Леди с Запада
Шрифт:
Виктория взяла пистолет в правую руку и с трудом взвела курок. Нужно быть готовой ко всему. Теперь можно открыть стойло. Но жеребец вовсе не рвался на свободу. Он отошел в дальний угол и заржал.
– Уходи! – крикнула Виктория.
Она не хотела больше видеть его. Это было очень серьезно. Она не сможет жить на ранчо, пока здесь Рубио. Каждый раз при виде его ненависти будет разгораться в ее душе и она будет вспоминать о гибели сестры.
– Убирайся! – повторила Виктория и схватила со стены кнут – Убирайся вон!
Жеребец подчинился и вышел из стойла, но дойдя до середины конюшни, снова остановился, заржал и покосился на Викторию. Тогда, нацелив пистолет в верхний угол отворенных ворот, она выстрелила. С диким ржанием Рубио выскочил из конюшни. Лошади, стоявшие в стойлах, проснулись. Снаружи послышался шум, то здесь, то там замелькали огни. Это в домах зажигали свечи и лампы. Мужчины в спешке одевались, хватали оружие, и выскакивали на мороз. Виктория страшно замерзла и устала. С огромным трудом она затворила ворота конюшни и заперла все загоны.
Навстречу ей уже бежал Джейк, а следом за ним – Бен. Оба были вооружены. Увидев жену с пистолетом в руке, Джейк схватил ее за плечи и, забрав оружие, встряхнул, пытаясь вывести из оцепёнения.
– Что ты здесь делала?
– Я прогнала его!
– Что? – в голосе Джейка звучали гнев и негодование.
– Я выгнала его. Я не могу его больше видеть. Селия в могиле, а он живет, как прежде. Хватит тебе тех жеребцов, что он уже наплодил.
Джейк злобно выругался, но моментально опомнился и осадил себя сам. Его беременная жена стояла на снегу в одной ночной рубашке, прикрытая легкой шалью. Она вся дрожала от холода и напряжения, а он препирался с ней.
– Хорошо, дорогая. Все будет так, как ты хочешь, – на этот раз его голос звучал гораздо мягче.
Подхватив Викторию на руки, он отнес ее в дом и уложил в постель. Она крепко заснула впервые с тех пор, как погибла Селия.
Наступил март, а с ним появились первые признаки того, что скоро начнется потепление. Виктория стала неуклюжей, двигалась медленно и с трудом. Она уже не могла встать с кресла без посторонней помощи и улыбалась очень редко, только если Джейку удавалось ее развеселить. Живот ее был большим и тяжелым, и Виктория не могла найти удобного положения, чтобы заснуть. Спина постоянно ныла. Она с нетерпением ожидала родов. Ведь тогда все ее мучения закончатся.
Джейк никогда не считал себя хорошим семьянином. Он женился и любил свою жену, вот и все. Но в эти трудные месяцы он старался безотлучно быть подле нее. Он массировал ей спину и помогал ночью добраться до горшка. Его тревожил ее огромный живот. Значит, ребенок крупный, а у Виктории такие узкие бедра. Смерть Анжелины во время родов не давала ему покоя, ведь такое могло случиться с каждой женщиной, даже с его женой. Март подошел к концу. Теперь все домашние не спускали с Виктории глаз. Ее напряжение достигло апогея. Когда третьего апреля неожиданно пошел снег, она разрыдалась. Неужели весна никогда не наступит? Неужели ее ребенок никогда не родится?
В ту ночь она опять не могла заснуть. Джейк массировал ей спину, но это не помогало. Свечи они зажигать не стали. За окном было белым-бело от снега и лунного света.
Внезапно Джейк насторожился и замер. Виктория выглянула в окно, но ничего там не заметила. По напряженному лицу мужа она поняла, что происходит что-то страшное.
– Одевайся, – скомандовал он, – не зажигай огня!
Сам он оделся в мгновение ока и с пистолетом в руке бросился в комнату к Бену.
– Бен, бандиты!
Бен вскочил так же быстро, как и Джейк, разбудив задремавшую рядом с ним Эмму.
– Вставай, малышка, – спокойно сказал он, – быстрее. У нас – беда.
– Что случилось?
– Пока не знаю. Одевайся.
Эмма выскочила из комнаты Бена и побежала в свою, которая теперь пустовала каждую ночь. Почему она не перебралась к нему насовсем? Ведь все в доме знали об их отношениях, и Виктория радовалась ее счастью. Эмма вздохнула. Теперь, может быть, уже слишком поздно.
Никогда еще живот так не мешал Виктории. Убегая, Джейк еще раз поторопил ее. И тут к ее облегчению вошла Эмма. Присев рядом с сестрой, она помогала ей натянуть чулки и надеть ботинки.
– Ты знаешь, что происходит?
– Джейк сказал, что это бандиты.
Женщины в тревоге прислушались, но вокруг была тишина.
Спустившись вниз, они обнаружили испуганных служанок. Джейк передал ружье Бену и оценивающе взглянул на Викторию с Эммой.
– Я дам вам ружья. Вы найдете себе место, откуда можно стрелять и где вы будете находиться в укрытии. А я пойду за мужчинами в дальний дом.
– Нет, – резко запротестовал Бен, – это я пойду за ними, а ты останешься здесь.
Прежде чем выскользнуть за дверь, он подошел к Эмме и крепко поцеловал ее в губы. И только когда он ушел, она поняла, что это был прощальный поцелуй, а возможно, и последний.
– Джейк, что происходит? – тихо спросила Виктория.
– Я видел свет. Видимо, кто-то зажег сигарету.
– Но почему ты решил, что это не один человек, а несколько?
– Опыт подсказывает, – ответил он и протянул женщинам коробку с патронами:
– Набейте себе карманы. Кармита, ты умеешь стрелять?
– Да, сеньор. И Жуана тоже.
– И я, – добавила Лола.
– Отлично. Берите ружья.
– Кто это, индейцы?
– Нет, индейцы никогда бы не зажгли огня. Это белые.
Первый выстрел заставил женщин вздрогнуть.
– Укрыться всем, – приказал Джейк, он выбил оконное стекло прикладом и приготовился стрелять.
– Захожу! – раздался со двора голос Бена.
Уже через секунду он ворвался в дом с пятью мужчинами. – Я думаю, стрелки здесь пригодятся.
Перепуганные женщины быстро поднялись наверх.