Чтение онлайн

Когда онъ, на слдующее утро, проснулся и, полуоткрывъ глаза, удивился, что виситъ подъ самымъ потолкомъ — ужъ не превратился ли я ночью въ муху, мелькнуло у него въ голов — онъ услышалъ гд-то въ комнат сдержанныя рыданія и стоны. Высунувъ потихонько голову изъ койки, онъ увидлъ, что это его жена плачетъ. Молча смотрлъ онъ на нее съ минуту, да вдругъ какъ гаркнетъ изо всей мочи «ау!»

— Ахъ, Квильпъ, какъ вы меня испугали! вскрикнула бдная женщина, поднимая на него глаза, полные слезъ.

— Да я для того-то и крикнулъ, оправдывался муженекъ. — Зачмъ вы сюда пришли, негодница? Вдь я умеръ, я утонулъ.

— Прошу васъ, Квильпъ, вернитесь домой, умоляла жена;- общаю вамъ, что это никогда боле не повторится. Вдь и произошло все это по ошибк — оттого, отгого, что мы такъ безпокоились о васъ.

— Безпокоились обо мн, ухмылялся карликъ. — Я очень хорошо знаю, что вы безпокоились, потому что не были вполн уврены въ моей смерти. Я вернусь до мой тогда, когда мн вздумается, и опять уйду, когда мн захочется. Я буду, какъ блуждающій огонь, то тамъ, то здсь; буду постоянно вертеться около васъ; буду налетать на васъ совершенно неожиданно, чтобы держать васъ въ вчномъ страх и безпокойств. Уходите отсюда!

Жена съ мольбой протянула къ нему руки.

— Нтъ; сказалъ нтъ, и баста. Если вы еще разъ осмлитесь придти сюда безъ зова, я заведу злющихъ собакъ, которыя растерзаютъ васъ, поставлю на двор капканъ, разложу петарды, которыя взорвутъ васъ на воздухъ и раскрошатъ васъ на мелкіе куски, какъ только вы наступите на проволоку. Убирайтесь вонъ, я вамъ говорю.

— Квильпъ, простите меня, вернитесь домой, настойчиво молила жена.

— Н-н-н-нтъ! заревлъ карликъ. — Не прощу до тхъ поръ, пока самому не захочется; да и тогда, чуръ, помнить: я не стану отдавать отчета, куда и насколько времени ухожу. Видите, вотъ вамъ Богъ, а вотъ порогъ, крикнулъ онъ такимъ страшнымъ голосомъ, — длая при этомъ видъ, что сію минуту выскочить изъ койки, — жена стрлой вылетла изъ комнаты, боясь, что онъ и въ самомъ дл, какъ есть, въ ночномъ колпак, бросится вслдъ за ней и, схвативъ ее въ охапку, понесетъ ее по люднымъ улицамъ домой; а благоврный супругъ, вытянувъ шею, слдилъ за ней, пока она переходила черезъ дворъ, и затмъ, расхохотавшись во все горло, снова завалился спать. Онъ былъ очень доволенъ своимъ подвигомъ и гордился тмъ, что настоялъ на своемъ и съумлъ охранить неприкосновенность своего святилища.

Долго спалъ этотъ гостепріимный хозяинъ въ своей холостой квартир, подъ аккомпанементъ дождя, среди сродной ему обстановки: въ грязи, въ сырости, въ копоти, окруженный крысами. Было уже поздно, когда онъ позвалъ своего камердинера Тома Скотта, чтобы тотъ помогъ ему встать и приготовилъ завтракъ. Онъ одлся, полъ и, такъ же какъ наканун, отправился въ Бевисъ-Марксъ.

На этотъ разъ онъ шелъ не къ Дику, а къ его патрону и пріятелю — самсону Брассу. Онъ никого не засталъ; даже миссъ Сэлли, — этотъ свточъ юриспруденціи, — не оказался на своемъ посту. Объ отсутствіи этихъ трехъ лицъ извщалось билетикомъ, прившеннымъ къ ручк звонка, съ лаконической надписью, сдланной рукою Дика: «возвратятся черезъ часъ». Но такъ какъ не было обозначено время, когда билетикъ былъ вывшенъ, онъ давалъ лишь смутное и довольно сбивчивое указаніе являвшимся кліентамъ.

— Надо полагать, что здсь, по крайней мр, есть прислуга, подумалъ карликъ, стуча въ дверь, — а мн и этого будетъ достаточно.

