Чтение онлайн

— Во-первых, вы не давали Беддингтону полную информацию. А разве не за это он вам платит? Даже не позаботились перечислить все, что я позавчера купила в аптеке!

Он залился краской до самых корней редких соломенных волос. Эмма вызывающе скрестила руки.

— Просветите меня, почему вы этого не сделали?

— Ну…

— Разве вы не заметили, как я только что стянула солонку и перечницу?

Он кивнул.

— Я их стащила, понятно? Я воровка! Ну так вот, вы скажете ему об этом или нет?

Он выглядел таким растерянным, что гнев Эммы несколько улегся и ей даже стало немного его жаль.

— Позвольте дать вам совет: Беддингтон — человек требовательный и капризный. Если он обнаружит, что вы утаиваете добытые сведения, то будет крайне недоволен. И по собственному опыту могу сказать, что в таких случаях он бывает совершенно невыносим.

Бедняга был так пришиблен, что Эмма чувствовала себя полнейшей хамкой.

— Каждый может ошибиться, — великодушно заметила она. — Главное — вовремя исправить свои недочеты, не так ли? Вам следует, прежде чем позвонить ему, составить кратенький письменный отчет и все рассказать начистоту насчет аптеки. Да не забудьте о солонке с перечницей. Ну как, согласны?

Он судорожно сглотнул. Эмма терпеливо выжидала, пока он придет к решению.

— Кто такой Беддингтон? — наконец выдавил несчастный.

Эмма уставилась на него. Такой взъерошенный, такой пристыженный…

Сердце у нее сжалось. Неприятный жар разлился по груди, шее и окрасил ярко-красными пятнами щеки.

И тут сзади раздался знакомый небрежный говорок:

— Эта сумасбродка пристает к вам, отец Джозеф?

Отец Джозеф?!

Эмма охнула. Кенни удержал ее за руку, прежде чем она попробовала сбежать.

— Леди Эмма, вы не знакомы с нашим священником, отцом Джозефом Антелли. Настоятель церкви Святого Гавриила вот уже… сколько, отец? Двадцать лет?

— Девятнадцать.

— Верно! Я еще ставил весь город на уши, когда вы приехали сюда.

Святой отец кивнул.

— Но вы… — пролепетала Эмма, — вы… не можете быть священником! Ходите по барам в оранжевых футболках и…

— Но, леди Эмма, вряд ли вежливо критиковать служителя Божьего за его вкусы в одежде! Может, он просто не разбирается в моде! Кроме того, в «Раустэбауте» лучшая еда в городе! И если не ошибаюсь, местное духовенство обычно проводит здесь религиозные собрания, верно, отец?

— Первая среда каждого месяца.

— Но вы… вы следили за мной.

— Прошу прощения, леди Эмма, — покаянно вздохнул священник. — Я всегда был кем-то вроде англофила и хотел поболтать с вами об Англии, да не осмелился. Видите ли, мы с отцом Эмметом собирались осенью поехать туда. Мне следовало бы представиться, но когда я понял… как сложна ваша… личная жизнь, решил не приставать с расспросами.

— О Господи, я могу объяснить… Все, что вы видели… то есть… в прошлую ночь… и мое развязное обращение с Кенни… солонка с перечницей — это…

— Ее друзья позаботятся о том, чтобы она получила соответствующее лечение, — вмешался Кенни. Отец Джозеф участливо воззрился на нее:

— Никогда не следует стыдиться психологических проблем. Я помолюсь за вас, леди Эмма.

Эмма не успела ответить, как Кенни увлек ее прочь. Она лишь сокрушенно застонала.

— Ты сделал из меня идиотку! — бросила она, выбегая на улицу.

— Прости, что возражаю, — невозмутимо пожал плечами Кенни, — но по-моему, ты сама выставила себя идиоткой.

— Тебе следовало сказать мне, кто он!

— Откуда я знал, что ты набросишься на него, как богиня мести? Кроме того, кто я такой, чтобы вмешиваться в твои дела? Ты и без того все на свете знаешь!

— Ничего подобного!

Тут Эмма сообразила, что несколько самых любопытных посетителей последовали за ними, чтобы узнать причину ссоры, но подобные пустяки ее уже не волновали.

— Ты не только упряма и вечно стремишься настоять на своем, но в голове у тебя тараканы! И этот твой план весьма странный, если не сказать больше!

— Меня тошнит от твоих непрерывных поучений! Особенно после того, что я видела своими глазами! Вместо того чтобы критиковать мое поведение, подумал бы о собственном кретинизме!

Двери позади них распахнулись, и на крыльцо высыпала целая толпа народа.

— Мой кретинизм не имеет к тебе никакого отношения.

Ну все, ее терпению конец! Он так довел ее, что Эмма перестала обращать внимание на окружающих.

— Имеет, когда ты смываешься и бросаешь меня в незнакомом месте!

— Я никуда не смылся.

— Ха!

Для свидетелей их перепалки уже не хватало места. Кенни наконец соизволил заметить, что они не одни, и ткнул пальцем в сторону «кадиллака»:

— Садись в машину.

— Брось приказывать! То, что я спустила тебе подобные выходки в спальне, еще не означает, что это повторится.

— Так его! — выкрикнула какая-то женщина. Кенни сжал кулаки, сообразив, какой великолепный спектакль они дают зевакам.

— Немедленно в машину, — процедил он сквозь зубы.

— Иди ты знаешь куда!

Она выхватила у него ключи и бросилась к машине, каждое мгновение ожидая, что он вцепится ей в плечо, но вместо этого услышала шорох подошв и тупой удар об асфальт. Мужчины дружно застонали при виде неловко поскользнувшегося на банановой корке Кенни. Эмма воспользовалась заминкой и прыгнула в автомобиль.

Каким-то чудом она сразу попала ключом в замок зажигания и в зеркальце заднего обзора увидела, как Кенни взметнулся с земли. Она повернула ключ и надавила педаль газа. Мотор взревел, но машина не тронулась с места. Эмма переключила передачу, и машина рванулась вперед, но прежде она услышала разъяренный вопль: