Лёд
Шрифт:
Уже на улице Мишка вытаращил на меня глаза и похлопал себя по шапке:
– Зачем Вы это про знакомых?! Он же поймет, что мы за ним следили!
– Ну это вряд ли, если только Светлова не проговорится. А ей самой это не с руки… Ну что, Миша, сейчас по домам, а завтра ты займешься журналом, а я отправлюсь к Дриженко.
Миша вяло закивал, притоптывая на морозе, и через несколько минут скрылся в темноте: из-за вечной нехватки денег без меня он предпочитал передвигаться исключительно пешком.
Попасть на прием к видному ученому Федору Кирилловичу Дриженко оказалось делом непростым: в гидрографическом управлении, в котором я провел несколько часов, бегая по этажам от одного чиновника к другому, мне удалось выяснить только то, что бывает он там чрезвычайно редко, поскольку давно уже в отставке и несколько лет как фактически отошел от дел. Подробностей экспедиции Седова никто не знал, все только отмахивались от меня, а один клерк бросил, что с самого начала догадывался о бессмысленности этой затеи. Адреса Дриженко мне тоже давать никто не собирался, и мне пришлось написать несколько официальных запросов, на которые мне пообещали ответить в течение месяца. Я плюнул на все, хлопнул дверьми, понимая, что и тут без Мишки не обойтись. Заслав его все в то же проклятое здание, к вечеру я уже заполучил адрес Дриженко, а Мишка – свой законный выходной на завтра.
Конец ознакомительного фрагмента.