Чтение онлайн

Голос был грубым, полным ненависти. А следом… следом донесся другой голос. Слабый, дрожащий. Голос Яси.

Внутри меня все взорвалось. Холодная, слепая ярость поднялась из самой глубины, затмив разум. В тот миг я был готов обернуться драконом и разорвать в клочья все вокруг.

Я ринулся на звук. Яся стояла на ногах, но казалась такой хрупкой, как тростинка на ветру. Ее окружала стена из злобных лиц, тыкающих пальцев и проклятий. Но все замерло, стоило мне появиться.

Толпа лишь разошлась, чтобы уступить мне дорогу.

Я прижал Ясю к себе, она на секунду обмякла, словно я ее опора. А потом она подняла голову и в ее глазах отразился ужас. Она… она меня испугалась?

— Дракон… — прошептал кто-то в толпе.

Должно быть, от ярости я частично трансформировался. Когтей не было, но зрение стало острее, а в горле стояло низкое рычание. Яся напугали мои глаза? Я видел, как она вздрогнула, и мгновенно взял себя в руки. Тише, Кайл. Ты не пацан на первой трансформации, а опытный воин. Раскидать эту толпу — дело пяти секунд, но тогда мой маленький ежик точно сбежит от меня навсегда.

— Вы… — я начал тихо, но мой голос разрезал тишину, — вы собрались здесь, чтобы травить беззащитную девушку?

— Она… Она ведьма! — выкрикнул тот самый мужик, чей голос я слышал издалека. — Господин дракон, я прошу праведного суда! Я человек простой, добрый, пекарь! Но вынужден просить о праведном суде!

— Праведный суд? — я сдержанно хмыкнул, изо всех сил вытесняя рычание из голоса. Нельзя было пугать Ясю еще сильнее. — Вы хотите праведный суд? — обратился я к толпе.

Люди с интересом стали кивать.

— Так и есть. Господин дракон! Хорошо, что вы здесь! Наконец закончите этот черный беспредел! Те, кто творят черные дела, должны быть наказаны!

С вдохновением произнес пекарь.

— И правда, пора закончить здесь черные дела. Давай начнем с тебя, — тут же я уставился на орущего мужика.

— Ме… меня?

— Я сейчас повалю тебя в грязь и буду избивать ногами. Чтобы ты прочувствовал всю боль и унижение, которые готовил этой женщине. Да здравствует праведный суд!?

Толпа замерла. Пекарь побледнел и отступил на шаг.

— Кто-то еще жаждет праведного суда? — я медленно обвел взглядом застывшие лица, и на этот раз рычание вырвалось само собой. — Кто готов первым встать на ее место?

Яся дернулась, и мне пришлось сделать шаг вместе с ней. Толпа ахнула и отхлынула, размыкая тот тесный круг.

— Вы все напали на сироту, которая помогает вам! Девушку, что делает это, не взяв с вас ни копейки! Вы готовы предстать пред судом?

Тишина стала оглушительной. Мое тело было напряжено до предела; каждая мышца рвалась в бой, но разум удерживал ее в узде.

— Но она… она… — забормотал пекарь, окончательно растеряв спесь.

— Что? — мое терпение лопнуло.

— Она приворожила мою жену! — отчаянно выкрикнул он, и в его глазах плескалась дикая смесь ненависти, боли и отчаяния. — Пришла за помощью, а эта… украла платок и наложила чары! Она ведьм…

— Замолчи! — рявкнул я, не в силах слушать этот бред.

Бедная Яся напоминала загнанного зверька — то дергалась прочь, то вжималась в мою руку. Тише, Кайл, тише… Она и так на грани. А этого мужика… Мне его почти стало жаль. Быть преданным — горько. Но он выбрал не того врага. Вместо того чтобы разобраться с настоящей змеей у себя дома, он вымещает злость на невинном ежике.

— Твоя жена вчера приходила к нам, — старался говорить спокойно, но каждый звук давался с усилием. — Она просила скрыть свою измену.

По толпе прокатился гул. Пекарь покраснел.

— Нет, нет, она… Это все ведьма…

— Она ждет ребенка от твоего брата, — жестко оборвал я. — И просила Ярославу внушить тебе, что он твой. Она отказалась, и твоя жена нашла, на кого свалить вину. Я сам лично слышал все. Женщины говорили в сенях, и твоя жена не знала, что я слышу каждое ее слово.

Мужик побагровел, затем побелел, и я подумал, не хватит ли его удар.

— Клавдия, дрянь! — заорал он и ринулся с кулаками на женщину с темными волосами.

— Он лжет! Лжет! — взвизгнула она.

— Пожалуйста, Кайл, у нее ребенок, — раздался испуганный шепот Яси. Она схватила меня за рукав, и в ее зеленых глазах читалась чистая мольба.

Добрая, добрая Яся. И она была права, ребенок не виноват.

— Драконы не лгут! Убью! И Петьку убью… — прогремел мужик и замер, наткнувшись на мою ловушку, он ощупал руками прозрачный кокон, в котором я его на время запер. — Пустите, господин дракон! Покараю…

— Она носит дитя под сердцем, — тихо, но властно сказал я. Разум брал верх над яростью. Яся перестала дрожать, и мне стало чуть легче. — Ты не должен бить ее. Отпусти. С миром.

— Да как же я… после такого… Она меня опозорила! А я ее жалел! Никогда пальцем не трогал, слова грубого не сказал, но за такое…

— А как я тебе не свернул шею за Ярославу? — спокойно спросил я. Мужик сглотнул. — Вот и ты не поднимешь руку на беременную женщину.