Чтение онлайн

— Джек, ты же не виноват. Это все Алекс.

— Моя вина в том, что я не отговорил его. До сих пор не могу поверить, что он действительно хотел убить. Припугнуть — да, но убить!.. — Нимит закусил губу.

— Ну хорошо, — сказала Хэнли. — С четырьмя мы разобрались. А как насчет Ди? Кто убил ее?

Лицо Нимита сделалось пепельным.

— И Ингрид Крюгер. Алекс не пользовался присыпкой Анни. В его теле не было инфекции.

Нимит надел починенный костюм и показал большим пальцем через плечо:

— У меня там целая мастерская. Заряжу двигатель в два счета. Прощай, Джесс. И прости меня, если сможешь.

— О нет! Не уезжай! Ты же ничего не сделал! Все это не твоя вина.

— В том-то и дело: я ничего не сделал. Я знал, что Алекс хочет заткнуть Анни рот. Я ничего не сделал, чтобы остановить его. Я не мог допустить, чтобы сведения о ракете разлетелись по всему свету и нашу станцию закрыли. Алекс с моего молчаливого согласия убил Анни… и еще троих человек.

— Куда ты собрался?

— На юг.

— На юг? Отсюда весь мир — на юге.

— В Нунавут, на иннуитскую территорию.

— Но ведь там ничего нет — пустыня!

— Это здесь ничего нет. С «Трюдо» покончено. — В голосе Джека прозвучало отчаяние.

Хэнли положила ладонь ему на руку:

— Пожалуйста, не уезжай. Быть может, твоя причастность к убийствам и не раскроется.

— Все раскроется. Нельзя заставить молчать две сотни людей. Изгнание — вот моя кара.

— Джек!

— На станции для меня больше нет места. Мне некуда идти, но и здесь невыносимо. Если бы я не попросил Алекса отговорить ее… Я сожалею гораздо сильнее, чем тебе кажется. Нигде я не был счастливее, нужнее, чем на «Трюдо». У меня в жизни не было ничего лучшего. Я… я здесь влюбился.

— Прошу тебя, Джек, нельзя…

Нимит завел мотор.

— Вылезай.

Хэнли открыла дверцу и приподнялась.

— Сидеть! — рявкнул Джек. — Смотри!

Хэнли увидела в лобовое стекло, как к фургону ковыляет Койт, укутанный в одеяло; ступни обмотаны наполнителем из сиденья снегохода, на плече охотничье ружье. Пошатываясь, Койт шел, не сводя глаз с ошметков полярного костюма. Хэнли поняла, что нужно русскому, и выпрыгнула из кабины. Ледяной воздух ожег легкие: она забыла надеть шлем. Хэнли бросилась к контейнеру с водорослями.

Грянул выстрел.

Койт дернулся и выронил ружье.

Хэнли резко обернулась и на миг ослепла от ярких фар подъехавших машин. Хэнли ладонью прикрыла глаза. В круге света возник Немеров. Капитан, вытянувший вперед руку, был похож на прокурора в суде.

— Вы с адмиралом поплатитесь за это, — прокашлял Койт.

Хэнли перевела взгляд на него.

Пуля пробила аккуратную дырочку в шее неудачливого охотника. Он приложил пальцы к ране и рухнул замертво.

Немеров сунул пистолет в карман парки, поднял контейнер и передал Хэнли.

— Адмирал… погиб…

Взревел мотор фургона. Из кабины вылетел шлем, и дверца захлопнулась.

Надев шлем, Джесси помахала Нимиту контейнером, благодаря за последнее проявление любви.

Джесси приоткрыла пластиковый гроб.

— Доктор Хэнли! Вы не боитесь заражения?

Джесси отрицательно покачала головой и положила на плечо погибшей подруги стебельки белого арктического мака. Мысль, что вот такой, скорченной, Ди останется навсегда, внушала ей ужас.

Хэнли склонилась над телом и, покачиваясь, горестно забормотала:

— Я не знаю, я не знаю…

Вдруг она резко выпрямилась.

— Что случилось? — спросил Ули.

— Губы.

— Что с ними?

— Они сухие.

Джесси вытерла щеки, подумала, снова потянулась к Ди и омочила ее губы своей слезой.

Потом она решительно закрыла гроб:

— Все. Попрощались. Идем.

Кабинет Маккензи приводили в порядок к переезду Эмиля Верно.

— Надеюсь, я не помешаю? — спросила Хэнли у секретаря, входя в помещение, которое — странное дело! — без бумажных Гималаев стало выглядеть менее просторным; зато окна, до краев заполненные звездным небом, кажется, увеличились вдвое.

— Я почти закончил, — ответил молодой человек. — Осталось забрать ремесленные поделки и снять со стен грамоты. Не понимаю, почему прямо сейчас… Прежде чем сюда доберутся самолеты, пройдет несколько месяцев. Ах, прошу прощения, доктор Хэнли. Позвольте предложить вам чай или кофе?

Хэнли покачала головой:

— Большое спасибо, не стоит. Он где-то поблизости?

— Пошел в гербариум.

Хэнли отправилась знакомой дорогой к любимому месту отдыха Ди.

Маккензи был один. Он сидел, прислонившись спиной к валуну, кормил с руки зябликов. Это поразительно: птички совсем не боялись его.

Маккензи осторожно, чтобы не потревожить клюющих пичуг, поприветствовал Хэнли свободной рукой.

— Если не будете подходить слишком близко, они не улетят, — сказал он вполголоса, не сводя глаз с зябликов.

Хэнли тихонько устроилась на приступочке в нескольких метрах от директора и его миниатюрных друзей. Тем не менее стайка упорхнула, лишь один зяблик с независимым видом по-прежнему лакомился угощением.

— В семье не без урода, — бодро заговорил Макензи, хотя у него на лице читалось страдание. — Насколько мне известно, ваше свидание на льду с мистером Койтом прошло довольно-таки напряженно.