Чтение онлайн

Спустившись по ступенькам лестницы, Кэтрин и Эндрю направились в сад. Дорожка ветвилась на несколько тропинок. Кэтрин выбрала правую, но Эндрю спросил:

– Не возражаете, если мы пойдем по левой тропе? Мне бы хотелось кое-что вам показать.

Кэтрин нахмурилась. Безупречный план столкнулся с первой помехой.

– Что показать?

– Увидите, когда мы туда придем.

Вечно этот человек путается под ногами, на сей раз почти в буквальном смысле. Слева не было ничего интересного, кроме нескольких мраморных статуй, а вот справа находился застекленный павильон. Именно там Кэтрин планировала соблазнить своего гостя. Она хотела было проявить настойчивость и все же пойти направо, даже не пойти, а галопом понестись в этот проклятый павильон, однако просьба Эндрю была выражена так учтиво, что Кэтрин не могла придумать, как отказать ему, не показавшись грубой. Или не раскрыв свой замечательный план.

– Ну хорошо, – согласилась она, пытаясь не выдать разочарования. Что ж, она вежливо поглазеет на что-он-там-хочет-ей-показать, а потом развернет его куда надо. Или можно пойти дальше по той же тропинке, которая изгибается и кружным путем ведет к задней стене павильона.

Кэтрин, жаждавшая поскорее приступить к делу, торопливо зашагала по дорожке, едва не волоча за рукав своего кавалера.

– Вы всегда гуляете в таком темпе, Кэтрин? – весело спросил Эндрю.

– А вы всегда ходите так медленно?

– Предполагалось, что это будет прогулка. Жаль, что я не захватил с собой словарь. Похоже, нам он снова понадобится. Видимо, вы перепутали прогулку со спринтом.

– Никакой словарь мне не нужен, просто я не люблю тратить время понапрасну.

– Замечательное качество, – отметил Эндрю и еще больше замедлил шаг.

«Господи, улитки и то передвигаются быстрее».

– Однако есть вещи, которые не терпят поспешности.

– Например? – спросила Кэтрин без особого интереса, думая, что если он отвлечется, то можно заставить его двигаться быстрее.

– Ночной ветерок, шелестящий в кронах деревьев. Густой аромат цветов...

Кэтрин едва подавила вздох нетерпения. Господи, помоги! Этот мужчина несет какой-то романтический бред про ветерок и цветочки, а она с каждой минутой злится все больше. Неужели он не видит, что у нее уже нет сил ждать его объятий и поцелуев?

«О! – беззвучно вздохнула Кэтрин. – Что за несчастная судьба выпала на мою долю? Из всех мужчин выбрать такого толстокожего! Он ходит как сонная черепаха».

– ...аромат женской кожи.

Эта фраза оторвала Кэтрин от мрачных размышлений. Аромат женской кожи? Звучит интригующе. Многообещающе. Черт возьми, кажется, она что-то пропустила. Но не успела она спросить об этом, как Стэнтон остановился и преградил ей дорогу. Кэтрин заметила, что они находятся в ее самом любимом месте – возле маленького укромного полумесяца из кустов, который она называла «Улыбкой ангела». Должно быть, он случайно обнаружил его. С дороги это место не видно из-за высоких изгородей, поэтому случайный прохожий не сможет заметить, если только не будет знать, что искать.

– Это ваш любимый уголок сада, – проговорил Эндрю. У Кэтрин от изумления взлетели брови.

– Откуда вы знаете?

– Фрицборн сказал.

– Вот как? Я не знала, что вы с ним... так подружились.

– Мы с ним долго болтали в день приезда, а потом вместе расчищали помещение в конюшне, где я устроил боксерский ринг. Потом он предложил мне стаканчик виски. Хороший человек. Пьет, конечно, отвратительное виски, но все равно хороший человек.

– Вы пили виски с моим конюхом? – Кэтрин попробовала представить, как Бертранд совершает нечто подобное, но так и не смогла.

– Пил, но, учитывая отвратительный вкус напитка, едва ли решусь повторить этот опыт. – Эндрю улыбнулся. Его белые зубы сверкнули в лунном свете. – На самом деле труден только первый глоток. После него у меня внутри все омертвело.

– И пока вы пили это виски, он случайно упомянул, что здесь мой любимый уголок сада?

– Это случилось в первый день, когда мы выгуливали лошадей. Я попросил его описать ваше любимое место в саду, и он рассказал об «Улыбке ангела». Сказал, что это место – копия такого же уголка в саду вашей матери.

Кэтрин ошеломленно кивнула.

– Фрицборн посадил кусты и сделал изгороди, а цветами я занималась сама. Здесь в основном розы, астры, дельфиниумы и лилии. Мама их очень любила. – Кэтрин огляделась. Покой, который она всегда здесь чувствовала, проник в нее и на сей раз. – Вам нужно осмотреть это место днем. Только тогда можно оценить его умиротворенность и красоту. Солнечные лучи проникают сквозь ветви деревьев и полукруглыми бликами освещают этот уголок. – Она указала на кроны огромных вязов футах в двадцати от них. – И он превращается в...

– Улыбку ангела.

– Да. Перед смертью мамы мы провели с ней в саду много счастливых часов. Когда я здесь, мне кажется, она со мной, улыбается мне с небес. – Кэтрин внезапно смутилась от собственных путаных мыслей. – Впрочем, все это глупые причуды.

Эндрю мягко погладил Кэтрин по руке и переплел ее пальцы со своими. Этот жест одновременно и успокоил, и взволновал Кэтрин.

– Разве это глупости, Кэтрин? Ведь хорошо, что есть место, которое столько для вас значит. Место, куда можно прийти, чтобы успокоиться, обрести душевный покой, оживить любимые воспоминания или просто отдохнуть в тишине.

– Должно быть, у вас тоже есть любимое место, раз вы все так хорошо понимаете.

– В путешествиях у меня было много таких мест.

– А в Англии есть?

– Есть. – Он улыбнулся. – Когда вы в следующий раз будете в Лондоне, я покажу вам свою любимую скамейку в Гайд-парке и любимую нишу в Британском музее.

Кэтрин улыбнулась в ответ, игнорируя внутренний голос. Она решила, что в обозримом будущем не собирается в Лондон.

– Зачем вы спрашивали Фрицборна о моем любимом уголке сада?