Чтение онлайн

Ужасно привлекательный самец. Лена бросилась ему на шею и впилась поцелуем. Но его губы практически не отвечали.

— Люби меня, гандон! — в горячке приказала хозяйка и Андрей ответил.

Дальнейшее вспоминалось Лене как в тумане. Он сам, не позволяя помогать, раздел ее, обцеловал всю до последнего миллиметра, сделал великолепный куни, до оргазма, впрочем, не доводя, и удобно задрав ноги приставил свою балду ко входу во влагалище…

— Стой! — тяжело, возбужденно дыша, приказала Лена. — Давай ниже, в очко. Только смажь сильнее.

Андрей наплевал вязкой слюны сколько смог и двинул головку вглубь. Медленно… очень медленно раздвигая с испугу напрягшийся сфинктер. Лена морщилась от боли, но терпела.

— Расслабься, — сочувственно посоветовал Андрей.

— А то я не пытаюсь! — со злостью прокомментировала Лена. — Дави, я потерплю…

Нажим усилился и головка, а вслед за ней и сам член проникли в кишку на всю глубину.

— Ох… — облегченно вздохнула Лена. Боль уменьшиась. Но возникло новое ощущение: словно после долгого запора толстая какашка застряла на выходе. И больно, и ожидание облегчения — все вместе. — Двигай помалу, — скомандовала хозяйка и раб заработал.

Нарастание приятного происходило постепенно. Твердый член массировал пресловутую точку «G», ритмично гладил упругий сфинктер, и периодически раздвигал и позволял сжиматься прямой кишке. В машине завитал неприятный запах, — «надо было проклизмиться», — поздно догадалась Лена, — но возбуждение, несмотря на неприличные ароматы росло. Лена громко застонала, скомандовала «быстрее!» и вскоре перестала дышать вовсе, заскребя пятками по салону. Потом громко ахнула и завыла с приговорами: «да, да, еще… как хорошо-то!.. о-о-о…», — затряслась вся, вытянув ноги и закатив глаза, прекратила орать и молча, трижды дернувшись волной от затылка до пят, расслабилась, задышав тихо-тихо, как во сне. И только теперь Андрей, лицо которого скривила судорога, разрешил себе кончить… снова досадно обманываясь в ожидании удовольствия. В ответ на его горячую сперму в собственной попе, Лена блаженно улыбнулась, в очередной раз изогнувшись дугой и снова обмякла. На сей раз окончательно. Даже уснула.

Андрей аккуратно из нее вышел, невольно поморщившись от усилившегося запаха. Нажал на открытие запотевшего окна в дверце, продышался и осторожно, стараясь не разбудить хозяйку вышел из машины. Достал из водительской двери бутылку с водой, обмыл увядший член и оделся.

Лена потянулась, просыпаясь, минут через пять.

— Как я замерзла, пипец! — были первые ее слова. — Ты, пидорас, еще и окно открыл! С ума сошел?!

— Я проветривал, Г… Лена, — серьезно испугавшись ее гнева, оправдался он. — Уже закрываю!

— Давай, — проворчала Лена и принялась собирать свою одежду. — У тебя влажные салфетки есть?

— Конечно! — обрадовался Андрей. Гнев Госпожи, похоже, прошел мимо.

— Я, между прочим, принцесса и пахну исключительно розами, и не какаю вовсе. — Балагурила она, одеваясь. Перед этим, подтираясь влажными салфетками, нюхала их, морщилась и выбрасывала. — Но кайф ты мне доставил обалденный, Андрюша, не ожидала. Совсем забыла про месячные и оказалось, что нет худа без добра. Не зря некоторые бабы анал обожают, теперь я их понимаю. Такой микст, что не объяснить. Я и в космосе полетала, и в проруби после парной, и умирала раз пять… для чего объяснять! Ты бабу не поймешь, у вас все тупо: кончил, — сказала басом, передразнивая мужской голос, — и на боковую… я тоже сейчас уснула, и тоже спать манит если до полного удовлетворения, но… все равно у вас тупее. Тем более только один раз кончаете, а мы серией… бывает. А чего это я перед тобой изгаляюсь, скажи-ка мне.

— Потому что у Вас хорошее настроение Г… ой, прости, у тебя…

— Да ладно, прощаю, не парься. Но больше не путайся.

— А разреши тогда обратиться? — спросил Андрей, глядя на хозяйку предано, как овчарка, просящаяся на улицу.

— Разрешаю, — с улыбкой ответила Лена.

