бросалась ему на шею.
Он мельком увидел статью о Мадди и, когда Глория отвернулась, вырезал ее. Теперь она будет храниться в ящике стола.
И тут на него нахлынули воспоминания о днях рождения в «Олд Вик»: они сидят на дереве, надувают шары и получают подарки из американских посылок с чудесными комиксами!
Он рад, что хостел по-прежнему существует. Только Мадди могла придумать нечто подобное! Он немедленно послал деньги в фонд помощи венграм!
Иногда он допоздна засиживался в офисе, оттягивая момент возвращения домой, к Глории, которая к его приходу обязательно накрасится и побежит подавать ужин. Фу-ты, ну-ты, как в лучших домах. Бедняга, она тратила деньги так, будто завтра уже не будут продаваться ни обои, ни ковры, ни модные торшеры. Хотя сама же портила впечатление от дома, выставляя на подоконнике восковые цветы, хотя в саду полно живых.
Он предложил ей пойти на курсы флористики, но, получив в ответ обиженный взгляд, поспешил сменить тему.
Что это? Неужели супружеская жизнь – это сверкающий дом, красивый ребенок, тюлевые занавески и секс субботней ночью и то, если повезет? Как случилось, что жизнь стала такой предсказуемой?
Иногда он чувствовал себя так, словно попал в ловушку собственных амбиций. Он хотел иметь жену и детей, чтобы было, о ком заботиться, но, когда сворачивал к дому, сердце тоскливо сжималось. Конечно, с его стороны это несправедливо и нечестно по отношению к Глории, которая никогда не причиняла ему зла.
Ведь он знал, когда женился, что берет простую девушку из простой семьи, брошенную в поезде матерью-кукушкой. Она сумела подняться над своим окружением. Получила уютный дом. Модно одевалась. Он знал о ней все. Спас ее, когда она попала в переплет, и она так его любила!
Они слишком поспешно поженились, и Бебе стала ребенком медового месяца. Доктор сказал, что роды были очень тяжелыми. Если бы только она родила мальчишку! Того, кому можно рано или поздно передать бизнес. Не Бебе же управлять компанией!
Было уже поздно, темно, и последние рабочие ушли. Но кто-то забыл выключить свет в каморке, служившей чем-то вроде комнаты отдыха. Здесь пахло опилками, смазкой для осей, средством для очистки рук «Swarfega», грязными полотенцами и пропотевшими и промасленными комбинезонами. Сюда он почти никогда не заходил, разве что по приглашению. Здесь стояли большие кружки с коричневым чайным налетом внутри и белыми кружочками давно прокисшего молока, повсюду были разбросаны газеты и журналы с девчонками – обычный мужской набор.
На стене висел календарь, из тех, что приходят в коричневых конвертах из оберточной бумаги: подарки шинных, ремонтных компаний и фирм по производству автомобильных аксессуаров.
Что тут на этот раз?
Грег улыбнулся. Календарь старый. Разве не плохая примета оставлять его на стене? Или, наоборот: плохая примета – слишком рано вешать новогодний календарь?
Он начал перелистывать страницы, разглядывая позирующих бедняг: руки раскинуты, сиськи и зады выставлены напоказ. Никакого простора для воображения!
Представить только, что многие девушки делают это ради заработка!
Но Грег все равно продолжал переворачивать страницы. Некоторые позы граничили с неприличными: мисс Май… мисс Июнь… и тут его взгляд упал на совершенно голую мисс Октябрь. Нагота была слегка прикрыта сухими листьями. Но ярко-рыжий треугольник внизу живота и роскошные медные волосы были украшены ягодами.
Сердце Грега учащенно забилось. Быть этого не может! Должно быть, это двойник Глории!
Но этот чувственный всезнающий взгляд, который так хорошо был ему знаком…
На него смотрело лицо жены.
Ему захотелось блевать. Как она могла сделать это?!
Он сорвал календарь со стены, сунул его в портфель и помчался домой, не забыв хлебнуть «Блек хорс».
Бебе не ложилась, чтобы отдать папочке подарок. Она была так возбуждена, что то и дело подбегала к окну, посмотреть, не едет ли машина. Глория поглядывала на часы. Она сделала его любимую жареную индейку с гарниром, купила специально замороженный дорогой бисквит с кремом и вставила в него свечи. Подарок был завернут в яркую бумагу.