Чтение онлайн

Вернувшись домой, Адам был несколько раздражен, узнав, что никого нет, кроме слуг. Он сел и стал ждать, а поскольку время шло и Алекса не возвращалась, забеспокоился. Она, наверное, так огорчилась из-за Фанни, что бросила его. Господи, что же он натворил!

Воображение Адама нарисовало ему Алексу в объятиях другого. И Адам бросился наверх в спальню, проклиная себя за то, что не сразу заглянул туда. Увидев открытый гардероб и заметив, что в нем не хватает нескольких платьев, Адам громко застонал. Так он и знал! В ящиках тоже не хватало интимных принадлежностей туалета. Алекса ушла! И винить в этом он может только самого себя!

Спустившись вниз, Адам стал расспрашивать Оуэна.

— Вы не знаете, куда могла уехать моя жена? — спросил Адам, совершенно пав духом.

Оуэн опустил голову, чтобы не смотреть Адаму в глаза, и ответил так, как велела ему Алекса. Прежде всего он должен хранить верность семье Эшли, какое бы восхищение ни вызывал у него лорд Пенуэлл.

— Нет, милорд, леди Алекса ничего мне не сказала, кроме того, что уезжает и вернется через несколько дней.

— Вы уверены, что она вернется?

— Да, милорд, думаю, миледи вернется.

— Хорошо, Оуэн, — сказал Адам, опускаясь на стул. — Постойте, принесите мне вина.

За этим занятием и застал его Мак, вернувшись домой через пару часов. Бутылка была пуста, и Адам был сильно пьян.

— Черт побери, Адам, что случилось? — Мак укоризненно покачал головой. — Оуэн мне сказал, что ты сидишь так уже не один час. Намекнул, что ты «пьян в стельку» — кажется, именно так. А где Алекса?

— Ушла, — промямлил Адам, раскачиваясь в кресле. — Разумеется, к любовнику. Я сам в этом виноват.

— Адам, что за вздор ты несешь! — вздохнул Мак. — У Алексы нет никакого любовника. Ты единственный, кто ей нужен.

— Это было когда-то.

— Расскажи, что случилось.

Из бессвязного рассказа Адама Мак все же понял, что произошло.

— Ты еще глупей, чем я думал, — сказал он, когда Адам умолк.

Адам кивнул:

— Я люблю ее, Мак.

— Пора бы тебе в этом признаться. Пойдем, я помогу тебе лечь. Утро вечера мудренее.

Но утром Адам и Мак получили сообщение, что комиссия по заключению мирного договора собирается снова и их ждут при дворе. Все последующие дни Адам уходил рано и возвращался поздно.

Как-то вечером после особенно утомительного дня Адам был так взвинчен, что никак не мог уснуть. Ему не хватало рядом нежного тела Алексы. Скорее бы закончились эти проклятые сборища. Почти все было согласовано, и министрам короля оставалось лишь подписать документ.

Прошагав взад-вперед почти целый час, Адам почувствовал, что голоден, и пошел через весь дом на кухню. Дверь была приоткрыта, в щель проникал свет, идо Адама донеслись тихие голоса. Оуэн и Берта сидели за столом и пили чай. Адам уже хотел войти, но тут услышал имя Алексы и остановился.

— Бедняга, — покачала головой Берта. — Нехорошо леди Алекса поступает со своим мужем.

— Нас это не касается, — сказал Оуэн. — У леди Алексы наверняка есть на то причины.

Берта прищелкнула языком, ее симпатии были явно на стороне Адама.

— Ей следовало бы сказать лорду Пенуэллу, он имеет право знать о Дэвиде.

Адам похолодел. Дэвид! Любовник Алексы?

— Не распускай язык, Берта. Что делает моя госпожа в деревне, это ее дело. Скоро она вернется и объяснит мужу, почему уехала так неожиданно в загородное поместье Эшли.

Адам не стал дожидаться конца разговора. Он бросился наверх, ему нужно было обдумать услышанное. Теперь он хотя бы знал, куда уехала Алекса и с кем. Он дрожал при мысли, что именно сейчас она, быть может, находится в объятиях этого самого Дэвида. Как долго продолжается эта связь? Тут он вспомнил, сколько раз не заставал Алексу дома. Какой же он дурак, что снова поверил ей!

На другое утро Адам, как обычно, ушел с Маком, но вместо того чтобы присутствовать на переговорах, попросил разрешения отлучиться на пару дней, сославшись на семейные дела, не терпящие отлагательства. Его отпустили, хотя и неохотно, и он умчался, оставив Мака в полной растерянности. Он намеренно ничего не сказал Маку, потому что знал, что тот попытается его остановить. Но его гордость требовала ясности. Адам был полон решимости убить любовника Алексы, но еще не решил, как накажет неверную жену.

Взяв одну из лучших лошадей из конюшни Эшли, Адам помчался в поместье Алексы, прихватив с собой шпагу и пистолет. Лицо его было мрачно, глаза суровы, на подбородке подергивался мускул. «Обоим нам не жить, — думал Адам, — либо Адам Фоксуорт, либо Дэвид».

Алекса, которую срочно вызвали в деревню, добралась туда необычайно быстро. К ребенку уже вызвали врача.

— Ах, миледи, хорошо, что вы приехали, — сказала Мэдди, едва Алекса вошла в дом. — Доктор сейчас осматривает малыша. Он последнее время почти ничего не ел, но мы ничего плохого не заподозрили, пока сегодня утром не начался жар.

— Жар! Господи, Мэдди, неужели оспа? — с замиранием сердца спросила Алекса.

— Я… я не знаю, миледи, доктор еще не вышел из детской.

Без лишних слов Алекса бросилась мимо всхлипывающей Мэдди в детскую и вскрикнула, увидев красные язвочки, осыпавшие крошечное тельце. Врач обернулся на звук ее голоса.

— Миледи, я не слышал, как вы вошли.

— Он умрет, доктор? — спросила Алекса сквозь слезы. — Дэви умрет?

К ее немалому удивлению, врач улыбнулся.

— У вашего малыша ветрянка, миледи, — сказал он. — Почти все дети ею болеют.

— Это не оспа? Вы уверены?

— Нет, миледи, не оспа; хотя ветрянка тоже бывает в тяжелой форме, но у вашего сынка она пройдет без осложнений. Он здоровый малыш и через несколько дней пойдет на поправку.

У Алексы гора с плеч свалилась. Она прижала к себе ребенка. Никогда в жизни она не испытывала такого страха, даже когда ее ждала встреча с палачом. Алекса подумала о том, как бесценна жизнь и как она коротка. Она была не права, скрывая от Адама сына. Ребенку нужен отец. Как только Дэви поправится, она привезет его в Лондон.