Чтение онлайн

— Джон Грамматикус, ты привел нас сюда смутными историями о надвигающемся катаклизме, и нашей роли в его предотвращении. Я хотел бы узнать чуть больше, прежде чем Легион начнет высадку.

Грамматикус громко захохотал.

Омегон сурово посмотрел на него.

— Простите, лорд Омегон, — сказал Джон, не сумев скрыть своего веселья, — Но вы привели сюда целую военную экспедицию через огромное расстояние, руководствуясь моими «смутными историями». Насколько я вижу, вы готовы говорить прямо. Хватит кривить душой.

Омегон посмотрел на него.

— Первый капитан Пек сказал, что ты описал грядущий катаклизм как войну против Хаоса.

— Это так, сэр, — ответил Грамматикус, — хотя война с Хаосом и идет со времен юности Галактики. Впрочем, наш вид сейчас стал эпицентром этой войны, а Империум полем битвы. Кабала провидела, что события, которые произойдут в ближайшие годы, определят не только нашу судьбу, но и судьбу всех остальных рас.

Омегон повернулся к планете.

— Пек вспомнил, что в Мон Ло ты говорил кое-что еще. Он сказал, что ты описал грядущее как «великую войну с самими собой». Это описание гражданской войны, Джон Грамматикус.

— Да, — ответил все еще пристально смотревший на лицо гиганта Джон.

— В Империуме не может быть гражданских войн, — сказал подошедший к ним Альфарий. — Это просто невозможно. План Императора…

— Утопия, — нагло переил Грамматикус. — Обреченная так и не достигнуть свих целей. Прошу вас. Альфа Легион — самый прагматичный и расчетливый из всех. Вы не следуете дословно принятым идеям, как люди Жиллимана, и не погрязли в диких племенных традициях, как воины Русса. Вы не решительные дуболомы, как знаменитые сыны Дорна, и не бешеные психопаты, как монстры Ангрона. Вы не ослеплены догмами Империума как остальные. Вы мыслите самостоятельно!

— Это — самая близкая к ереси вещь, которую когда-либо говорили в моем присутствии, — тихо сказал Альфарий.

— И поэтому вы выслушаете меня, — сказал Джон, — ведь вы можете узнать истину, когда услышите. Вы принимаете в свои ряды только самых образованных и умных. Вы мыслите самостоятельно!

Он стоял между гигантами, действуя по своему плану. Сонека улыбнулся, увидев, как к Грамматикусу вернулась уверенность.

— Император выбрал идеальную утопию, — объявил Грамматикус, — которая хороша, когда к ней движешься. Она воодушевляет и движет массы, дает солдатам точку опоры, но это всегда только утопия.

— Мы обсуждали этот вопрос, — тихо сказал Пек.

— И? — спросил Грамматикус.

— Мы пришли к выводу, что подобные идеалы становятся абсолютным препятствием для выживания вида, — ответил Пек.

— Никто не может достигнуть, или даже приблизиться к состоянию совершенства, — заговорил другой капитан. — Потому что совершенство — идеал, недостижимый для несовершенных существ.

— Лучше управлять недостатками людей, удерживая их на неизменном уровне. — добавил Пек.

Грамматикус кивнул.

— Спасибо за вашу точную оценку, я аплодирую вашей дальновидности, — он повернулся к Альфарию. — Сэр, Империум готов взорваться. В зоне привала на Эолиф Кабала ждет возможности показать вам как лучше, как выразительно сказал первый капитан, управлять недостатками людей.

Альфарий глубоко вздохнул и посмотрел на Джона.

— Я удивлюсь, если не пожалею в грядущие годы о том, что не казнил тебя прямо здесь.

— Гражданская война, сэр, — предостерег его Грамматикус. — Подумайте об этом.

Альфарий покачал головой.

— Думаю. Джон, у моих братьев бывают распри и ссоры, они ссорятся друг с другом, но это делают любые родичи, и это может привести разве что к синякам. Не к крови. Я прибыл в эту семью позже всех, но я уже знаю ее устройство. Например, Робаут презирает меня, а я его игнорирую… Но, для начала гражданской войны, Примарх должен желать брату-примарху смерти, а этого просто не может быть. Это невозможно. Теперь нами руководит Мастер Войны и…

— Мастер Войны? — тихо повторил Грамматикус.

— Воителем стал Хорус Луперкаль, — ответил Альфарий.

— Как давно? — спросил Джон. Его лицо внезапно стало очень внимательным.

— Пять месяцев назад, после великого триумфа на Улланоре. Император покинул Великий Крестовый Поход и назвал своего первого сына Мастером Войны. К сожалению, из-за отступления с Нурта и наших дел я не смог лично присутствовать на церемонии. Но обычно я и так сторонюсь их и высылаю своих представителей.

— Хорус уже Мастер Войны… — прошептал Джон Грамматикус и тяжело опустился на палубу, тряся головой. Космодесантники наблюдали за ним, как взрослые за готовым впасть в истерику ребенком.

— Джон, в чем дело? — спросил Омегон.

— Уже… — бормотал Джон, качая головой. — Так быстро. Два года, он говорил про два года. У нас их больше нет.

— Джон?

Грамматикус старался не смотреть на окружающих его космодесантников. Когда подошедший к нему Сонека поднял его на ноги, Джон дрожал.

Шмыгнув носом, Грамматикус посмотрел на Альфария.

— Хорус станет катализатором. Лорд, прошу вас отправить меня на место встречи. Возьмите с собой любое сопровождение, которое хотите. Я буду вашим тайным паролем. Я укажу вам присутствие Кабалы и поручусь за вас. Это должно быть сделано. Времени больше нет. Хорус — Мастер. Хорус — Мастер Войны…

— Пето, отведи Джона обратно в камеру, — приказал Пек.

Удерживая Джона на ногах, Сонека ответил коротким кивком.

Джон начал сопротивляться.

— Я должен попасть вниз первым! Я должен указать путь!!!

Пето взял его в захват и потащил к выходу.

— Мы начнем высадку в район места встречи, как только прибудет флот экспедиции, — сказал Альфарий.

— Вы зря тратите время! — кричал боровшийся с Пето Грамматикус. — Вы попусту тратите ценное время!

— Уведите его. — приказал Альфарий.