Ледяная душа

Хьюго всегда выбирал задания, за которые можно было получить самый высокий балл. Миссии отличались друг от друга степенью опасности и испытаниями, которые приходилось преодолевать. Он мёрз во льдах Виенны, вскарабкивался на Шкофу и даже спускался на самое дно Нуарского моря. Работа забрасывала его в самые разные части континента, наполненные лесными и горными пейзажами, или в города с богатой историей.

И когда поступило задание отправиться в пустыню Сардера, Хьюго, не раздумывая, покинул страну.

Ночь усыпала поднебесье тысячами звёзд. Гуляющий по пустыне редкий ветер разрисовывал поле волнистыми узорами, заставляя песок неторопливым морем течь в разные стороны. А посреди него, вздымаясь высоко в небо, темнела громада одинокого храма. Даже полуразрушенный, глубоко увязший в песках, он по-прежнему украшал собой Сардерскую пустыню.

Притаившийся у святилища скорпион зашевелился, когда Хьюго подошёл к входу в храм.

– Уже запыхался? – бросил он, обернувшись вполоборота.

Николас отставал всего на три шага. Хьюго видел, как тяжело напарник переставлял ноги и жадно глотал воздух, изредка протия лоб от пота.

– Где он? – спросил Николас с одышкой.

Хьюго сдвинул с запястья узкий рукав камуфляжной куртки и посмотрел на часы с картой. Двумя мигающими красными точками, стоящими рядом, были они, а третья находилась дальше, скорее всего, скрывалась в храме.

– Он внутри.

– Сколько? – Николас приготовился выставлять время на таймере.

– Пять минут.

Они поднялись по ступенькам тихо, почти беззвучно. Подошли к высоким дверям из тёмного дерева, заняли позиции по обе стороны и замерли выжидающе. Хьюго молча показывая пальцами, отсчитал до трёх, затем дёрнул ручку за кольцо, и они оба проскользнули внутрь.

В помещении стояла тишина. Лунного света, проникающего сквозь битые витражные окна, хватало, чтобы тускло осветить царившую в зале разруху. Пыльный пол поблёскивал от осколков стекла, кругом валялись разломанные скамьи из прогнивших досок, а густая паутина забила углы. Впереди, у алтаря, развернувшись к входу, стоял человек в длинных бесформенных одеждах.

– Чудовище. – Хьюго указал пальцем на приколотый к куртке серебряный значок с выгравированной буквой «З». – Зенит послал нас убить тебя.

– И всё равно вы опоздали. – Незнакомец поднял с пола керосиновую лампу и разбил её о большую медную чашу на алтарном столе. Масло вспыхнуло ярким пламенем, осветив жертвенник, в котором лежала девушка.

– Хьюго, там… – встревожился Николас.

– Вижу. – Хьюго сжал ладони в кулаки и нахмурил лоб.

Незнакомец скинул с себя одежды из некогда белой ткани, обнажая худощавое тело, сплошь перемотанное гнилыми бинтами. Его глаза внезапно выпали из глазниц и упали на пол и растеклись лужицей. Пол затрясся, будто началось землетрясение. Шкаф с книгами у дальней стены с грохотом упал. Ветер снаружи завыл и пробрался в храм через щели.

Напарники насторожились, сделали шаг назад, не сводя взгляда с чудовища. Из его спины вырвалась пара уродливых костлявых крыльев, а бинты на руках и ногах разорвали вылезшие когти.

– Николас! – окликнул Хьюго.

– Понял!

Тот переплёл мизинцы, что-то быстро прошептал и из его рук полился ослепительный белый свет, который закрыл их до того, как монстр взмахнул крыльями. Поры ветра захлопнул двери позади, поднял в воздух грязь и песок, превратив святилище в эпицентр урагана.

Хьюго выбежал из защитного купола, пробрался сквозь завесу песка и шепнул заклинание и его кулаки объял огонь. Он помчался на монстра, замахнулся, но перед ударом тот прыгнул. Повис в воздухе на несколько мгновений, оттолкнулся от плеча Хьюго, свалив его на пол, и сел под потолком на брусе.

– Ты как? – взволнованно крикнул Николас.

– Сейчас, давай! – скомандовал Хьюго.

В этот момент две световые лозы, что тянулись от купола, незаметно оплели монстра за лодыжки и резко дёрнули. Прежде, чем сорваться, чудище успело взмахнуть крыльями. Очередной поры ветра придавил Хьюго к каменной плитке. Рядом с ним свалился монстр. Николас, устоявший под защитой, расцепил мизинцы, прикрыл глаза и протяжно вдохнул. Прислонил подушечки пальцев на обеих руках друг к другу, вновь шепнул слова. Купол разросся, засиял ярче, наполнив весь зал едким белым светом.

Монстр остался лежать неподвижно, словно его прессом прижало к полу. Хьюго же поднялся, спокойно оттряхнул куртку и присел перед ним на корточки. В тёмных глазницах монстра из стороны в сторону метался маленький красный огонёк – зрачок, которым он, должно быть, успел разглядеть ухмылку на лице Хьюго.

– Жаль, что ты тоже оказался не разумный.

Чудище ничего не ответило, не могло. Хьюго знал, что свет магии Николаса способен парализовать мелкую нечисть, вроде пустынного орла или вамдога. Благодаря этому они быстро разбирались с подобными существами в прошлом. И сейчас управились не менее скоро: таймер ещё не успел сработать.

Хьюго прислонил указательный палец к сморщенному лбу монстра и шепнул новое заклинание. Огненный луч просочился в голову и она, засветившись, лопнула. Николас вовремя заслонил Хьюго куполом от летящих во все стороны клочьев гнилой плоти.

– Три минуты, – оповестил Николас, посмотрев на таймер. – Идём на рекорд.

Хьюго промолчал. Он подошёл к жертвеннику, где покоилась обнажённая девушка. На шее рваные раны, оставленные с особой кровожадностью. Хьюго изогнул губы дугой, представляя, с какой ненавистью чудище вгрызалось в неё. От этого стало не по себе, неудержимо сильно захотелось броситься в следующий бой, найти ещё одно существо и покарать, пока они не убили ещё одного человека. И всё же у него не хватало сил постоянно сражаться, ведь он простой маг. В одиночку очистить весь мир не получилось бы.

– Так грустно, когда люди умирают. – Николас стащил с алтаря простынь и подал Хьюго.

– Поэтому мы сражаемся – чтобы больше никто не умер. – Он укрыл жертвенник, скрыв под пыльной тканью девушку. – Пойдём.

Когда они вышли из храма, бушующий ветер уже стих, а среди звёзд показалась луна. В её призрачном свете пустыня выглядела совсем иной. Песочное поле обрело покой. Вдалеке к мерцающему небу тянулась пара гор. Хьюго казалось, что если он поднимется на вершину, то сможет дотронуться до луны или хотя бы спрятаться где-то там в перевале. От мечтаний его отвлёк Николас.