Лекарство
Шрифт:
Джина, проследив, когда Адам закроет за собой дверь, снова обратилась к Майку.
– Любимый, не нужно задавать ему такие вопросы. Он ребенок. Он не понимает тебя. Для него эти игры в порядке вещей. И я не совсем понимаю твоего беспокойства на этот счет.
– Ты ведь знаешь, что случилось со мной в его возрасте?
– Да, ты мне рассказывал об этом, – терпеливо сказала Джина, – Но он не ты. У нас благополучная семья. Ты говорил, что твой отец тебе спуска не давал и избивал тебя практически каждый день. Ты же читаешь свои книги, есть там что-то про передачу психических заболеваний по наследству?
– Нет, нету.
– Давай больше не поднимать эту тему. Я знаю, что для тебя она важна, но поверь мне, Майк, с нашим сыном все в порядке.
– Хорошо, забудем об этом, – сказал Майк и слегка улыбнулся.
Он солгал. Хотя лгал он довольно часто и по разным причинам, все они в основном были мелочными, но сейчас он врал на серьезную тему и не хотел продолжать разговор. Он не забудет об этом. Просто не может забыть. Он должен сам найти выход из этой ситуации.
Так как он не нашел поддержки у жены, то сделает все сам. Сам придумает выход.
В этот момент, неожиданно для самого себя, на него резко нахлынули воспоминания, которые он давно спрятал как можно глубже в себя и почти забыл, что это действительно происходило.
Но Джина не унималась.
– Майкл, у нас есть более серьезная причина для беспокойства, – сказала она. – У нас скоро закончатся деньги, а я не могу все время просить моих родителей нам помочь. Тем более, когда ты покупаешь Адаму вещи, без которых он мог бы обойтись, скажем… – начала было она, но последние фразы Майк уже воспринимал как в тумане. Как будто он стоял в сером куполе из тумана, через который звук проходит лишь булькающими отрывками.
– Ты же знаешь, что это необходимо сын, – сурово выдавил из себя отец Майкла Тензоса, – у тебя проблемы и их нужно решать на берегу, пока не случилось беды.
Майк видел перед собой идеально побеленный потолок, на котором попеременно мигали лампы освещения. Его руки были привязаны к поручням кровати, ноги застегнуты в кожаные кандалы, а голова намертво сцеплена кожаным ремнем, который плотно прижимался ко лбу. Он был полностью обездвижен.
Действо происходило в Центре помощи психически нестабильным детям.
Майку 7 лет. 1993 год.
Центр помощи был коммерческой организацией. Еще бы. Министерство здравоохранения вряд ли дало бы добро на открытие подобного учреждения. Во-первых, есть и другие места, куда можно тратить деньги налогоплательщиков, а во-вторых, всем с самого начала казалось, что закончит эта идея не очень. Так оно и вышло.
Конец ознакомительного фрагмента.