Чтение онлайн

Добираться до фазенды было непросто — электричка ходила только до поселка, а от него еще километров пять нужно было топать по лесной дороге. Поэтому на службе у Головановых был еще шофер — Дмитрий, молодой парень, который жил в том же поселке, что и дядя Гриша и возил его с утра на работу, а вечером — обратно. Теперь его пассажиром стала и Вася, которую Димка каждое утро забирал со станции.

Несмотря на отдаленность ее нового места работы, она не жаловалась. Кирилл оказался на редкость хорошим начальником — приезжал раз в неделю с ветеринаром, спрашивал, нужно ли что-то его подопечному, исправно выдавал зарплату за неделю, потом помогал ей с жеребцом на вечерней тренировке. Ни разу не услышала она от него злого слова и не увидела недовольного взгляда, что нередко случалось с Валетом.

Напротив, не обращая внимания на ее протесты, ее новый патрон приказал кормить ее два раза в день — обедом и ужином, а тетя Люба с радостью старалась для нее приготовить что-то вкусненькое, потому как для самих хозяев готовить приходилось крайне редко, и она откровенно скучала от безделья.

— Я вычту стоимость питания из твоей зарплаты, — сдался в один из вечеров Кирилл, поняв, что добиться согласия от девушки другим путем не выйдет, — ты сама видишь, в какой глуши твое рабочее место — здесь нет ни буфета, ни столовой, чтобы ты могла выйти на обед. А до дома ты с голоду ноги протянешь.

— Я могу привозить еду с собой, — не сдавалась Вася.

— Не глупи, — Кирилл, постучал в окно кухни, которое выходило на задний двор, где и состоялся этот разговор, — теть Люб, успела уже как следует познакомиться с Василисой? — спросил он, когда женщина выглянула наружу.

— Еще бы, — улыбнулась она, — как не познакомиться. Меркуша от нее в восторге, — экономка с улыбкой посмотрела на девушку и, как ей показалось, даже подмигнула.

— Как думаешь, положен такому тренеру обед и ужин?

Вася не смогла сдержаться и улыбнулась — беседа хозяина и прислуги проходила так легко и непринужденно, что человек посторонний принял бы их за племянника и тетушку. Это лишний раз подчеркнуло, что она приняла верное решение, согласившись поработать на Кирилла. Было ясно, как божий день, что человек этот совсем не чета Королеву — добрый, работящий, заботливый. Еще и умный — о его адвокатской конторе в городе не знал только ленивый. Среди его клиентов можно было найти немало знаменитостей. Васе нравилось, что своего положения он добился сам — выучившись и упорно работая, не опираясь на деньги семьи. Полная противоположность его другу-разгильдяю.

— Думаю, что если мы не накормим такого тренера, то получим от Меркуши копытом в лоб, — отшутилась тетя Люба.

Со следующего дня она сама приходила за Васей на конюшню и приглашала к столу.

— Дочка, сколько тебе годков? — спросила как-то тетя Люба за обедом.

— Двадцать шесть, — ответила девушка.

— Семья есть? Родители?

Вася опустила голову и начала копаться в тарелке с еще дымящимся пловом.

— Ой, прости ты меня, глупую. Ляпнула, не подумав. Давай я тебе чайку поставлю. С мятой в жару хорошо освежает.

Женщина резко встала с места и засуетилась у плиты, а Васе стало неловко. В конце концов, откуда ей было знать, что мать их бросила, сбежав с любовником, а отца уже нет в живых.

— Папа умер восемь лет назад, — заговорила она, — молодой еще был, сорок четыре года всего. Врачи говорили, что какой-то тромб оторвался. Он конюхом работал в клубе, где Меркурий раньше находился.

— Как жаль, — отозвалась экономка, — и правда, молодой какой. Господь забирает лучших. Что тут скажешь, — женщина тяжело вздохнула. — А мама?

— Про нее совсем говорить не хочется, — отмахнулась Вася, а потом, поняв вдруг, что это прозвучало уж как-то совсем грубо, поправилась: — Потому как ничего хорошего о ней сказать не могу.

— Поняла я, поняла, — закивала тетя Люба, наливая в чашку кипяток. — Да ты не бойся меня, дочка. Я тебе зла не пожелаю. Видно же, что ты девушка хорошая, честная, трудолюбивая. Вон как за Меркушей смотришь — он уже и на поправку с тобой пошел. А прошлый был тренер — так тот и прикрикнет на него, и по спине мог огреть. Вот какой был. Так я это все Кириллу рассказала — он его и выгнал.

— Правильно сделали, — ответила Вася, принимая из рук экономки чашку с ароматным чаем.

— А тебе замуж пора, — продолжила женщина, — можно уже. И возраст подходящий. Вот, Кирилл наш — завидный жених. Вот такую бы ему девушку. А то все светлые львицы какие-то вьются вокруг него. Так и хотят охомутать. Это все шалопай этот, Королев — он его во все тяжкие тянет. А тот и идет, привык с детства с ним и в огонь, и в воду.

— Светские львицы, — поправила тетю Любу Вася, не сдержав смешок.

— Да какая разница — светские, не светские. Один черт — брови нарисуют, губы какой-то гадостью накачают, юбка разве что трусы прикрывает. Тьфу на них, — женщина сморщилась и сделала вид, что плюет на пол.

– И это — щелкают сами себя все время, щелк, щелк этими телефонами, губы вытянут уточкой — и тетя Люба продемонстрировала, как именно «светские львицы» вытягивают губы. — Я своей по губам даю, если вижу, как она себя так щелкает. А что поделать? Мода такая.

Эта сцена еще больше позабавила Васю.

— Селфи, — прокомментировала она, — это когда сам себя фотографируешь.

— Ага, точно — оно самое.

— Значит, Кирилл здесь с подругами и друзьями отдыхает? — спросила Вася, не сумев побороть любопытства.

— Да с какими подругами? Бог с тобой. Это не Кирилл, это Степаныч привозил сюда этих моделек, у него из рой целый, как никак свое агентство держит. А Кирилл здесь разве что с Тимуром бывает — попарятся вдвоем, в бассейне поплавают, могут порыбачить потом на озере. На ночь водочки графинчик усидят и по койкам.