Чтение онлайн

Леонардо молчал, не меньше Изабеллы пораженный вспышкой гнева своего покровителя.

— Это обойдется мне дешевле! — добавил Лодовико. — Даже если менять придется превосходных скакунов!

— Ваша милость, напрасно вы думаете, что я бесцельно трачу время. Моим первейшим побуждением всегда было создание памятника, способного достойно сохранить в веках память о вашем выдающемся отце. — Голос художника звучал на удивление ровно. — Я утрою усилия, но не потому, что быстрота — залог качества, а только из желания угодить вам.

Ноздри Леонардо возмущенно расширились, как у лошадей на рисунках. Художник не выглядел оскорбленным или рассерженным, скорее он напоминал Изабелле взъерошенного петуха.

Не успел Лодовико ответить, как Леонардо отвесил Изабелле небрежный поклон, прищелкнул пальцами, приказывая слуге следовать за ним, и стремительно вышел из комнаты. Юноша сгреб рисунки со стола и, стараясь не встречаться ни с кем глазами, прошмыгнул вслед за хозяином. Изабелле захотелось броситься за Леонардо и умолять его поехать с ней в Мантую, но она не посмела. Никогда ни она, ни маркиз не позволят себе торопить творца, ибо понимают, что создания гения должны созреть. Изабелла посмотрела на сестру, ожидая, что та укорит мужа за нетерпимость, но вместо этого Беатриче неуклюже встала и предложила Лодовико кресло.

— Дорогой мой, не стоит принимать так близко к сердцу причуды magistro. Уверена, он не собирался так расстраивать вас.

Прежде чем присесть, Лодовико взял руки Беатриче в свои и поцеловал жену в лоб.

— Только посмотрите, Изабелла! Моя жена носит под сердцем ребенка, а сама только и беспокоится, что о моем здоровье! — Он приподнял лицо Беатриче, пытаясь заглянуть ей в глаза. — И как я жил без вас раньше, моя дорогая? Изабелла, ну разве она не воплощенная доброта и прелесть?

С этим трудно было спорить. Щеки Беатриче — розовые, словно у херувима, округлились, как и ее живот. Наверное, сестра давно не садилась в седло — кожа стала непривычно нежной и прозрачной, как лепестки белых роз. Карие кукольные глаза словно расширились. Изабелле показалось, что в мягких чертах сестры появилась новая сила и твердость. Это не мешало Лодовико касаться жены так нежно, словно она была статуэткой из драгоценного фарфора.

— Роза в полном цвету, — пробормотала Изабелла, сознавая, что не только лишилась возможности договориться с magistro о сеансе, но и утратила свою власть над Лодовико.

Она спрашивала себя, не была ли эта сцена разыграна Il Moro специально для нее? Возможно, Лодовико надеялся, что, увидев, как несладко приходится ему с magistro, Изабелла не станет просить его ни о чем? Подобное коварство вполне в духе Il Moro. Однако Лодовико ошибался, если думал, что Изабелла так легко сдастся.

— Этот человек добился положения при моем дворе, пообещав изваять конную статую в честь отца. С тех пор прошло двенадцать лет! И все это время он занимался чем угодно, но только не этим!

— Ты многого не знаешь, Изабелла, — вступила в разговор Беатриче. — Леонардо уверяет нас, что проводит дни и ночи в работе над скульптурой, а нам доносят, что на самом деле он занят изобретением машины, при помощи которой человек сможет летать по воздуху, как птица!

— А вы никогда не пытались задержать Леонардо жалованье? — спросила Изабелла. — Голод быстро подскажет magistro, как важно выполнять обещания.

— Разве могу я так сурово обойтись с гением! — воскликнул Лодовико и схватился за голову, словно сожалея о собственном мягкосердечии.

Затем Лодовико принялся разглагольствовать о том, что Леонардо дни напролет проводит в конюшне, разглядывая лошадей и делая зарисовки с разных углов.

— Он провел больше времени, любуясь на конские зады, чем любой человек в истории! — пожаловался Лодовико. — Наверное, пытается разглядеть в лошадиной заднице меня!

Беатриче залилась смехом.

— Нельзя торопить гения, — промолвила Изабелла.

Лодовико явно подготавливал почву для отказа. Вот сейчас он заявит ей, что о позировании Леонардо не может идти и речи.

— Я вне себя от злости, — продолжал Лодовико. — Несколько месяцев назад я попросил Лоренцо Великолепного прислать мне какого-нибудь флорентийского скульптора, способного изваять конную статую. Однако Лоренцо — да упокоит Господь его жестокую душу — оставил этот мир. Кем теперь заменить Леонардо?

— Вам стоит отдохнуть, Лодовико, — снова вступила в разговор Беатриче. — В конце концов все образуется.

Она взяла Изабеллу под руку и вывела сестру из комнаты.

— Неужели Лодовико на самом деле решил прогнать magistro?

Изабелла все еще надеялась похитить Леонардо из Милана, не вызвав гнева Il Moro.

— Вряд ли. Лодовико скоро успокоится. Эти двое словно пожилая семейная пара. К концу дня непременно помирятся.

Возможность побыть с Лодовико наедине представилась Изабелле, когда хозяин замка пригласил ее посетить Башню сокровищ. Лодовико забрал ключи у дворецкого и отпустил его. Затем сам отпер дверь и предложил Изабелле войти. Охрана меняется каждые восемь часов, объяснил Лодовико. Изабелла услышала, как за спиной захлопнулась дверь.

Свет падал сквозь высокое четырехугольное окно на бесчисленные сосуды с серебром, расположенные в строгом порядке в соответствии с весом и достоинством монет. На длинных полках лежали украшения и драгоценные камни. Поверхность стола, размером не меньше обеденного, покрывали серебряные кресты, украшенные бриллиантами. Цепи и пояса, сияя каменьями, ждали своего часа, чтобы украсить шеи и талии счастливцев. Гобелены и картины занимали стены от пола до потолка. Сундуки с серебром примостились на коврах ручной работы, тонкие светильники из благородных металлов, числом не менее двух сотен, сгрудились в углу, словно заколдованная армия. В дальних углах залы высились горы монет — настолько высокие, что даже Беатриче на своем лучшем скакуне вряд ли перепрыгнула бы их с разбегу.

От такого богатства голова Изабеллы пошла кругом. Она прекрасно понимала, что перед ней не что иное, как шкатулка с драгоценностями ее родной сестрицы.

— Невероятно, — выдохнула она, обращаясь к Лодовико, уже давно ожидавшего ее реакции.

— И это не все, — сказал он, вынимая из кармана еще один железный ключ.

Затем Лодовико принялся открывать шкатулки, стоявшие у стен. В шкатулках обнаружились короны, кольца, драгоценные камни, нитки черного и белого жемчуга, шитые золотом ткани и тяжелая парча.