Чтение онлайн

Он улыбнулся одними уголками губ.

— Может, я мог бы найти другого мужчину, который позаботится о вас. Уверен, кто-нибудь где-нибудь выразит большое желание сделать вас своей женой.

Она проигнорировала его едкое замечание, отказываясь даже думать о том, что может с ней приключиться, если она вдруг окажется замужем за мужчиной, у которого нет почетной награды за прилежное посещение церкви.

— Хочу напомнить вам, что это вы в долгу передо мной, — безразлично проговорила она. — Я спасла вашу жизнь, а что касается моих супружеских обязанностей… Если вы попытаетесь заставить меня сделать что-то против моей воли, я…

В тоне, которым он оборвал ее высказывание, слышалась настоящая злость.

— Я не насилую женщин и вообще не причиняю им никакого вреда. — Коул сжал зубы. — Я женюсь на вас, потому что это необходимо, чтобы вас же защищать. Как вы выражаетесь, я перед вами в долгу. Теперь, если вы закончили критиковать мой характер, не угодно ли пройти в церковь и обвенчаться, или вы против? — спросил он. — Вы вольны уйти, если не хотите выходить за меня.

Кэди поняла, что он поставил ее таким образом на место. Может, она придавала этому больше значения, чем оно того заслуживает? Он сказал ей, что она красивая, но, видимо, не настолько, чтобы он потерял от этого голову. Как Коул сам говорил, он легко мог изнасиловать ее, когда они оказались один на один рядом с Деревом-виселицей, но ведь он этого не сделал.

Кэди почувствовала раскаяние.

— Брак — дело серьезное, и вы должны знать, что я отправлюсь домой, как только представится такая возможность, — предупредила она. — И не помолвлены ли вы с какой-нибудь девушкой, на которой предпочли бы жениться? Может, есть женщина, которая обидится, когда узнает, что мужчина, который, по ее мнению, принадлежит ей…

— Почти все женщины этого города влюблены в меня, — важно произнес он. — Даже замужние хотели бы овдоветь, лишь бы иметь возможность выйти за меня. Женщины преследуют меня, словно выводок цыплят курицу.

Мне каждую ночь приходится ночевать в новом месте, лишь бы сорвать их попытки найти меня, потому что все они пытаются меня соблазнить…

Кэди схватила его за руку.

— Замолчите, и давайте покончим с этим. Чем скорее это произойдет, тем скорее я смогу получить что-нибудь съестное.

— Только после вас, — улыбнулся ей Коул и пошире распахнул перед ней дверь в церковь. — Миссис Джордан, — тихо добавил он.

Кэди проснулась оттого, что ужасно болела голова и что-то мешало дышать. Когда она открыла глаза, ей пришлось некоторое время сосредоточивать взгляд, чтобы понять, что потолок над ней состоит из плотно прилаженных друг к другу балок. «Интересно, — лениво подумала она, — когда это хозяин успел сделать ремонт, и с какой это стати он решил оформить вирджинскую квартирку в Александрии в деревенском стиле?"

Повернув голову и протирая глаза, Кэди осмотрелась, стараясь прогнать никак не желающий отступать сон. «Хижина, — припомнила она, — хижина в горах. Одна очень чистенькая комнатка, самодельная мебель, голубые ситцевые занавески на окнах».

Кэди резко села — память внезапно вернулась к ней. Она больше не в Вирджинии. Она в горах Колорадо, и на дворе 1873 год.

На мгновение она спрятала лицо в ладони, припоминая все, что приключилось с ней за последние несколько дней, особенно то, что произошло вчера. Коул Джордан, мужчина, которого она едва знала, привел ее в церковь, готовую вот-вот рухнуть под тяжестью гирлянд из цветов. Широко раскрытыми глазами Кэди смотрела на розы и лилии, на свисающие отовсюду огромные полевые букеты.

— Здесь сегодня чуть позже будет венчание, — улыбнулся Коул, глядя на ее перепачканное лицо. — А может быть, эти цветы для нас.

— Тогда они, должно быть, все мертвые, — тихо сказала она, думая, что ее не услышат, но он услышал, и она почувствовала себя неловко, потому что по выражению его лица поняла, что сделала ему больно. Правду сказать, было очень мило с его стороны помочь ей таким образом. Просто это не совсем соответствовало тому, как она представляла свою свадьбу. Она хотела бы, чтобы рядом были ее подруги, Джейн и Дэбби, хотела выглядеть красавицей, а не замарашкой, ночевавшей на куче угля.

Идя по проходу, Кэди взглянула на Коула, заметила, как блестят на солнце его светлые волосы, и едва не бросилась бегом вон из церкви. Она мечтала пойти к алтарю с Грегори, мужчиной, которого любила, а не с этим чужим человеком.

Впереди, под прелестной аркой из зеленых веток и изящных белых цветов, стоял священник. Окажись это чужая свадьба, Кэди пришла бы в восторг от царящей вокруг красоты. Пел хор, но она едва слышала его пение. На венчание с Грегори она планировала пригласить сопрано из нью-йоркской оперной труппы.

Кэди даже не поняла, когда священник начал службу, так что не заметила и ее окончания. В какой-то момент она почувствовала, что глаза всех присутствующих в церкви устремлены на нее.

По-прежнему крепко держа ее за руку, словно боясь, что если он ее отпустит, она ускользнет, Коул вручил невесте свой носовой платок. Кэди и не заметила, когда начала плакать. Не то чтобы она громко всхлипывала или тело ее содрогалось от рыданий, просто горячие слезы медленно, но не переставая бежали по щекам.

— Не обращайте на меня внимания, я всегда плачу на свадьбах, — обратилась она к священнику, который продолжил службу не раньше, чем Коул кивнул в знак согласия.

В какой-то момент этой короткой церемонии Кэди произнесла то, что должна была произнести, и словно сквозь вату услышала, что теперь она — жена этого человека. Взяв себя в руки, она ждала, что Коул поцелует ее. Он ведь получил на это полное право, не правда ли?

Но Коул не поцеловал ее. Вместо этого он принял поздравления хористов, ни на мгновение не выпуская руки Кэди, и очень скоро вывел ее из церкви на крыльцо. На них посыпался традиционный рис, люди желали Коулу и его невесте удачи и вечного счастья, и выражали надежду, что молодые нарожают кучу детишек.

Среди всех этих дружеских шуток и намеков никто, кажется, не заметил, что Кэди за все время не проронила ни слова.

Коул помог ей сесть верхом и, отряхиваясь от осыпающего их риса, направил своего коня мимо церкви и повернул направо. Они долго ехали вдоль глубокого ручья, пока не достигли группы бревенчатых построек. Справа от них, у подножия горы, оказался огромный прогал — это мог быть только один из серебряных приисков города Ледженд.

— Прииск «Лили», — были первые слова, сказанные Коулом после их «свадьбы», если это слово применимо к только что состоявшейся лишенной всякой любви церемонии. Коул спешился, перекинулся парой слов с двумя подошедшими мужчинами и помог Кэди слезть с коня.