Чтение онлайн

Я открыла глаза, повернулась взглянуть на него, отвернулась от страха Калеба.

— Белль пыталась заставить меня жрать Калеба, но не смогла. Почему же мне вдруг вкусен стал его запах?

Натэниел наконец нашел новый поворот обратно на сорок четвертое. Он пристроился позади большой желтой машины, давно мечтающей о покраске или как раз находящейся в процессе ее, потому что наполовину она была покрыта серым грунтом. Я уловила в боковом зеркале движение — это был синий джип. Он стоял в конце узкой улицы, окруженный автомобилями. Только что он вывернул из-за поворота и теперь пытался сдать назад, надеясь, как я думаю, что мы его не заметили.

— Блин! — сказала я с чувством.

— Что случилось? — спросил Натэниел.

— Тот самый чертов джип в конце улицы. Никому не оглядываться.

Все остановились, не закончив поворота головы. Все, кроме Джейсона. Он даже не пытался оглянуться — может быть, у волка шея не так действует, а может, он смотрел на другое. Да, он смотрел на Калеба.

Я посмотрела на эту здоровенную мохнатую башку.

— Думаешь насчет слопать Калеба?

Он повернулся ко мне и выдал мне взгляд в упор этих зеленых глаз. Говорят, что собаки произошли от волков, но иногда у меня возникают сомнения. Ничего дружественного, или добродушного, или даже отдаленно ручного не было в этих глазах. Он думал о еде. Он встретил мой взгляд, поскольку знал, что я поймала его на мысли съесть кого-то, кто под моей защитой, а потом повернулся обратно к Ка-лебу и мыслям о мясе. Псы никогда не смотрят на людей, думая: «Вот пища». Черт побери, они даже на других собак так не смотрят. А волки смотрят. И тот факт, что никогда не регистрировалось нападение на человека североамериканского волка, меня всегда интриговал. Когда смотришь в эти глаза, понимаешь, что за ними нет никого, с кем можно говорить.

Я знала, что ликантропу нужно свежее мясо, когда он первый раз перекидывается. Ликантроп-новичок смертоносен, но Джейсон новичком не был и умел держать себя в руках. Это я знала, и все равно мне не нравилось, как он смотрит на Калеба, и еще меньше мне нравилось, когда этот голод проецировался на меня.

— Так что мне делать с этим джипом? — спросил Натэниел.

Я снова обернулась к нему, прочь от голода. Это потребовало усилий — от него отвлечься, — но если этот джип набит плохими парнями, то надо думать о них, а не о каком-то метафизическом голоде.

— Черт, даже не знаю. Никогда не была объектом слежки. Обычно меня просто пытаются убить.

— Мне надо либо съехать на хайвей, либо свернуть. Если тут стоять, они поймут, что мы их видели.

Очень разумная мысль.

— На хайвей.

Он подал машину вперед, въезжая на пандус.

— А там куда?

— В «Цирк», я полагаю.

— Мы не боимся привести туда плохих ребят? — спросил Натэниел.

— Джейсон уже говорил, что почти все знают, где у Мастера города дневная лежка. Кроме того, крысолюды до сих пор там, и почти все они — бывшие наемники или вроде того. Я позвоню предупредить Бобби Ли и спрошу его мнение.

— Насчет чего? — спросил Калеб с заднего сиденья. Глаза его все еще были шире обычного, и от него пахло страхом, но он не смотрел на сидящего рядом с ним волка. То, чего он боялся, было не так близко.

— Насчет того, хватать ли нам их или повернуться и ехать за ними.

— Хватать? — спросил Калеб. — А как?

— Пока не знаю. Зато я знаю, что насчет хватать противника я знаю гораздо больше, чем насчет следить за кем-то, чтобы посмотреть, куда приеду. Я на самом деле не детектив, Калеб. Я могу обнаружить разгадку преступления, если споткнусь об нее, или высказать мнение о предполагаемом преступнике-монстре, но я склонна к работе более прямой, чем работа детектива.

Он не понял.

— Я истребительница, Калеб. Я убиваю монстров.

— Иногда их надо выслеживать, чтобы убить, — сказал Натэниел.

Я посмотрела на его серьезный профиль, на глаза, следящие за дорогой, на руки на руле, точно на двух и десяти часах. Он целый год не собрался получить права. Если бы я не настояла, их бы у него и сейчас не было.

— Верно, но этих я хочу не убивать, а допросить. Я хочу знать, зачем они за нами едут.

— Я не думаю, что они это делают, — произнес Натэниел.

— Как это?

— Синий джип не выехал за нами на хайвей.

— Наверное, они поняли, что мы их засекли.

— Или, как все, знают, где спит Мастер города. И потому его подружку найти нетрудно.

Это все Натэниел сказал спокойным голосом, глядя на дорогу. Но он знал, как мне не по душе быть подружкой Мастера и в любом случае — чтобы меня так называли. Честно говоря, в его словах был смысл. Если ты знаешь, с кем объект встречается и где этот кто-то живет, то ты сможешь обнаружить объект. А я терпеть не могу, когда меня вычисляют.

Мохнатая голова Джейсона просунулась из-за спинки моего сиденья и потерлась о плечо, а грива пощекотала щеку. Я погладила эту башку, не думая, как если бы он был собакой. Но как только я его коснулась, голод охватил меня с макушки до пят. Волосы на теле встали дыбом, будто кто-то пытался вползти сзади в череп, потому что шею защекотало невыносимо.

Мы с волком обернулись одновременно и уставились на Калеба. Если бы мои глаза могли превратиться в волчьи, то в этот момент так и случилось бы.

Калеб был в ужасе. Я думаю, если бы он продолжал сидеть тихо, все было бы нормально, но он не смог. Он опустил руки, закрывавшие почти голую грудь, и пополз прочь по сиденью.

Джейсон зарычал, и меня сбросило с сиденья на пол в заднем отсеке раньше, чем я успела бы подумать: отстегиваться в мчащемся автомобиле — неудачная мысль. И одна эта мысль уже могла бы вернуть меня на место, но Калеб попытался сбежать. Он бросился на сиденье, а мы с Джейсоном — за ним. Как вода течет под гору.

Мы не стали его прижимать к месту, только сели вокруг него. Калеб был тесно зажат в грузовом отсеке, руки он прижал к груди. Он пытался занимать как можно меньше места — наверное, он знал, что коснуться сейчас кого-нибудь из нас будет плохо. Джейсон сидел на корточках, оскалив клыки и испуская из пасти чуть слышное рычание. Оно без слов говорило: «Не шевелись, твою мать, не шевелись!»

Калеб не шевелился.

Я стояла перед ним на коленях и видела только пульс, бьющийся на шее, вырывающийся на волю. И я хотела его выпустить.