Чтение онлайн

Руперт излучал уверенность, его энтузиазм бил через край, и он отнюдь не стремился как-то его сдерживать. Подойдя к Перкинсу, он положил ему руку на плечо, внезапно преисполнившись серьезности.

После некоторого колебания он наконец решился и выпалил одним духом:

– Доктор Перкинс, надеюсь, вы не откажетесь принять командование сектором Рок-Сити. Именно там решено заложить нашу основную базу. Могу ли я рассчитывать на вашу помощь?

Перкинс не только знал, что не сможет отказаться, но и что-то в нем самом подталкивало его согласиться на это предложение.

Он подписал свой новый контракт, почти не отдавая себе отчета в своих действиях.

Руперт сказал правду. Целая армия киборгов готовилась к ответственной миссии - идти отвоевывать для землян их древнюю родину - поверхность планеты.

В последующие годы к выполнению этой задачи готовились все подземные секции. Громадные заводы в ускоренном ритме выпускали продукцию, нужную для успешного исхода затевавшейся гигантской битвы.

Во всех слоях общества царило лихорадочное возбуждение. Издавались новые законы, разрабатывались проекты деятельности на будущее, готовились к совершенно новой социальной организации человечества.

Изо дня в день, с часу на час надежда на успех укреплялась в сердце каждого. Ожидали только сигнала, великого по своей значимости указания начать всеобщее наступление. И тогда массы людей ринутся на поверхность, к Свету и Жизни.

И этот день "Икс" настал.

Жерла шахт раскрылись, выбросив из-под земли неимоверное количество киборгов в полном боевом снаряжении. За ними тут же последовали другие, так что небо усеялось ими, как в летнюю ночь звездами.

Быстро создавались оперативные базы, системы связи с теми, кто ещё оставался в недрах Земли, чтобы тщательно координировать все фазы наступательных действий.

Перкинс вновь оказался в Рок-Сити, мертвом городе. Сейчас это была груда развалин, засыпанная пеплом. Они установили командный пункт на берегу озера, где сосредоточили запасы бесценного сырья - гербицидов, главного средства борьбы с хорелиями.

Пожар уничтожил город полностью, и ни одна хорелия не ускользнула от этого катаклизма. Но в целях предосторожности Перкинс все же распорядился, чтобы коммандос прочесали город, дабы исключить любую возможность нежелательного контакта.

От прежнего концерт-холла не сохранилось ничего, кроме почерневших от копоти стен.

Перкинс, казалось, вновь услышал звуки "Венгерской рапсодии", легко порхавшей средь руин. Теперь она умерла вторично, на сей раз в его мыслях, но с прежним трепетанием, прерываемом взволнованными паузами, как и в тот памятный день.

На него нахлынули воспоминания, неожиданно породив абсолютно непонятное стремление разыскать виллу старины Ковача.

Ему захотелось ещё раз, вероятно в последний, увидеть это место или по меньшей мере то, что осталось от дома. Это желание оказалось сильнее его, это было как какой-то дальний призыв, которому он не мог противиться.

И он отправился туда.

"За пределами жизни, за границей смерти, Майкл, чем бы ты ни занимался, ничто не помешает нашему воссоединению..."

Фраза всплыла в его памяти, затем он понял, что это звучит в его мозгу с невиданной силой тот же самый, что и раньше, голос. Он шел, будто безвольный автомат. Его душа разрывалась между тревогой и дивным наслаждением, охватившим все его существо.

Вилла Ковача уцелела полностью и сохранила тот вид, который имела в момент их бегства. Он почему-то даже не задумался, каким же чудом она могла уцелеть в океане бушевавшего в тот день огня. Пламя пощадило и ряд соседних домов.

Может, это было следствием капризной игры ветра...

Но какое это имело для него сейчас значение? Он находился полностью во власти мощного зова, околдовавшего его и направившего его шаги прямо в сад, к огороженному участку с хорелиями.

И в загоне он увидел её.

Удивительно, ослепительно прекрасную... Еще более прекрасную, чем когда-либо раньше... Счастливую, расслабленную, полную страсти, наслаждавшуюся своей победой с болезненным восторгом.

"Я знала, что ты вернешься... Я ждала тебя... Я так тебе благодарна за то, что ты опять со мной..."

Мэри!

Как хорошо, что он наконец-то встретился с ней!

– Мэри... прости меня... Я так страдал... если бы ты знала...

"С этим покончено... теперь все позади... И - главное! ничего не бойся... ты увидишь, как это легко..."

И он устремился вперед, ничего не сознавая, покорный, завороженный, и прильнул к этому очаровательному и в это же время ужасному существу. Он физически ощущал прикосновение любимого лица, отчетливо различал океан золотинок в её бездонных глазах, видел алевший, словно открытая рана, рот и развевавшиеся, пахнувшие медом длинные волосы.

За пределами жизни... за границей смерти...

Он не отдавал себе отчета в том, что попал в смертельную ловушку.

Перкинс лишь почувствовал, что его уносит куда-то в безграничное нечто, в звездные завихрения, к далеким туманностям.

Затем как-то разом все для него померкло.

Небытие объяло его.

Мертвого!

Прошло некоторое время. Годы! Даже, скажем, немало лет.

Люди подземелья успешно отвоевали всю земную поверхность. На планете главенствуют они, диктуют свою волю, издавая законы.

Они снуют туда-сюда. Занимаются своими делами. Обеспечивают руководство. Живут и умирают.

У бывшего подземного народа - свои герои и мученики.

Как, впрочем, и свое прошлое, традиции, обычаи, памятники и могилы предков, на которые по праздникам благоговейно возлагаются цветы.

До чего же это потешно!

Цветы!

Эти презренные, низшего порядка растения, бездушные и лишенные мысли, эти обездоленные и ничего не осознающие отбросы расы - божественной, исконной и первичной, вечной.