Чтение онлайн

Шатаясь, Поттс поднялся и дико озирался, поглощенный мстительным желанием найти обидчицу и излить на нее гнев. Подобно раненому быку, готовому ринуться в атаку, он мотал головой и вращал глазами. Между потрепанными подолами юбок он разглядел длинную рыжую прядь волос, трепещущую на ветру, как флаг. Ухмыльнувшись и обнажив гнилые черные зубы, Поттс издал звериный рык и рванулся к Шимейн.

— Поттс! — во всю мочь легких рявкнул Джеймс Харпер и сделал несколько шагов по палубе, всерьез вознамерившись привести в исполнение угрозу и проучить безмозглого олуха. — Попробуй только пальцем ее тронуть, и я разукрашу тебя так, что на твоей спине живого места не останется! Это я тебе твердо обещаю!

Крик боцмана стал приветствием капитану Фитчу, который поднимался на шканцы следом за своей супругой. Пока юнга дул в свисток, подавая сигнал «Капитан на палубе!», Эверетт Фитч помедлил у перил, наблюдая за неудачной атакой Поттса. Затем капитан поискал глазами существо, вызвавшее ярость матроса, и заметил юную красавицу, однажды упрекнувшую его в том, что и она, и другие узницы вынуждены терпеть домогательства одного из матросов. Ей с успехом удалось в тот день привлечь внимание Фитча, но в пылу борьбы за свои человеческие права она невольно воспламенила в нем похоть. С тех пор капитана сжигало нестерпимое желание изведать все прелести, которые Шимейн О'Хирн могла предложить мужчине. Если бы не выносливость Гертруды и не ее луженый желудок, неизменно выдерживающий щедрые дозы настойки опиума, которые Фитч тайком подмешивал в ее вино, эта девчонка наверняка дорого поплатилась бы за вызванную в нем страсть. Неудачи только распалили капитана, и он пообещал себе по прибытии в порт наконец-то завладеть предметом своего вожделения, укрывшись где-нибудь подальше от властной супруги. Боясь разоблачения, капитан не препятствовал наказаниям, которые налагала на Шимейн его жена, и протестовал, только когда они угрожали жизни его избранницы. Сейчас после вмешательства Харпера Фитч счел своим долгом лично припугнуть непокорного матроса.

— А если мерзавец не послушается, в кандалы его! — громогласно приказал Фитч и тут же понизил голос до зловещего шепота: — Если же это ничтожество попортило шкуру девчонке, он поплатится за каждую ее царапину.

Суровое предупреждение дошло до матроса, проникнув под непрошибаемый череп, и Поттс застыл на месте. Злобно глядя на Шимейн, готовую дать ему отпор, он прошипел:

— Помяни мое слово, болотная жаба: пусть пройдет месяц или год, я отплачу тебе сполна за все унижения, вот увидишь!

Шимейн сохраняла на лице невозмутимое и терпеливое выражение, уверенная, что малейшего подобия гримасы хватит, чтобы лишить ее противника самообладания. На этот раз она спаслась чудом, но понимала: когда она покинет корабль, этот мерзавец с легкостью найдет ее — конечно, если новый хозяин не пожелает ее защитить.

— Поттс! — гаркнул Джеймс Харпер.

Поттс повернулся к боцману, даже не пытаясь изобразить почтительность.

— Ну чего вам еще, мистер Харпер?

Ворчливый тон матроса мгновенно воспламенил гнев Харпера.

— Будь моя воля, повесил бы тебя на рее! — Харпер взмахнул тростью. — Ступай вниз, никчемный пьянчуга! Можешь считать, что добился своего: три дня будешь драить цепи!

— Как же так, мистер Харпер? — мгновенно присмирел Поттс, укоризненно качая головой. — Мы в порту, мне положен отпуск, и в штанах у меня так зудит, что я не прочь поскорее отыскать парочку девчонок, чтобы как следует почесаться!

— Следующие пять дней ты не сойдешь с корабля и не отойдешь от цепей! — перебил Харпер, с трудом сдерживая ярость. — Ну что, Поттс, может, еще пожалуешься?

Поросячьи глазки враждебно прищурились, но матрос понял, что выбора нет: оставалось либо подчиниться приказу, либо вытерпеть еще несколько дней ареста.

— Нет-нет, что вы, мистер Харпер!

— Вот и хорошо! Тогда ступай к цепям. — Мрачно ухмыляясь, Джеймс Харпер некоторое время смотрел вслед здоровяку матросу, а затем подал другому знак запереть Поттса в носовом отсеке трюма. Тут же позабыв о случившемся, Харпер подозвал помощника и занялся неотложными делами.

— Все каторжники пересчитаны, сэр. — Молодой помощник подал боцману список и добавил так, что его услышал один Харпер: — За вычетом тридцати умерших в пути.

— Таких потерь у «Гордости Лондона» еще не бывало, мистер Блейк, — пробормотал Харпер.

— Да, сэр. Я-то помню, как вы упрашивали капитана запретить его жене урезать порции заключенным во время плавания и что из этого вышло. Эти бедняги не выдержали бы даже еще одной недели плавания, а вырученных за них денег вряд ли хватит даже на то, чтобы расплатиться с командой, не говоря уж о прибыли.

Харпер сжал зубы, вспоминая, сколько раз ему приходилось выбрасывать за борт трупы умерших каторжников — а все потому, что Хорас Тернбулл остался недоволен прибылью предыдущих плаваний «Гордости» и настоял, чтобы его дочь сопровождала капитана Фитча, своего мужа, и следила за тем, как ведутся дела на корабле. Предоставив Гертруде полное право изучать корабельные гроссбухи, старый судовладелец разрешил ей и сокращать все расходы, которые она сочтет излишними, — последнее решение возымело страшные последствия.

— Предоставляя дочери свободу действий, мистер Тернбулл и помыслить не мог, что потеряет в этом плавании больше, чем за все пять лет, пока мы возим каторжников в колонии. В стремлении сберечь для отца несколько шиллингов миссис Фитч ухитрилась уничтожить не меньше четверти заключенных. При этом барыш старика сократится на несколько сотен фунтов.

— Если мистер Тернбулл подозревал, что среди нас есть вор, — угрюмо пробормотал Роджер Блейк, — то после этого плавания он утвердится в своих подозрениях.

— И, несомненно, отправит свою драгоценную дочь в очередное плавание — присматривать за нами. — Харпер нахмурился, предвидя столь мрачную перспективу.

— Значит, мистер Тернбулл прав, сэр? Среди нас и впрямь есть вор?

Джеймс Харпер испустил тяжкий вздох.

— Как бы там ни было, мистер Блейк, я предпочитаю держать подозрения при себе. — Пожав плечами, он добавил: — Но если бы я разоблачил виновного, ни за что не выдал бы его миссис Фитч. Она не скрывает, что подозревает в воровстве каждого из нас.

— Да, это уж точно, сэр, — с жаром подтвердил Роджер Блейк.

Миссис Фитч обладала талантом унижать и подозревать даже самых честных матросов. Ее критики не удавалось избежать даже капитану. Эта особа охотно выслушивала нашептывания мерзавца Джейкоба Поттса, несмотря на то что его презирала вся небольшая компания офицеров и добрая половина товарищей по команде.

Бросив быстрый взгляд в сторону мостика, Роджер Блейк подумал, что застанет супружескую пару в разгар очередной перепалки, и невесело улыбнулся, убедившись, что это так. Судя по всему, миссис Фитч не собиралась уступать, пока не добьется своего. Благодаря судьбу за то, что сам не обременен зубастой морской косаткой в качестве жены, Роджер вернулся к своим обязанностям.