Чтение онлайн

– Хау! – воскликнул он. – Как хорошо.

– Говори, – настаивал Крейг.

– Их было трое. Мы шли по их следу с места убийства, хотя ему было дней десять и они пытались его скрыть. – Товарищ Бдительный затянулся так, что с горящего конца сигареты посыпались искры. – Их деревня находится в трех днях пути отсюда на краю долины. Это дикари из племени батонка. Примитивные охотники и собиратели из долины Замбези, и рога носорогов были еще у них. Мы увели всех троих в лес и долго разговаривали.

Крейг почувствовал, как мурашки побежали по телу, когда он представил этот продолжительный разговор. Он почувствовал также, как исчезает гнев и его сменяет вина. Он должен был предупредить товарища Бдительного, какие методы следует применять.

– Что они сказали?

– Они сказали, что есть человек, городской житель, который одевается как белый и ездит на машине. Он покупает рога носорога, шкуры леопарда и бивни слонов и платит столько денег, сколько они не видели в жизни.

– Где и когда они с ним встречаются?

– Он приезжает в полнолуние по дороге от миссии Тути до реки Шангани. Они ждут его ночью на дороге.

Крейг присел у костра и задумался, потом поднял взгляд на товарища Бдительного.

– Скажешь этим людям, что они будут ждать этого человека на дороге в следующее полнолуние с рогами носорогов…

– Это невозможно, – перебил его товарищ Бдительный.

– Почему?

– Люди мертвы.

Крейг посмотрел на него в полном замешательстве.

– Все трое?

– Все трое. – Товарищ Бдительный кивнул. Взгляд его был холодным и беспощадным.

– Но… – Крейг не мог заставить себя задать вопрос. Он направил партизан по следу браконьеров, с таким же успехом можно было натравить свору фокстерьеров на домашнего хомяка. Он нес ответственность за их смерть, даже если и не желал ее.

– Не волнуйся, Куфела, – успокоил его товарищ Бдительный. – Мы принесли рога твоих беджане, а люди были дикарями батонка.

Крейг возвращался к «лендроверу», забросив на плечо плетеный мешок с рогами. Он чувствовал себя усталым, болела нога, резала плечо веревка от мешка с рогами, но сильнее всего его мучила совесть.

Рога стояли на столе перед Питером Фунгаберой. Четыре рога: два высоких – передних и два покороче – задних.

– Половой стимулятор, – пробормотал Питер, дотронувшись до одного из рогов длинным изящным пальцем.

– Это заблуждение, – возразил Крейг. – Химический анализ показал, что в них не содержится никаких веществ, обладающих стимулирующим действием.

– Они представляют собой не более чем слипшуюся волосяную массу, – объяснила Сэлли-Энн. – Таким образом, эффект, которого добивается стареющий китайский повеса, растирая рог в порошок и принимая его с розовой водой, достигается лишь внушением. Рог – длинный и твердый, voila!

– Как бы то ни было, – заметил Крейг, – арабские нефтяные шейхи заплатят за ручку своего стального кинжала больше, чем старый китаец заплатит за свой кинжал из плоти.

– Где бы ни были проданы эти рога, значение имеет только то, что в «Водах Замбези» стало на два носорога меньше, а сколько их исчезнет еще через месяц?

Питер Фунгабера встал и обошел стол. Его набедренная повязка была идеально чистой и отглаженной. Он остановился перед ними.

– Я проводил собственное расследование, – тихо произнес он. – Полученные результаты указывают на то, что выводы, сделанные Сэлли-Энн, соответствуют действительности. Все свидетельствует о том, что в стране действительно существует разветвленная браконьерская сеть. Жителей районов, богатых дикими животными, вовлекают в браконьерство и сбор ценных материалов животного происхождения. Материалы затем собираются посредниками, многие из которых являются мелкими государственными служащими, в частности, чиновниками районных органов власти или егерями. Добыча накапливается на различных безопасных тайных складах, пока ее стоимость не оправдает отправку из страны одной большой партии.

Питер Фунгабера медленно заходил по комнате.

– Груз обычно отправляется на коммерческом рейсе компании «Эйр Зимбабве» в Дар-эс-Салам на побережье Танзании. У нас нет точных сведений, что происходит с грузом дальше, но скорее всего он вывозится на советском или китайском грузовом судне.

– Советы не слишком обеспокоены охраной дикой природы, – заметила Сэлли-Энн. – Мех черно-бурой лисицы и китобойный промысел являются для них важными статьями дохода.

– К какому министерству относится авиакомпания «Эйр Зимбабве»? – вдруг спросил Крейг.

– К министерству туризма, которое возглавляет достопочтенный Тунгата Зебив, – без запинки ответил Питер, и все помолчали несколько секунд, прежде чем он продолжил. – Когда наступает день отправки груза, материалы свозятся в Хараре, причем практически одновременно. Здесь они не хранятся, а под надежной охраной тайно грузятся на самолет, который практически сразу же взлетает.

– Как часто это происходит? – спросил Крейг, и Питер Фунгабера вопросительно посмотрел на своего скромно стоявшего в углу комнаты адъютанта.

– Это зависит от нескольких факторов, – ответил капитан Тимон Ндеби. – В сезон дождей трава высокая, условия в буше неблагоприятны, поэтому охота практически не ведется. В сухой сезон, напротив, браконьеры могут действовать более эффективно. Можно также сказать, что наши источники информации сообщили, что в настоящий момент партия груза почти готова и будет отправлена в течение следующих двух недель…

– Спасибо, капитан, – перебил его Питер Фунгабера и недовольно нахмурился, очевидно, он собирался сообщить эту информацию сам. – Мы также узнали, что лицо, возглавляющее всю операцию, само принимает в ней активное участие. Например, бойня слонов на старом минном поле, – Питер взглянул на Сэлли-Энн, – последствия которой вы так мастерски запечатлели на пленке. Мы узнали, что один из министров, мы не знаем точно, кто именно, летал на место бойни на армейском вертолете. Мы также знаем, что в двух случаях высокопоставленный чиновник, предположительно в ранге министра, лично присутствовал в аэропорту при отправке груза.

– Вероятно, он боится, что его обманут его же собственные люди, – пробормотал Крейг.

– Разве можно упрекнуть в этом человека, вынужденного работать с бандой таких головорезов? – произнесла Сэлли-Энн хриплым от ярости голосом, но тон Питера Фунгаберы не изменился.

– Мы надеемся, что заранее получим информацию о следующей отправке. Как я уже намекнул, нам удалось внедрить своего человека в их организацию. Мы будем следить за передвижением подозреваемого по мере приближения даты и, если нам повезет, поймаем его с поличным. В случае неудачи захватим груз и арестуем всех, кто его обрабатывал в аэропорту. Уверен, мы сумеем убедить хотя бы одного из них стать свидетелем обвинения.