Ленинский проспект
Шрифт:
В середине девяностых на каждом подъезде висели рекламные листочки, оповещавшие: «В вашем доме появилось кабельное телевидение. Желающие подключиться…» – дальше номер телефона и сумма, во сколько кабельное удовольствие будет обходиться в месяц.
Я открыл глаза – мимо проходили люди. Ничего не изменилось, разве что появилось множество мелких деталей, призванных создавать объем: раздавленный пластиковый стаканчик, загорелые бритые ноги, пряжка блеснула на солнце, «Срочно сниму комнату», мое отраженье в стекле, рядом с объявлением, несвежий воротничок. Ничего не изменилось, разве что освещение.
Бритые ноги
Волосатые, кривые, мускулистые, бледные, в синих джинсах,
А рядом,
Загорелые, стройные, бритые, с педикюром, окаймленные мини-бикини, – как бы они дополняли друг друга!
Загорелые, стройные, бритые, с педикюром, в мини-бикини —
вы меня слышите?
Оставьте свой номер, получите SMS-сообщение:
Заяц, я тебя хочу! Волчонок.
Отправьте свое SMS-сообщение на номер 8 916 591 41 38:
Волчонок, я без тебя не могу! Заяц.
Заяц! мы будем жить долго и счастливо и умрем в один день.
Пушистик…
Ушастик…
Пространство, пронизанное SMS-сообщениями:
Волчонок, вернись. Я на седьмом месяце. Заяц!
Пространство, полное плюшевых животных.
Загорелые бритые ноги крутят пальцем у виска:
– Ты че, идиот?
Эмоциональная реакция на современную любовную лирику, личностная.
– Можно общаться через Интернет.
– Три ку-ку четыре раза!
Ноги уходят. Провожаю взглядом, провожу исторические параллели: как бы они позиционировали себя лет двести, триста назад? Нижняя юбка – до пят, из тафты, муара или камлота; верхняя юбка – до пят, подпирается железными обручами, из шелка или парчи. Как бы напрягалось воображение, чтобы пробиться?
Злым Купидо сраженный!
Или:
Амур меня вам выдаст с головою.
Или:
И солнце бело, и заря бела, —
Как белый лук и белая стрела
В руках Амура…
Пространство, пронизанное стрелами Амура.
Ничего не изменилось, разве что освещение.
– Задуй свечу!
Задуешь свечу в конце XVII века, а потом, в начале XXI века будешь испытывать полный оргазм только при свечах.
В чем соль шутки? В причинно-следственных связях. Их можно трактовать как с метафизических позиций – теория метемпсихоза, так и с физических – дети наше продолжение. Поскольку и то, и другое (метемпсихоз, дети наше продолжение), суть предрассудки, – можно наложить один предрассудок на другой. Что и было наглядно продемонстрировано.
Забавная книжка. Чуть не умер от смеха, читая главу о кроликах. Трагическая в чем-то история. Глава называлась «Морковка».
Сидит девица в темнице, а коса на улице.
Не пробовал ничего слаще морковки.
– А ну-ка, покажи свою морковку! – Сидит девица в темнице. – Ничего не пробовала слаще морковки.
Но если без юмора?
Впрочем, я не вижу здесь юмора, и все же…
Сколько людей в этот миг трахаются как кролики? На полу, на диване, на стуле, в перерыве между лекциями, прогуливая лекции, стоя, упершись в стену, в рабочее время, на столе? По скольким каналам бесперебойно транслируют половой акт? Сколько человеческих особей чувствуют себя отверженными, выброшенными из увлекательного, основополагающего процесса в силу различных обстоятельств, на время или навсегда? Сколько двуногих рвутся в председатели правления, в топ-менеджеры, в президенты, чтобы, вырвавшись, отыграться: Всех на колени поставлю! – под шестьдесят стать секс-символом: Пусть толпа кончает! пусть у нее будет постоянно мокро меж ног! – трахать ее одну?
Каждую минуту в России рождается три человека. Три человека – одна минута России. Я – двадцать секунд. Мимо меня проходят люди: все, кого я вижу, трахались, трахаются или будут трахаться, включая членов правительства, которых я вижу по телевизору. Каждую минуту России нужно в муках рожать.
Особую благодарность хочется выразить тем, кто трахается над созданием вечного двигателя.
– Одну минуту! Здесь вкралась какая-то ошибка. – Очкарик в белом халате уставился в допотопный монитор. – Только взгляните!
Голос диктора:
– Вам дается двадцать секунд на то, чтобы выявить ошибку и устранить. Двадцать секунд, Девятнадцать секунд, Восемнадцать секунд…