— Позвольте мне кончать нормально, с ощущениями…

Тут Лена нахмурилась.

— Да я бы за, но ты наказан. Пятнадцать жертв вопиют о мщении. Не в полицию же тебе идти с повинной?

— Нет-нет, что ты! Лена, пожалуйста, разреши… ты уже запретила мне насилие, а ослушаться я не могу…

«До поры, до времени», — с грустью подумала Лена, вспоминая о слотах, число которых в ее айфоне неизвестно. А вдруг придется его освобождать ради более важного?

— Да хрен с тобой! Угодил ты мне сегодня, поэтому… разрешаю тебе кончать по нормальному, но… если ты будешь в положении раба при сексуальной игре. То есть, если найдешь себе бабу, любящую доминировать, уговоришь ее связать тебя, отхлестать… если она сама захочет, конечно, этот момент необязательный. Оттрахает тебя сама, как будто изнасилует, то тогда да, разрешаю тебе кончить со всеми приятностями и полным удовлетворением. Оргазм ощутишь такой глубокий и мощный, что крышу снесет… а для усиления можешь, — Лену понесло, как Остапа в гениальных «Двенадцати стульях». — Придушить себя. Говорят, при гипоксии — это нехватка кислорода в головном мозге, чтобы ты знал, — сексуальные чувства до небес взлетают. Будто кратковременную, изумительно приятную смерть испытываешь со сладким воскрешением. Попробуй. Разрешаю просто останавливать дыхание и не делать вдоха до талого, до более, чем «не могу». Безопасность гарантирую — это приказ. Оживешь как миленький. Надо и самой, кстати, попробовать…

Последние слова говорила, уже заведя свою машину, прогревая.

— Я понял, Лена, спасибо…

— Не за что, Пустышка. Да! послезавтра я выхожу к вам массажисткой. Ты там напой, что у меня опыт лет пять и все такое. Не хочу, чтобы коллеги на меня, как на тупую мажорку смотрели. Еще козни строить начнут — оно мне надо?

К разорению холодильника Лена все-таки не успела. Устроила мужу скандал по этому поводу, мол, для кого я стараюсь, если ты ешь одни котлеты, а остальное приходится выкидывать. Мы, что — Рокфеллеры? А мой труд? Ты совсем его не ценишь? Так я не буду стараться и тогда узнаешь… в общем, привычная семейная сцена вышла. С примирением в виде глубокого минета, на который Лена расстаралась, в который раз проклиная «женские дни». Но и в попу, которая все-таки болела пускать мужа не захотела, и мысль о петтинге и куннилингусе в этот раз воплощения не желала. Натрахалась сегодня до тошноты, которую не испытала в первый раз в жизни проглотив мужнину сперму. Ничего так, потерпеть можно. Но вкус так себе, не гурманский. На любителя. На сырое яйцо без желтка похоже. Терпко пахнущий белок с элементами соленой сельди. Ржавой селедки, если описать точнее.

Минет делала на кухне рядом с холодильником. Если сказать, что Сергей обалдел — не сказать ничего. Он был в шоке. Позже попытался было «отблагодарить» жену с тампоном в вагине предложением куни, решившись на него впервые в жизни, но был остановлен:

— Иди в баню, я только спать…

Проревновал жену всю ночь. Глаза сомкнул под утро.

Целый день с утра до вечера ушел на оформление санкнижки. Мало того, что пришлось искать срочную фотографию — из телефона почему-то не принимали, так потом сидеть в очередях к врачам. И слава богу, что гинеколог внял уговорам и, просмотрев карту, поставил «годен» без осмотра. Пришлось бы еще пару-тройку дней ждать, когда прекратятся месячные. Окунание в торжество бюрократии ее взбесило. Отыгралась на муже, который перед уходом на ночную смену совершил-таки первый в жизни куни. Улететь улетела, но по сравнению с той же неопытной Виталиной он в подметки бабе не годился. Женщина женщину понимает лучше, — заключила она с сожалением.

«Зато продрать не могут по-мужски, даже всеми пальцами», — подумала зачем-то. Видимо, за старавшегося мужа обидно стало. Любила она его, о чем догадалась совсем недавно. И совершенно не считала изменой свои совокупления с Андреем, Виталиной и Надей. Она же их не любит! Типичная и самая действенная отмазка что для мужей, что для жен. Совесть Лены была девственно чиста. К работе массажисткой с ублажением клиенток готова на все сто.

Увидев свой кабинет, сразу устроила скандал, дойдя до самой Виталины.