Чтение онлайн

Несмотря на то, что я ввела стандартную форму своим помощникам, каждый из них имеет характерные особенности в стиле. То бреет виски и носит свою странную кепку, Лелас перевязывает длинные светлые волосы лентой, Ван надевает слишком обтягивающие штанишки, а Кельми выглядит так, будто только что вернулся из кругосветного путешествия, которое его изрядно потрепало. Плащ Кельми испачкан грязью и неопрятен, будоражит своими небрежными линиями, которые вместе с темной надорванной майкой и черными штанами с несколькими дырками создают великолепный этюд в стиле хаоса. Образ Кельми завершают массивные полуботинки, чистота которых выдает, что образ бродяги создается напоказ. Кроме обуви с этой бесшабашностью не сочетаются и очки, без которых Кельми видит не дальше своего носа днем. Мой подарок. Зато они ему к лицу.

Кельми выглядит старше своего возраста. Его холодная красота и морщины не отталкивают. Кельми – друвер, или когда-то был им, поэтому его возраст не совсем сочетается с внешностью. Его беда в том, что из-за экспериментов превращаться в животное он больше не может, хотя огромной физической силой все еще наделен. Раньше Кельми умел превращаться в сыча, не помню, в какого именно. Но он говорил, что выглядел достаточно похоже на свой человеческий облик – серые перья и тяжело переносимый взгляд. Я верю ему на слово.

Кельми приходится мириться с плохим зрением. С наступлением сумерек его зрение становится до безобразия острым, как у птицы, в которую он мог превращаться. А вот в дневное время у него не всегда получается сфокусировать взгляд на мелких предметах. Из-за этого ему необходимы очки.

Кельми тяжело вспоминать о былых временах. Из-за отсутствия способности к превращению, Кельми стареет, как и все, хотя изменения проявляются чуть-чуть медленнее. Естественно, я могу его подлатать, но он приходит ко мне только для лечения каких-то сложных и запущенных вещей. От помощи с внешним видом он отказывается, говорит, что это все временно. Пусть поступает так, как ему угодно. Мое дело – поддержать любое решение Кельми. Дело небольшое, но важное.

– Валея, мы готовы идти, – говорит Кельми, прерывая мои размышления. Короткий взгляд То дает понять, что он тоже не собирается задерживаться в замке.

– Отлично. Используем капсулу, чтобы добраться, – отвечаю.

Мы выходим. Люблю покидать замок. Люблю передвигаться в капсуле. Внутри нее ты попадаешь в состоянии невесомости, когда ни одна кочка на дороге не сможет причинить тебе неудобства. Потрясающий опыт – полное отсутствие физических ощущений. Можно почувствовать лишь чьи-то прикосновения, полностью раствориться в человеке, ощущать только его… Но не в этот раз, не в этот.

Наше волшебное путешествие прерывается. Путь закончен. Нужно выходиться и быть готовой к неожиданностям. Жизнь любит их подбрасывать.

Кельми открывает передо мной дверь и подает руку. Кожа наших перчаток скрипит, соприкасаясь. Аккуратно выхожу из капсулы, придерживая платье.

Замираю на секунду, озираясь. Мне всегда нравилось любоваться городскими пейзажами. А сейчас нужно отметить, в каком месте энергик открыл свою лавку. Улица светлая, людей достаточно много. Значит, спросом будет пользоваться, аренда стоит больших денег.

Что располагается по соседству? Этот салон я знаю, сюда часто Лелас захаживает. Мое заведение через два квартала, значит, сейчас я нахожусь ближе к центру. Отлично.

Что еще рядом? Так, какой-то молодой человек закрывает мне обзор, остановившись в метре от меня. Почему он так на меня уставился? Ох, нет…

Делаю шаг вперед, сдергиваю с руки перчатку и легонько касаюсь слишком часто поднимающейся грудной клетки этого парнишки. Мои спутники уже заметили неожиданное движение и возвращаются.

– Неужели это ты, малыш? Мы все по тебе так скучали, так скучали… Ничего, у нас еще будет время поговорить. А сейчас ты должен усвоить, что случается, когда кто-то нарушает мои приказы, – говорю я медленно. За это время мои люди успевают обступить нас со всех сторон. Юноша пытается дернуться, но я, не прилагая особых усилий, контролирую каждую клеточку его тела. Его сердце бьется как птица в клетке из ребер.

– Ничего не хочешь сказать, малыш? – говорю я ему.

Он нервно сглатывает, моргает и шепчет:

– Прости меня, Валея…

Как мило. Улыбаюсь. Так забавно это слышать, ведь я же знаю, что он хочет убежать, а не пасть на колени. Если я верно помню, то этот юноша всегда отличался пылким сердцем, которое велело ему делать что-то до того, как его разум сообразит что-то путное. Сейчас ситуация была как раз такой.

– Ты знаешь правила. Сначала урок, а потом разговор. Кельми, будь добр, созови всех людей, которые занимаются поддержанием порядка в этом городе. Только что был пойман особо опасный преступник, который скрывался много лет. Хотя, если судить по его виду, всего несколько недель, в лучшем случае.

Ловлю себя на том, что испытываю двойственные ощущения, когда Ления забирают под стражу. С одной стороны, я рада, что смогла поймать юношу, предавшего меня непонятно почему. В другой стороны, мне его жаль, ведь я знала его давным-давно, двадцать с лишним лет назад. Это были славные времена…

Лений был одним из тех, кто пожелал присоединиться к моей группе, когда мой замок уже начали строить, когда мы начали вставать на ноги и продвигать свою философию в обществе. Он приходил ко мне много раз, но я постоянно отказывала, так как не была уверена в его пылком темпераменте. Все боялась, что Лений сможет наломать дров сгоряча, а потом жалеть. Честно говоря, так и вышло. По крайней мере, я надеюсь, что он хотя бы жалеет, что предал меня.

В мою память почему-то глубоко врезался тот день, когда Лений впервые пришел ко мне. Тогда у меня не было большого зала и множества работников. Я встретила его в небольшой комнатке, где места хватало лишь на несколько стульев.

Справа от меня сидел То, который всего пару недель назад приобрел свою первую кепку с козырьком. Тогда он еще удивленно смотрел на мир своими большими голубыми глазами и сражался за справедливость. С возрастом он понял, насколько субъективна и расплывчата эта хваленая «справедливость». Теперь он живет ради чего-то другого.