Легионеры
Шрифт:
– Гауптвахта. По пять суток каждому.
– Есть.
– Не слышу?
– Есть, мой сержант! – в один голос, не скрывая радости, рявкнули злостные нарушители дисциплины.
– Остальным группам приготовиться к повторной сдаче нормативов на полосе препятствий. Всем, без исключения! Вольно, разойдись.
Вымокший до нитки, грязный и усталый взвод молча побрел на стартовую позицию…
А после обеда были занятия в спортивном зале.
Для отбытия наказания предстояло явиться в штаб только на следующий день, с общего построения лагеря. Поэтому и Хохол, и Махмуд пока работали вместе с остальными, по учебному плану своего взвода.
Сначала, для разминки и разогрева, все немного побегали в баскетбол. Играли «на вылет», до трех мячей, разбившись командами по нескольку человек. Разрешалось для остановки соперника все, кроме ударов и укусов: толчки, захваты, подножки, удержания… При таких правилах серьезных травм удавалось избегать только благодаря тому, что пол спортивного зала от кольца до кольца покрывал пружинистый борцовский ковер, а вдоль стен на уровень груди поднимались поролоновые маты.
Главное было только – не влететь головой в косяки дверей, одна из которых вела в раздевалку и душевые. Через вторую дверь занимающиеся попадали в огромное помещение с мешками, макиварами, зеркалами, боксерскими грушами и прочей утварью для отработки приемов рукопашного боя.
– Слышь, ты давай поосторожнее, – предупредил Алексей приятеля-штрафника, показывая глазами на кавказца.
– Угу, – чувствовалось, что парень уже немного поостыл и больше на неприятности напрашиваться не будет.
– Потом поквитаетесь. Не сейчас!
– Обязательно, – ощерился Хохол.
Впрочем, по счастливой случайности за все время разминки им с Махмудом играть в соперничающих командах так и не выпало.
– Становись!
Прозвучал свисток, и взвод разобрался в одну шеренгу.
Перед строем появился темнокожий инструктор, проводивший обычно занятия по рукопашному бою. На этот раз он был не один – рядом, чуть отступив, замер огромной, почти двухметровой глыбой из кулаков и мускулов наголо бритый мужчина в пятнистом форменном комбинезоне.
Он стоял босиком, без ремня и знаков различия, равнодушно уперев взгляд в какую-то точку за окном.
– Этот еще откуда взялся? – шепнул сосед.
– Не знаю, – шевельнул губами Алексей.
– Серьезный дядя… Прямо красавец.
Тут и Алексей рассмотрел у стоящего перед строем мужчины уродливый шрам на месте левого уха.
– Прекратить разговоры! – рявкнул на весь зал инструктор. – Кто там такой болтливый?
Взвод застыл в тишине, и, выдержав многозначительную паузу, инструктор продолжил:
– Сегодняшняя тема – свободный спарринг. Отработка усвоенных приемов рукопашного боя. Понятно? Понятно… По рекомендации командования в сегодняшнем занятии примет участие легионер Тайсон из роты подготовки унтер-офицерского состава. Для большей наглядности.
Он ухмыльнулся нехорошо и снизу вверх посмотрел на стоящего рядом мужчину:
– Всем сесть. Приготовиться!
Алексею показалось, что инструктору и самому немного не по себе в присутствии одноухого великана.
– Паршиво, – выдохнул сосед.
– Это что, тот самый?
– Ага. Помнишь, ребята рассказывали? Зверюга.
В лагере четвертого полка под Кастельнодари помимо трех учебных рот начальной военной подготовки и группы управления дислоцировались две роты: подготовки унтер-офицерского состава и подготовки технических специалистов для всех подразделений Французского Иностранного легиона.
Конечно, программа обучения и условия жизни у них принципиально различались, но просуществовать несколько недель в полной изоляции друг от друга на замкнутой территории военного лагеря было бы невозможно. К тому же присланный из других полков кадровый состав часто привлекали к учебному процессу – и тогда даже самые обычные занятия по строевой или огневой подготовке в любой момент могли закончиться для новичков мордобоем и жестокими унижениями. А начальство смотрело на подобные выходки старослужащих сквозь пальцы, считая их обязательной частью морально-психологической подготовки будущих легионеров…
В следующее мгновение Алексею стало не до воспоминаний и наблюдений. Взвод едва успел опуститься на ковер вдоль стены, а инструктор уже тыкал пальцем в его приятеля и в кавказца:
– Встать. Выйти на середину!
Нарушители дисциплины вскочили и, поглядывая один на другого, выполнили приказ.
– Повторяю. Свободный бой, разрешено все… Все приемы! Понятно?
Махмуд кивнул, вслед за ним опустил подбородок Хохол.
– Бой до победы, понятно? Без правил.
– Ну, что же… Так даже и лучше, наверное, – шепнул сосед.
– Правильно. – Алексей тоже решил, что это неплохая возможность для тех, у кого чешутся кулаки, до конца выяснить между собой отношения. И мысленно похвалил командование Легиона, однако… Однако оказалось, что он, как и большинство парней из учебного взвода, ошибается.
– Вот ваш противник. – Инструктор показал на Тайсона и сделал шаг в сторону: – Нападайте!
Некоторое время вызванные из строя в нерешительности переминались с ноги на ногу. Наконец, заметив недоумение на их лицах, сержант пояснил:
– Вдвоем. Понимаете? Он один, а вас двое, понятно? Нападайте!
Одноухий гигант не спеша перевел взгляд с одного своего противника на другого, и Алексею показалось, что в глазах его нет ничего, кроме презрительного равнодушия.
– Нападайте!
Первым бросился в бой кавказец. Одним прыжком, по-кошачьи преодолев расстояние до цели, он попытался достать Тайсона ногой в пах. Однако подошва прорезала пустоту, и Махмуд с трудом удержал равновесие. Впрочем, ненадолго – мощный толчок тыльной стороной ладони пришелся нападающему в висок, отбросив его к стене.