Шрифт:
Часть 1. Отмороженный
Снег был странный. Нет, те сугробы, которыми был покрыт весь коттеджный поселок, были самые обычные – огромные, белые и очень дорогие в уборке, ведь на этот дорожный тупичок не распространялись услуги дорожной компании.
А этот снег был странный. Он шел только в одном месте – в двадцати метрах от Светиного дома, на узкой полосе свободного пространства между поселком и лесом. Исключительно в круге диаметром не больше метра. Падал и падал невесомыми хлопьями будто из ниоткуда.
Света заметила это совершенно случайно, глянув в окно на потрясающей красоты заснеженные ели. И теперь наблюдала за странным явлением уже почти час, забыв, что собиралась наряжать елку.
Что за чудо природы? Как будто в небе дыру пробили, и теперь из нее тонкой струйкой сыплются снежинки. Сугроб получался почти идеальной конусной формы – благо, ветра, способного раздуть ледяные крупинки, не было.
За час кучка выросла до полутора метров, ощутимо возвысившись над прочим снежным пейзажем. Света давно уже бросила все домашние дела и, как завороженная, глядела в окно.
Девушка всегда любила красоту родной природы – для того и коттедж купила себе на отшибе. К тому же, она была писателем-фантастом, и привыкла, что необычное случается только в ее книгах, так что сейчас наблюдала за маленьким чудом, открыв рот. Но когда последняя снежинка опустилась на землю, и сугроб вдруг шевельнулся…
Света вскочила и поторопилась укрыться за шторой. Ей вдруг стало страшно. Можно сколько угодно писать, читать или смотреть фантастику, но когда видишь что-то необычное в реальной жизни, это шокирует.
Сугроб не только зашевелился, он начал стремительно собираться в некое подобие человеческой фигуры! Снежинки, как живые, потоками взбирались вверх, занимая свои места. Они копошились, сталкивались и временами даже отлетали, но затем все равно находили свои места, будто обладая памятью. А когда заняли их, фигура начала оседать и уплотняться, обретая не только окончательную форму, но и цвет.
Света стояла, открыв рот. На ее глазах из ничего, из снежных просторов собрался живой человек совершенно сказочной внешности. Все – от бледно-лавандовых длинных волос до золотистой вышивки на незнакомой одежде – было будто прямиком с экрана какого-нибудь малобюджетного фэнтези. Ибо кто при хорошем бюджете станет наряжать главного героя в такой вычурный наряд и лепить ему такие нелепые уши?
Тем временем в состоянии существа произошел какой-то качественный сдвиг. Он ожил. Стоял-стоял себе, как статуя, зрящая в пустоту, и вдруг будто по щелчку отмер, на секунду потерял равновесие, но быстро справился с собой и заозирался. И как только Света увидела выражение его лица, весь смысл пряток за шторой исчез.
“Снеговик” потерялся. Это ярко сквозило в его растерянном взгляде и нервных рывках головы. Он явно не знал, что за ним наблюдают, и потому не скрывал своих эмоций: неожиданно накатившего страха, почти отчаянья.
А в следующее мгновение произошло и вовсе странное: снежный человек обнял себя за плечи, задрожал и выдохнул, украсив морозный воздух облачком пара, как самое обычное теплокровное животное.
– Твою мать! – не сдержалась Света. Мозг ее просто кипел от тысячи догадок, как такое возможно с точки зрения законов вселенной. Может ей мерещится, и там, на морозе в -45 не стоит никакое сказочное существо в шелках и без шапки?
Однако проверить все же надо было. Потому что если стоИт, то она сейчас – сволочь, которая любуется тем, как живой человек посреди сибирских просторов замерзает насмерть.
Света подорвалась со своего места, с торопливым топотом слетела вниз по винтовой лестнице и принялась лихорадочно одеваться. Так, свитер, болоневые штаны на подтяжках, суконные носки, валенки, шуба, шапка, варежки. А шарф, где шарф?! А, хрен с ним!
Она схватила дубленку, которую носила в менее зверскую погоду, скатала ее плотным шариком, чтобы сохранить в шерсти тепло, и выскочила на улицу.
Снега за два дня навалило выше колена. Вот она жопа ленивая! Нет, чтоб выйти и почистить, когда было всего -20. Просидела, дура. Теперь вот прыгай по морозу, увязай в сугробах.
Тропинку от дома к дороге Света преодолела еще более или менее быстро, а вот начиная с дороги была настоящая беда. Этот закуток никто не чистил, и снега там было еще больше. Дальше – хуже: огромные снежные отвалы громоздились по трем сторонам тупичка, оставленные снегоуборочной машиной еще в прошлый снегопад, а за ними виднелись хоть и ровные, но подло-рыхлые сугробы по грудь взрослому человеку.
Света поняла, что если на помощь будет идти только она, то этот чудик замерзнет там нафиг, пока она доберется.
– Иди сюда! – закричала она, уже штурмуя снежный ком на отбойнике. – Иди ко мне скорее!
Существо резко обернулось и в первый момент испугалось. Ну да, Света вряд ли сейчас напоминала прекрасную Снегурочку: шубу она выбирала по принципу “чтоб жарко было”, а не для подиума. Но все же, поняв, что другой помощи не будет, существо устремилось к ней навстречу… чтобы тут же провалиться по пояс в сугроб.
– Городские, – хмыкнула Света, хотя и сама сейчас таранила снежные просторы, как ледокол.
Однако хорошо было уже то, что парень не замер, отдавая себя на растерзание сибирским морозам, а начал двигаться, потихоньку-понемножку сокращая расстояние между собой и Светой. Точнее, спасительной дубленкой с капюшоном, которая поможет ему добраться до светиного дома, не отморозив уши. Длинные острые уши с едва заметным белым пушком на кончиках.
Света уже вся взмокла, а расстояние между ними сокращалось так медленно, что хоть плачь. Вот, вроде всего пять метров, но поди ж ты, пройди эти пять метров, когда уже по грудь в снегу! Оставалось только надеяться, что снег согреет несчастного хоть сколько-то, пока они тянутся друг к другу.