Чтение онлайн

Слово за слово, и Солидат уже без стеснения поведала всю историю своей жизни. Зара слушала и вздыхала, стараясь при каждом удобном случае рассказать схожий эпизод из собственного прошлого. Воскресив, немного видоизменив и преувеличив реальные чувства, которые она испытывала к отцу в детстве, она сплела грустное повествование об отсутствии родительской любви, одиночестве, всеобщем равнодушии, лжи и превращении в товар на матримониальном рынке.

Закончилось всё тем, что, всхлипывая, Солидат прижалась к

Заре, заверив, что она единственный человек, который её понимает. А Зара, в свою очередь, выяснила ряд подробностей из личной жизни правителя и узнала, за кого тот прочит свою дочь. Словом, доверие девочки было завоёвано.

До отъезда они виделись ещё несколько раз, вместе гуляли, делись 'маленькими женскими секретами': Солидат -настоящими, а Зара - выдуманными. Тяжело было выслушивать детские проблемы, изображать, что они глубоко тебя трогают, но ради работы можно было потерпеть и стать на годик лучшей и единственной подругой важного осведомителя Антории.

Взяв с Солидат слово писать и сообщать обо всех переменах в своей жизни и, заодно, жизни клана (они втроём долго придумывали адрес, в конце концов, Ирвин предложил в качестве корреспондента свою кузину), Зара с облегчением навсегда покинула замок Одосов, надеясь больше никогда не выслушивать чужие жалобы. В последние дни 'подруга' её жутко раздражала, и лишь усилием воли она сохраняла сочувствующее выражение лица. Зато появился повод гордиться своими достижениями на дипломатическом поприще.

На границе с Анторией Эрш с радостью избавился от обручального кольца. Зара же не спешила снимать своё и не сняла бы до самого Айши, если бы начальник не напомнил. Да, теперь он снова в одночасье превратился из Нубара в сеньора Эрша, обращался к ней исключительно на 'Вы' и предпочитал разговаривать с Ирвином. И на постоялых дворах Зара отныне ночевала в полном одиночестве. С одной стороны, она понимала, что он просто не хочет её компрометировать, но, с другой, противный внутренний голос нашёптывал, что она была для Эрша очередной игрушкой, одной из многих. Развлёкся на чужбине, а, вернувшись, на родину, снова расставил акценты в их отношениях.

Поговорить наедине и всё прояснить тоже не получалось: либо рядом был Ирвин, либо Эрш с кем-то разговаривал по

пространственному зеркалу. Создавалось впечатление, что у него для неё нет ни единой свободной минутки. Зара пробовала завязать мысленный разговор, но тоже безуспешно. Как раз она слышала отговорки: 'потом', 'в Айши поговорим', 'я сейчас совсем о другом думаю'. В довершение всего, видимо, чтобы окончательно отвязаться от настойчивой любовницы, Эрш занялся составлением отчёта для Рэнальда Рандрина по итогам поездки, делая, упорядочивая и систематизируя свои записи. Отвлекать его не решались ни Зара, ни Ирвин.

Девушка злилась на себя, обзывала дурой и даже в сердцах разорвала в мелкие клочья фиктивные документы. Обручальное кольцо, которое следовало отдать казначею, полетело в придорожные кусты.

Той же ночью, в гостинице какого-то провинциального анторийского городка, Зара предприняла попытку вернуть свой естественный цвет волос. К счастью, у неё ничего не вышло, а то бы наутро у персонала и гостей возникли бы большие вопросы.

Сидя за завтраком, она, с особым усердием пережёвывая пищу, сначала проигнорировав обращённое к ней приветствие, а потом и вопросы Эрша. Зара дала себе слова отныне разговаривать с ним только на рабочие темы: так будет легче.

Ничего, она это переживёт, сумеет справиться со своими чувствами, а потом, когда представиться случай, отомстит за лживые любовные клятвы. Месть была выбрана чисто женская: разрушить ему личную жизнь. Если в самом начале отношений рассказать новой потенциальной любовнице Эрша пару историй о нём, то многие предпочтут их не продолжать. А если продолжат, то есть тысячи способов испортить им удовольствие.

– Зара, что происходит?
– вопрос был задан мысленно, в голосе читалась тревога.
– Ты со мной не разговариваешь, в глазах полно ненависти.

Зара лишь фыркнула в ответ. Он прекрасно знает, почему она так себя ведёт, пусть не прикидывается!

–  Зара, я действительно не знаю. Объясни мне.

Ответом ему был обжигающий холод антрацитовых глаз под иллюзией.

Эрш оставил попытки выяснить причины странностей поведения подчинённой. По окончании завтрака он попросил Ирвина забрать вещи Зары и, дождавшись, пока тот уйдёт, неожиданно сделал шаг к Заре и поцеловал её.

–  Это всё твои домыслы, - прошептал он, увернувшись от пощёчины.
– Я никого не обманывал, просто мы договаривались пока не афишировать наши отношения. Потерпи, в Айши будет проще, там за нами не будет постоянно следить Ирвин. Не сердись, я не провожу с тобой много времени только потому, что это было бы подозрительно. Я честно люблю тебя, иллайя.

Наклонившись, Эрш поцеловал её руку и ласково погладил по запястью.

–  А ты волосы обрезал. И они будто светлее стали, - не удержавшись, она накрыла его ладонь своей ладонью.

–  Наблюдательная. Через неделю, надеюсь, всю эту черноту выведу.

–  А мне нравилось...

–  Извини, но мне хочется вернуть свои натуральные. И длину тоже. Я с ними намучался, с удовольствием остриг, -рассмеялся Эрш.
– Ума не приложу, как Жемир справляется со своим 'хвостом'! И чем вам, женщинам, так нравится конская грива у мужчин? Каждый раз, когда себя в зеркало видел, чувствовал себя перекрашенным эльфом. И не проси, отращивать не буду, только через мой труп!

Айши встретил их снегопадом. Было непривычно холодно после более мягкого южного суйлимского климата.

Проводив Зару до дома и сняв иллюзию с глаз, Эрш официально с ней попрощался, дав отпуск на три дня: 'Отдохнёте с дороги и приведёте себя в порядок. Потом придёте на работу на недельку, и, как обещал, отпущу на волю на месяц. Вы заслужили'.

Дом встретил Зару поразительно прохладно, будто она и не уезжала на несколько месяцев, а просто отлучилась на час-другой. Симуус подтвердил, что оба её драгоценных родственника во Дворце заседаний и никаких особых инструкций на её счёт не оставляли.