Посл довольно продолжительной паузы, дверь отворилась и чей-то тоненькій голосокъ пропищалъ: «пожалуйста, потрудитесь оставить вашу карточку или записочку».

— Это что такое? пробормоталъ карликъ, съ изумленіемъ опуская глаза — небывалый съ нимъ случай — на крошечную кухарку.

Двочка повторила, — точь-въ-точь какъ тогда, разговаривая съ Дикомъ — «пожалуйста, потрудитесь оставить вашу карточку или записочку».

— Хорошо, я напишу записку, сказалъ Квильпъ, проходя мимо нея въ контору. — Не забудь отдать ее хозяину, какъ только онъ придетъ домой.

Карликъ влзъ на самый высокій табуретъ и сталъ писать, а маленькая кухарочка, — въ свое время получившая инструкцію, какъ слдуетъ поступать въ подобныхъ случаяхъ, — стояла тутъ же, не спуская съ него глазъ: если бы онъ вздумалъ стащить хоть одну облатку, она тотчасъ же бросилась бы на улицу и закричала бы «караулъ».

Квильпъ торопливо написалъ всего нсколько словъ и, складывая записочку, случайно замтилъ, что двочка смотритъ ему въ упоръ. Онъ пристально взглянулъ на нее.

— Какъ ты себя чувствуешь, спросилъ онъ, смачивая слюнями облатку и длая при этомъ невообразимыя гримасы.

Двочка, должно быть, испугалась его гримасъ: она ничего не отвчала на его вопросъ и только шевелила губами, видно было, что она повторяетъ ту же самую фразу, что и въ начал: о карточк и записочк.

— Съ тобой здсь скверно обращаются? хозяйка твоя, должно быть, настоящій татаринъ?

Въ глазахъ у двочки засвтился огонекъ, но вмст съ лукавствомъ въ нихъ отчасти проглядывалъ и страхъ. Она поджала губки и закивала головой.

Не знаю, понравился ли ему этотъ плутовской пріемъ, или, можетъ быть, выраженіе ея лица чмъ нибудь инымъ обратило на себя вниманіе карлика въ эту минуту или, наконецъ, ему просто-напросто хотлось потшиться надъ двочкой и напугать ее, только онъ тяжело оперся обоими локтями на бюро и, сжавъ щеки ладонями, уставился на нее.

— Откуда ты пришла къ нимъ? спросилъ онъ, посл небольшого молчанія поглаживая подбородокъ.

— Я и сама не знаю.

— А какъ тебя зовутъ?

— Никакъ не зовутъ.

— Вздоръ! Какъ тебя зоветъ хозяйка?

— Чертенкомъ, отвчала двочка и поспшила прибавить, словно боясь, чтобъ онъ не вздумалъ продолжать свои разспросы. — Пожалуйста, потрудитесь оставить вашу карточку или записочку.

Но карликъ, повидимому, удовольствовался этими отвтами. Не проронивъ больше ни словечка, онъ отвелъ глаза отъ маленькой служанки, потеръ задумчиво подбородокъ и, наклонившись надь запиской, — будто стараясь, какъ можно тщательне вывести адресъ, — сталъ украдкой разсматривать ее изъ-подь нависшихъ, густыхъ бровей. По окончаніи этого осмотра, онъ закрылъ лицо руками и разразился до того неудержимымъ, хотя и неслышнымъ хохотомъ, что у него жилы на лбу вздулись и, казалось, воть-вотъ онъ лопнетъ. Затмъ онъ натянулъ шляпу на самыя брови, — чтобы скрыть свое необыкновенно веселое настроеніе духа, — сунулъ письмо двочк въ руку и выбжалъ изъ конторы.

На улиц онъ уже не стснялся и хохоталъ до упаду, держась за бока и заглядывая сквозь грязныя стекла въ комнату, какъ будто его такъ и тянуло еще разъ взглянуть на маленькую служанку. Утомившись, наконецъ, такимъ продолжительнымъ кривляньемъ, онъ направился прямо въ «Пустыню», отстоявшую на ружейный выстрлъ отъ его холостой квартиры, и приказалъ, чтобы вечеромъ приготовили чай на три персоны въ деревянной бесдк. Онъ собственно для того и заходилъ въ контору, чтобы пригласить Брасса съ сестрицей на чай.