Чтение онлайн

Из хитроумно скрытого внутреннего кармашка в рукаве платья Рут извлекла клочок газеты и протянула его Кэди. Когда девушка поднесла его к фонарю, чтобы прочитать, Рут проговорила:

— Речь идет о том, что была исправлена давняя несправедливость. Люди, которые много лет назад ограбили банк в Ледженде, так и не были пойманы. Моего мужа и моего сына убили, когда они преследовали троих бандитов, но грабители, казалось, исчезли где-то в горах. Никто так и не смог напасть на их след. Много лет спустя в Денвере появился человек с огромной суммой серебром — это было серебро, украденное из банка города Ледженд. Прошел слух, что незнакомец — один из грабителей, разделавшийся со своими подельщиками. Никто ничего не мог доказать, а у этого человека оказался необычайный талант покупать молчание людей, занимающихся расследованием.

Рут взглянула на Кэди.

— Три дня спустя после вашего письма этого человека обнаружили мертвым в его собственном кабинете. Прямо в сердце ему кто-то вонзил нож. Убийца ни разу не выстрелил. Он бесшумно перемахнул через ограду, скрутил нескольких охранников и вошел в кабинет хозяина дома. На столе мужчины лежало собственноручно подписанное им признание: он участвовал в ограблении банка в Ледженде много лет назад.

Рут заглянула Кэди прямо в глаза.

— К найденному ножу оказалась прикреплена металлическая медалька, медаль за год прилежной учебы в воскресной школе. — Она тяжело вздохнула. — Я попросила шерифа показать мне нож. Это оказалась медаль Коула, а я… В свое время я лично проследила, чтобы медаль вместе с ним опустили в могилу.

Отвернувшись, чтобы не видеть выражение боли на лице Рут, Кэди припомнила, как выглядел Коул, когда вернулся после десятидневного отсутствия: плечо кровоточило из-за глубокого пореза, все лицо и спина покрыты синяками. Воспоминания отозвались болью в душе из-за бессмысленности этой мести. Убийство этого человека никого не вернуло к жизни.

Рут продолжала:

— Вместе с признанием обнаружили завещание, оформленное по всем правилам в присутствии нотариуса и свидетелей. Этот человек завещал на все свои деньги построить приюты для сирот по всему Колорадо.

Кэди вдруг почувствовала, что больше не может это вынести. Закрыв лицо руками, она разрыдалась. «Коул, — думала она, — должен был стать самым лучшим, самым чистым человеком из тех, кого мне доводилось встречать в жизни. Может, было не правильно убивать из чувства мести, но он сумел направить деньги, из-за которых пролилось столько крови, на благородные цели».

Рут долго сидела молча, давая Кэди тихо выплакаться, не нарушая ее одиночества и только предложив ей носовой платок. Когда же Кэди, кажется, все-таки взяла себя в руки, Рут снова заговорила:

— Теперь вы захотите вернуться в свое время.

— Да, — согласилась Кэди. — Я хочу домой. Думаю, я сделала то, чего от меня ожидали здесь. Коул получил свой шанс в… жизни.

"Но не в любви», — добавила Кэди про себя. Тут она его обманула. Да и как она могла любить его, если ее сердце уже принадлежало Грегори?

Вдруг Рут спросила:

— Кто положил свадебное платье в старую коробку для муки?

— Простите, что?

— Я думала над тем, что вы нашли свадебное платье и часы моего сына в старой коробке из-под муки. Кто их туда положил?

— Понятия не имею. Думаю, это было платье матери Коула, но… — Кэди слегка улыбнулась своим воспоминаниям. — Но Коул сказал, что не присутствовал на их венчании, так что не знает, что на ней было надето.

При воспоминании об этой шутке Коула она едва не расплакалась снова.

— Опишите мне это платье.

Кэди подумала, что сейчас совсем не время описывать разные фасончики, но для Рут это, кажется, было очень важно, так что она принялась объяснять, одновременно показывая руками, каким был этот наряд.

Не успела Кэди произнести и трех фраз, как Рут сказала:

— Платье не то. Платье было другим. Моя невестка выходила замуж в тысяча восемьсот шестьдесят третьем году, когда носили пышные платья с кринолинами, а ваше платье с турнюром. Такие платья носили в тысячи восемьсот семьдесят третьем году.

— Тогда для кого же оно было сшито, если не для матери Коула?

Рут посмотрела на Кэди, удивленно вскинув брови.

— О, нет. Не можете же вы считать, что оно было пошито специально для меня? Я знаю, что оно подошло мне по размеру, но как кто-то мог узнать, что я… То есть кто мог предугадать, что…

— Я, — просто сказала Рут. — Я могла заказать это платье и положить его в короб.

Кэди только беззвучно открывала и закрывала рот, не в силах что-либо произнести. Наконец она плюхнулась в кресло.

— В этом нет никакого смысла. Похоже на вопрос, что было раньше — яйцо или курица. Я нашла это платье до того, как повстречалась с вами.

— Да, но, как вы сами недавно сказали, пройдет еще сто лет от сегодняшнего дня, прежде чем вы найдете платье. Что может помешать мне сшить платье и положить его в коробку?

— Это значит, что все должно повториться снова? Что я снова найду коробку и вернусь в Ледженд, и устрою этот пир, и… — Кэди замолчала, потому что воспоминания были еще слишком свежи и причиняли боль.

Она постаралась отбросить эти мысли и сосредоточиться на том, что происходило сейчас.

— Чего вы от меня ждете? — осторожно спросила Кэди у Рут. — К чему вы ведете?

— Я хочу, чтобы вы вернули Коула к жизни. Хочу, чтобы вы остановили убийство членов моей семьи и даже… — Рут проглотила ставший в горле комок. — Я даже хотела бы, чтобы Ледженд продолжал жить. Однако не вижу, как этого можно достичь. Кэди, — продолжала она, — я благодарна вам за то, что вы дали моему внуку то, что дали. Хотелось бы мне увидеть его взрослым мужчиной. Я уверена, останься он в живых, он выглядел бы и поступал точно так, как вы описали.

Кэди ждала продолжения, потому что не сомневалась: Рут Джордан подводит ее к чему-то.

— Чего вы от меня хотите? — повторила она свой вопрос.

— Когда вы вернетесь в свое время, сделайте милость, поинтересуйтесь, есть ли у меня потомки. Я хочу, чтобы вы познакомились с ними.

Кэди улыбнулась.

— И что же я им скажу? Что я была знакома с их пра-пра-прабабушкой в тысяча восемьсот девяносто седьмом году? Или что у меня был замечательный роман с их двоюродным пра-прабратом, или как это назвать? Причем со взрослым, хотя он и умер девяти лет отроду? И что все это произошло сто лет назад?