Чтение онлайн

— Но я буду задавать вопросы не Ванессе Бернард, а Уильяму Весту, — поспешно перебила Дебра,

Ее собеседницы непонимающе уставились на журналистку. Им было неясно, куда она клонит, и обе они молчали.

— Смотрите, — стала торопливо объяснять Дебра. — Читателям известно, что автором романа “Прошлое позади” является Уильям Вест. И именно о нем они хотят знать как можно больше. Их не интересует ничто другое, и мы воспользуемся этой возможностью и обойдем все острые углы, чтобы не раскрывать вашу тайну.

— То есть вы хотите сказать, что я могу дать интервью от лица мужчины, написавшего этот роман? — догадалась Ванесса. — Но будет ли это честно?

— Вполне. Все зависит от того, как построить интервью. Можно сделать акцент на вашем творчестве и не касаться личной жизни или каких-то деталей. Наш журнал придерживается такой линии. Читателям будет интересно узнать, что заставило вас взяться за перо, о вашем отношении к писательскому труду, литературе и жизни вообще…

— Что ж, если так подходить к этому… — Писательница явно колебалась. — Послушай, мне надо подумать. Завтра я уезжаю к себе омой. Если надумаю, то позвоню вам и мы оговоримся о встрече. Больше ничего конкретного я пока обещать не могу.

Дебра не стала ее убеждать, боясь спугнуть. Ее журналистская интуиция подсказывала, что надо набраться терпения и подождать. И тогда сюжет получиться не только захватывающее эксклюзивное интервью, но и интересный материал для более подробной статьи. Поднявшись из-за стола, она распрощалась с дамами, оставив их наедине обсудить кое-какие деловые вопросы, и направилась к двери.

Пробиваясь к выходу, она ощутила на себе чей-то пристальный взгляд. Кто-то буквально ее глазами. Ей пришлось пропустить официанта с подносом и одну молодую супружескую пару. Неожиданно вставшая из-за стола полная женщина неловко толкнула Дебру, развернув ее на сто восемьдесят градусов, принесла извинения и неторопливо вышла. А Дебра осталась нос к носу с Лоуренсом Райделлом, занимавшим ближайший столик. В глазах шефа читалось уничтожающее презрение и еще что-то, чего распознать она не смогла. Вспомнив, он жарко обнимал ее в кабинете Седрика, его нежные и страстные поцелуи, Дебра покраснела. Что за напасть такая: куда бы она ни пошла, везде встречает его?! Рядом с ним сидела привлекательная блондинка и кто-то еще, о он никого не замечал, а смотрел прямо на Дебру. Пожалуй, эта блондинка ему вполне подходит, вместе они очень даже неплохо смотрятся, отстраненно решила Дебра и, отвернувшись, невозмутимо вышла из бара.

Уже в такси она пообещала себе, что не позволит шефу вторгаться в ее личную жизнь и диктовать свои условия. Работа есть работа, там она — его подчиненная, но все, что происходит за пределами издательства, его не касается. Ее личная жизнь — это ее личная жизнь, и никто не вправе распоряжаться ею, кроме нее самой.

Все вроде бы получилось как нельзя лучше с интервью. Оставалось лишь ждать звонка писательницы. Казалось бы, можно успокоиться, но подсознание хранило в памяти нежные прикосновения Лоуренса к ее груди, его поцелуи и ласки. Сон в ту ночь, после того как она вернулась из ресторана, был прерывистым и тревожным. Дебра просыпалась несколько раз, чувствуя безудержное влечение к этому мужчине, испытывая болезненные ощущения неутоленной страсти. Господи, как сильно она ненавидела его и как же сильно желала! Видимо, придется смириться и с этим.

— Привет, Дебби! Ты никак решила переехать в кабинет шефа, так сказать, под его крылышко? — задиристо спросил ее Родри Малкольм. Дебра остановилась, старательно избегая пытливого взгляда коллеги. Когда-то, в первые месяцы ее работы в журнале, он пытался ухаживать за ней. Но в ней жила еще боль обманутой любви к Брайану, она отклоняла все предложения Родри, и с тех пор он затаил на нее обиду. Наверное, ей стоило быть тактичнее с ним.

— Я…

— С настоящего момента Дебра является моим помощником, — послышался раздраженно нетерпеливый голос Райделла.

Родри, всегда считавший себя незаурядным журналистом и привлекательным мужчиной и смотревший на своих коллег, особенно женщин, свысока, полностью изменился в лице, которое приняло подобострастное, услужливое выражение.

— Это что, ваш очередной поклонник? — ядовито поинтересовался Райделл, когда Родри ретировался. — Возможно, я недооценил вас, мисс Макуитер, но должен сразу же предупредить, что намерен раз и навсегда положить конец всяким шашням на работе. Работа придумана не для того, чтобы предаваться утехам! Для этого существуют другие возможности и места.

Дебра не знала, что и возразить. В памяти мгновенно всплыл праздник у Гамильтонов, случай в кабинете был явно не в ее пользу. Дурацкое положение, иначе не скажешь!

Войдя в приемную, она заметила, что Линда, стрекочущая на пишущей машинке, даже не подняла головы при ее появлении. Умышленно? Чтобы не видеть ее унижения? Очень может быть, ведь ее коллега была чрезвычайно чувствительна к страданиям других людей и сопереживала вместе с ними. Наверняка она слышала возмутительную тираду шефа.

Для Дебры стало потрясением увидеть, что ее стол стоит не где-нибудь в укромном закутке, а вплотную придвинут к столу Райделла и составляет с ним прямой угол. Вся аппаратура уже была установлена и подключена. Сидя на месте, он мог видеть все, чем она занимается. Это до глубины души возмутило и взбесило ее.

Дверь кабинета открылась, и вошел шеф, одетый в отличие от многих журналистов-мужчин, предпочитавших джинсы и свитер, в темный деловой костюм и белоснежную рубашку. Контраст загорелого тела и белой ткани произвел на девушку нежелательный эффект всколыхнув дремавшее влечение. Она опять вспомнила тот злополучный вечер у Гамильтонов.

— Садитесь, вы ведь не в школе, — резко бросил он.

Сдержавшись от язвительного ответа, Дебра осталась стоять, нарочито внимательно перекладывая бумаги с места на место и искоса наблюдая за реакцией шефа. Он был явно недоволен таким демонстративным непослушанием, но молчал. Дверь кабинета приоткрылась.

— Принести вам кофе, Лоуренс? — спросила заглянувшая Линда.

— Да, благодарю.

— А тебе, Дебра?

— Она не начальник и не инвалид. Может сама сходить.

Вспыхнув до корней волос, Дебра молча посмотрела на папку на столе, отчаянно стараясь сдержать подступившие к горлу слезы. Когда она подняла голову, Линды уже не было. Дебра была полна решимости драться за себя и свое место до победного конца и не терпеть больше никаких оскорблений и унижений. Она сдалась, когда шеф отправился на утреннюю летучку с главами редакций и отделов, и несла себе кофе. Густой аромат кофейных зерен, заполнивший кабинет, наконец-то вытеснил запах одеколона Лоуренса, щекотавший ноздри и нервировавший воспоминаниями. Линда, завидев ее с кружкой, улыбнулась.