Чтение онлайн

— Я не хочу больше разговаривать, — сказала она решительно. — Я хочу заняться любовью. Если ты хочешь услышать из моих уст эту смешную фразу, — пожалуйста: Я хочу трахаться.

Она подошла ко мне и не останавливаясь плотно прижалась всем телом ко мне. Я почувствовал неотвратимый импульс — и мой член окреп. Сильвия тоже почувствовала это и улыбнулась. Ее пальцы протиснулись между нами и расстегнули ширинку. Через секунду она уже держала мой член обеими руками и нежно сжимала его.

— Хорош, — сказала она упоенно. — Хочу!

Мои руки обвили ее пояс, затем опустились ниже и обхватили ладонями ее круглые ягодицы, сжимая и раздвигая их. Ее полные груди еще более тяжелым грузом прижались к моей груди и расплющились на ней. Ее рот с настойчивой жадностью искал мой, потом ее зубы впились в мою нижнюю губу. Моя правая рука отпустила ее левую ягодицу и, быстро обогнув ее гладкое бедро, запустила пальцы в пучок ее лобковых волос. Она развела ноги, покрякивая от удовольствия, пока мои пальцы исследовали влажное пространство между ее раздвинувшимися влагалищными губами. Ее зубы отпустили мою нижнюю губу, и она закинула голову назад.

— Снимай свою одежду, Холман, — прохрипела она. — Пока я не разорвала ее в клочья!

Кому охота ходить в рваном костюме? Я быстро стащил с себя одежду и к тому времени, когда на мне ничего не было, я увидел, что она наблюдала за мной, обняв ладонями влагалище и разводя в стороны ее губы, так что я мог видеть жемчужную белизну ее напряженного клитора. Я понял, что она дважды была права, когда употребила слово «трахаться». Понятие «заниматься любовью» не имело с этим ничего общего. Я схватил ее, обнимая одной рукой за плечи, другой — под колени и оторвал от пола. Кушетка была просторной, но не настолько, чтобы воспользоваться ею, подумал я. На полу лежал огромный ковер из овечьей шерсти, который отлично подходил для нашего дела. На него я ее и опустил. И началось!

Безумные страсти поцелуев, лизаний, сосаний и кусаний, когда ни один из нас не обращал внимания на другого. Все было подчинено одному — самоудовлетворению, достижению своей собственной волнующей вершины, — и плевать на партнера. Сильвия достигла оргазма первой, закричав в голос и барабаня своими кулаками по моим плечам. Через несколько секунд последовал и мой, сопровождаемый чередой судорожных толчков, и в конце концов я остался лежать на ней совершенно опустошенным.

— Слазь, — казалось, прошла целая вечность прежде чем Сильвия произнесла это слово низким голосом. — Ты же задавишь меня до смерти.

Мой вялый член выполз из своего влажного рая, и я медленно встал на колени. Сильвия смотрела на меня с особым чувством триумфа в ее ясных голубых глазах.

— Извини, что обошлась без этих бисексуальных штучек, — сказала она. — Я подумала, что для того, чтобы их тебе продемонстрировать, нет времени.

— Если принять во внимание мое теперешнее состояние, — сказал я, — то ты, должно быть, многих женщин стерла в порошок, то есть в абсолютную пыль.

— Ничего не могу с этим поделать. — Она приподнялась и приняла сидячее положение. Затем она почти любовно поласкала свои груди. — Но у меня это всегда получается лучше, когда есть аудитория.

— Вот, что я называю чертовски прекрасным шоу! — раздался сзади меня чей-то мужской голос. — Не жеманное притворство двух девок, а настоящая жестокая животная похоть. Истинное наслаждение!

Я взглянул через плечо и увидел Чарли Стрэттона, дружески улыбавшегося мне, а также пушку в его руке, направленную прямо на меня.

— Да, это ваша пушка, приятель, — сказал он. — Но это вовсе не значит, что вам не надо одеваться.

Я оделся. Сильвия тоже оделась, натянув на себя снова длинное кобальто-голубое платье и застегнув на спине молнию. Потом она подняла свои бледно-голубые трусики и, скомкав их в руке, бросила этот мягкий клубочек в меня.

— Подарок на память, — сказала она. — Примите с нелюбовью.

Я не стал их ловить, и они упали мне под ноги. На лице у Чарли Стрэттона все еще сияла дружелюбная улыбка, но пушка в его руке все еще была прямиком направлена мне в живот.

— Звони Эдди, — сказал он. — Скажи ему, что одна посылочка готова и дожидается отправки.

— Конечно, — сказала Сильвия и отправилась к телефону.

— Я уже был здесь до того, как вы приехали, — сказал Стрэттон. — По правде сказать, большая часть из того, что тут случилось, была чрезвычайно скучна. Вы даже себе не представляете насколько банален был ваш разговор за обедом.

— Не возражаете, если я налью себе выпить? — спросил я его.

— Как нехорошо с вашей стороны, Холман, задавать подобные вопросы, — сказал он укоризненно. — Я хотел заметить, что всем нам здесь хорошо известно, что вы можете выделывать с бутылками. Как я слышал, бедный Олсен все еще не пришел в себя. Что явно не улучшило настроения Эдди.

Сильвия вернулась.

— Эдди сейчас будет, — сказала она. — Или пришлет кого-нибудь вместо себя разобраться с этим дельцем. Он еще не решил кого.

— Налей своему запоздалому гостю выпить, — сказал Стрэттон. — Что вы предпочитаете, Холман?

— Бурбон со льдом.

— Это четко укладывается в ваш имидж.

Сильвия подошла к бару и стала готовить напиток. Разговаривая с ней, Стрэттон все еще внимательно следил за мной.

— Я был вознагражден, конечно, — сказал он. — Я хотел сказать, что все эти прятки и подслушивания окупились с лихвой! Но вот, какой вопрос меня занимает, Сильвия, дорогая: зачем был нужен такой неожиданно бурный секс?

Сильвия улыбнулась ему.

— Ну, я думала, что ты оценишь это, Чарли, и, возможно, это зрелище как-то поможет тебе скрасить унылый вечер. Кроме того, тебе известно, что я эксгибиционистка.