Леопард в скворечнике (сборник)

– Эге! – сказал старый цирковой Медведь, который сидел у дверей своего дома. Он был очень стар и целые дни проводил, сидя на скамеечке и разглядывая всякого, кто входил или выходил из железнодорожного вокзала. – Эге, – сказал он, увидев, что оттуда вышел, неся потёртый чемодан, Леопард (он нёс его за верёвочную ручку). – Что-то я не припомню, чтобы в нашем городе жили когда-нибудь леопарды. Давно надо было нам завести собственного леопарда!

Переложив чемодан из одной лапы в другую, приезжий направился прямо в центр города. Было самое начало лета, и на деревьях пели мелкие птицы.

К вечеру уже весь город знал, что приезжий побывал на базаре и на почте. На базаре купил кулёк пятисантиметровых гвоздей, а на почте отправил шесть телеграмм родственникам в разные страны, где ещё сохранились леопарды. В каждой телеграмме было только два слова: «Бросил якорь». Ага! Всем стало ясно, что Леопард в прошлом был моряком и что он собирается надолго остаться в городе.

Купив гвозди и отправив телеграммы, приезжий направился к реке, которая текла на окраине города. За рекой синел лес. В лесу он выбрал самый большой и толстый вяз и на нём, в развилке между двумя сучьями, стал что-то сооружать.

Это продолжалось несколько дней, и весь город с живейшим интересом наблюдал, что будет.

– Хотел бы я знать, что он там строит, – сказал Медведь, когда до него дошли слухи о том, чем занимается в лесу незнакомец. – Не представляю, что могут сооружать в лесу леопарды?

Он сказал это вслух, а в это время мимо бежал Кролик.

– Я думаю, что он строит дом, – сказал, отдуваясь, Кролик и остановился передохнуть. – Говорят, некоторые леопарды живут на деревьях.

Так сказал Кролик.

– Странно! – сказал Медведь. – Я тоже в былые времена забирался на деревья. Однако никто не видел, чтобы медведь поселился в дупле или в гнезде. Если бы у меня не болела нога, сходил бы и посмотрел, что он там мастерит.

– Завтра я буду в лесу, – сообщил Кролик. – И если вы мне доверяете… – И он побежал дальше.

А на следующий день, когда Медведь снова взгромоздился на свою скамеечку, он снова увидел Кролика.

– Остановись на минутку, – сказал Медведь. – Не надо даже спрашивать, где ты был, – достаточно увидеть, сколько сосновых иголок прилипло к твоей шкуре. Ну как – видел?

– Видел, – сказал, останавливаясь, Кролик. – О чём это мы? Ах да – о Леопарде. Он уже построил себе дом.

– Быстро! Так-так… И на что этот дом похож?

– Вылитый скворечник! – сказал Кролик и побежал дальше.

Так в городе появился Леопард, и вот почему все стали называть его – «Леопард, который живёт в скворечнике».

Стоило Леопарду поселиться в лесу, как жители города стали каждый день спрашивать друг друга:

– Ну что, этот чудак ещё не упал со своего дерева?

– Кажется, нет…

Так или иначе, но Леопард стал жить в скворечнике, и только по вечерам да в дождливый день, когда он сидел один-одинёшенек в развилке вяза, ему становилось очень-очень тоскливо.

Но вот однажды пошёл такой дождь, какого жители города давно уже не могли припомнить. Это был настоящий ливень: струи воды падали с неба так близко одна к другой, что казалось, вокруг каждого дома кто-то воздвиг белую стену. Река, которая протекала под мостом, вздулась и вышла из берегов. Мало того, она затопила всё окрест, и лес превратился в море грязи, под которой скрылась дорога и из которой торчали одни деревья.

Когда дождь кончился, Леопард выглянул из скворечника и увидел, что внизу, под вязом, копошится странное существо, похожее на футбольный мяч, которым долго играли по грязи. У этого мяча было четыре тоже покрытых грязью ноги, и он кружился на одном месте.

– Эй! Что ты там делаешь? – крикнул Леопард. – И вообще, кто ты такой? Если у тебя есть голова, подними её, я хочу посмотреть тебе в лицо.

– Это я! – ответил снизу скрипучий голосок, и над футбольным мячом поднялась узкая длинная голова с парой печальных глаз. – Ливень застал меня в лесу, – объяснила голова.

– Вот как! – сказал Леопард, присматриваясь к своему гостю. – Э-э, да ты, никак, Черепаха! Ни за что бы тебя не узнал. Обычно все черепахи похожи на сковородки с подгоревшей яичницей. Ты сказала что-то про ливень? Как он мог помешать тебе? Все черепахи, которых я знал, – а я знал много морских черепах, – чувствовали себя в воде как рыбы.

– Только не я, не сейчас и не тут, – ответствовала Черепаха. – Я стара и даже по твёрдой земле ковыляю еле-еле, а когда начинаю торопиться, надо мной все смеются… – Она вздохнула. – Эта грязь… Её даже не хочется называть грязью, она хуже чем грязь: по ней нельзя плыть и в неё нельзя ставить ноги. Я чуть не захлебнулась.

– Забирайся ко мне, – предложил Леопард. – Вода скоро сойдёт, и земля высохнет. Посидим, поболтаем.

С этими словами он опустился по лесенке вниз и помог Черепахе взобраться на дерево.

– Ох и устала! – сказала Черепаха, усаживаясь в развилке. – Отдохну!

– А почему ты очутилась в лесу одна и отчего никто не хватился тебя и не отправился разыскивать? – спросил Леопард. – В твоём возрасте обычно гуляют с провожатыми.

– Увы, я одинока, – ответила Черепаха и вздохнула.

Они оба долго молчали, а когда Леопард увидел, что лужи уже начали подсыхать, он предложил проводить её до моста.

Они дошли до реки, и там Черепаха, забравшись в воду, начала отмывать со своего панциря грязь. Она так смешно приседала, плескала себе под мышки воду горстями и взвизгивала, что Леопард покатился со смеху.