Чтение онлайн

— Ты же ни кошечка, ни зайчик, ни цветочек и ни рыбка… Ты — моя.

— Спасибо, объяснил, — усмехнулась я, но в душе все так же приятно завибрировало от этого слова. — Слушай, мне действительно уже пора…

— Кир, кто в такую погоду выходит из дома? Я не хочу, чтобы тебя по дороге молнией шарахнуло. Так что сидим, а, точнее, лежим здесь.

Про погоду он не приукрашивал. Замирающая тишина на улице сменилась сильными порывами ветра, а раскаты грома слышались все чаще и отчётливее. Если не кривить душой, то мне и самой не хотелось вылезать из тёплых, сильных объятий Егора и заменять их на ощущение липкого страха, сидя у себя на кровати.

— Кстати, а что это за странная комната? — я чуть отодвинулась от крепко сжимающих меня рук и огляделась вокруг.

Даже мой возбужденный разум смог правильно уловить основные детали комнаты: по углам были расставлены какие-то коробки, небольшое кресло возле огромного панорамного окна, завешенного полупрозрачной занавеской, а рядом с нашим ложе скромно стояла напольная вешалка, на которой также скромно висело небольшое количество какой-то одежды. В комнате не наблюдалось ни шкафов, ни тумбочек. И отсутствовала кровать. Мы и правда лежали на огромном застеленном матрасе на полу.

— Это мое убежище, — усмехнулся Егор, наблюдая, как я подозрительно осматриваюсь.

— Твое? — мне даже пришлось приподняться на локтях, чтобы еще раз обвести взглядом пространство. — Но тут же ничего нет…

Егор улыбнулся и, лежа на спине, уставился глазами в потолок, но его пальцы продолжали гладить мои руки, живот, бедра.

— Зачем мне больше? Я не живу здесь все время.

— И где ты живёшь? — спросила я и развернулась набок, снова прижимаясь к Егору, с интересом ожидая услышать ответ. — Я думала ты постоянный обитатель этих стен.

— У меня квартира. Отец купил на девятнадцатилетие, — он снова усмехнулся. — Когда я намекнул ему, что хотел бы съехать от них, то он согласился, но только на условии — платить за нее буду сам. Вот и плачу. Пока успешно.

— Ты где-то работаешь?

— Ну, так… Есть кое-что. За счет этого и выезжаю, — ответ Егора прозвучал достаточно уклончиво.

— А что за подработка? — меня начинало разбирать от любопытства.

— Ты и правда хочешь поговорить о этом? — Его ладони нырнули под платье, которое еще до сих пор в расстегнутом виде держалось на моих плечах, и легким движением окончательно оставляя меня обнаженной. — Не думал, что тебя заводят такие разговоры, — Пальцы слегка сжали мне ягодицы.

Я тихонько простонала от приятной возбуждающей боли. Егор довольно улыбнулся и потянулся ко мне за поцелуем. Упираясь своими ладошками в его грудь, я обхватила мужские бедра ногами и уселась сверху. Даже в кромешной темноте было заметно, как сверкнули глаза парня, а губы расплылись в томной улыбке.

— Потрясающее зрелище, — хмыкнул он, накрывая своей широкой ладонью мой скромный размер бюста.

Дразнящими движениями его пальцы гладили соски, отчего появлялась приятная тяжесть в груди, которая электрическими разрядами спускалась в низ живота. Я закусила губы и откинулась немного назад, давая наслаждению завладеть разумом. Мои руки беспорядочными линиями гладили атлетичное мужское тело, ощущая, как под пальцами вздрагивали его мышцы. Было нереально оторваться от Егора и возвращаться домой хотелось меньше всего.

— Кир, предупреди бабушку, что ты сегодня будешь ночевать у меня, — словно прочитав мои мысли, хрипло произнёс Егор.

— Как? Она уже спит, наверное, — я протяжно вздохнула, плавясь под взглядом разноцветных глаз и горячих пальцев на своих ягодицах.

— Отправь сообщение.

На секунду задумавшись над этим вариантом, я осмотрела пол вокруг нашего лежбища в поисках телефона.

— Кажется, он остался внизу в сумочке, — простонала я, поднимаясь с мужского тела. — Придется спуститься.

— Платье только не надевай, — Его осмотрел обнажённые формы, представшие перед ним, — а то до утра мне его снова снимать. Возьми во-о-н ту белую длинную футболку.

Стараясь не поддаваться стеснению от своей наготы, я быстро засеменила к напольной вешалке. Вытащив белую футболку, я с немым вопросом повернулась к Егору, который уже скинул с себя шорты и вальяжно улегся на полу под простыней сложа руки за голову.

— Это не футболка, а настоящий балахон, — усмехнулась я, прикладывая вещь к себе. Она доходила до колена. — Ты разве носишь подобное?

— Это стиль оверсайз… И это меня отчитывает человек, у которого неоновое платье в горох в гардеробе, — наигранно фыркнул Егор.

— Королев, иди ты знаешь куда, — я наморщила нос, быстро накинула на себя его белый балахон и, состроив ему смешную рожицу, выскользнула за дверь.

Спустившись по тёмному дому в гостиную, я без труда обнаружила свою сумочку, все так же брошенную на кресле. Дом был просто погружён во мрак, а глухие раскаты грома создавали немного гнетущую атмосферу. Быстро достав телефон, я проскочила лестницу и направилась в конец коридора в нашу тайную комнату. Но знакомый женский голос за закрытой дверью, из-под которой пробивалась полоска тусклого света, заставил меня притормозить.

— Беллочка, милая, ты же знаешь моего сына. Не думаю, что она — это повод для твоего беспокойства…

Голос матери Егора замолчал, видимо, слушая собеседника на том конце провода.

Я затаила дыхание, перестав даже ощущать, как стучит мое сердце. А оно рухнуло куда-то вниз...

— Конечно, милая. Конечно, звони. Вы столько лет вместе… Это просто очередная блажь Егора… Да… Да…Уверена, что она не задержится в нашем доме…

Меня затрясло так, что удар током ощущался бы лишь легким пинком, а глаза предательски оказались на мокром месте. Подслушанный разговор с той самой Беллой, встряхнул мои чувства, как коктейль в шейкере. Зажав рот рукой, я заставила себя проскользнуть дальше по коридору, чтобы не оказаться пойманной под дверью.

«Да кто она такая? Звонит ему посреди ночи, общается с его матерью. Девушка? Тогда что я здесь делаю?» — Эти вопросы болезненным хороводом кружили в моей голове, пока я на леденеющих ногах шла обратно.

Оказавшись в комнате, я, с силой сжимая телефон в руке, быстрым шагом подлетела к матрасу, на котором свободно разлегся Егор. Стараясь скрыть свою дрожь, опустилась рядом. Видимо, от меня шла какая-то невидимая волна нервов, что он тут же сел, и его довольная и расслабленная улыбка резко сменилась на обеспокоенное выражение лица.