Лерочка
Шрифт:
3
Звонок в дверь. Кому там жить надоело? В такую-то рань… Уроды. Слов нет. Повторный. Нету меня! Умер! Уехал! Исчез! Третий. Ну ладно, видит Бог, не повинен я в грядущем кровопролитии. Надеть что-нибудь? А смысл? В трусах самое оно. Если свидетели Орифлейма – то сами потеряются. Если соседи… дверь захлопну, да и всё. Ненавижу соседей. Сами с утра до ночи сверлят, пилят, а как я чуть погромче музыку сделаю, так тут же стучат ментам. Крысы. Ладно, иду я! Голова кружится. Давно ничего не ел. Ноги еле плетутся. А может, ну его? Ну позвонят ещё раз десять, да и свалят. Присел. Тяжело жить на Руси. Ещё один звонок. Ладно. Может и впрямь случилось чего? Ага. В лотерею я выиграл. Сто процентов! Миллиард! Прямо в конверте принесли. То-то и звонят, назвониться не могут. Ждут не дождутся своего счастливчика! Да иду я! Щас! Еле дополз до двери.
– Лерка?
Хороший увесистый правый боковой не оставил всяких сомнений в её присутствии.
– Лерочка…
Второй удачно был пойман. Хоть и за секунду до попадания. Поцеловал.
– Ты чего это?
– Я же сказала, что завтра приеду!
– А уже завтра?
– Уже сутки прошли, Вань! Опять авиарежим врубил! До тебя не дозвониться!
– Так в этом же весь его смысл…
– От меня то ты чего прячешь? Трусы свои нестираные? Или задницу свою наглую, оборзевшую?
– Да заходи уже.
– Фу. Какая свинья здесь умерла…
– Упокой, Господи, душу православную…
– Я тебе сейчас покажу душу православную! Где тряпки, швабра?
– А мне почём знать?
– Да пропусти ты уже. Сама всё найду. Пакеты на кухню.
– Да, мэм! Так точно, мэм.
– Чудовище ты. Зачем я к тебе катаюсь…
– Вопрос, интересовавший и Декарта, и Канта… а теперь ещё и Валерию…
– …
– Ну не злись… сейчас я…
Он пошатнулся и не устоял на ногах.
– Сейчас, сейчас Лер… я…
Голова закружилась. Звёздочки поплыли вдоль знакомого уставшего Лериного тела.
– Вань, ты чего! Вань!
– Всё хорошо… я что-то… неважно себя чувствую…
– Сейчас вызову врача!
– Отставить! Кого-кого, а этих я уже видал.
– Вань, да что с тобой! Вань, вставай!
– Я лучше чуток посижу…
– Ты давно ел?
– Ну если шесть баночек козлёнка можно считать за еду…
– Придурок. Пошли на кухню. У меня полные пакеты.
От усталости он уже не мог сопротивляться. Просто взял её за руку, приподнялся и также медленно, отстраненно, как и много раз до этого, снова побрёл за ней…
Через несколько минут в его руках уже красовалась ложка, зачерпывающая суп, а вторая рука жадно теребила горбушку хлеба. Он ел, как сбежавший узник концентрационного лагеря. Ел и ел. Лерка стояла сзади и гладила его по голове. Она уже знала… через полчасика эта квартира засверкает. А затем снова превратится в свинарник. Сейчас он снова скажет, что найдёт новую подработку… а затем уснёт… или попросит купить ему пива… или будет долго лежать и смотреть в потолок… она знала. Но не было силы на земле способной заставить её прервать этот бесперебойный круговорот Сансарры. Больше всего на свете она боялась… нет, не измен. Не вранья. И уж, конечно же, не свинарника. Самый большущий страх, одолевавший её маленькое сердечко, был связан с тем, что однажды… она просто не достучится. Затем кто-нибудь выломает дверь. Толпа людей забежит в этот клоповник… а там он. Снова в петле. Сейчас всё хорошо. Он ест. Уже улыбается. Чавкает, ну право хрюшка какая-то. Как ребенок. Никто его больше так не накормит. Никто не спасёт, не вытащит, не придёт. А она здесь! Прямо сейчас. В эту самую секунду! Как и много дней назад…
– Спасибо, Лер.
– Да ладно тебе, кушай, кушай.
– Устала?
– Да нет. Сегодня пораньше освободилась.
– Лер, я нашел новую подработку…
– Знаю, знаю… ты молодец. Надеюсь, не грузчиком хотя бы?
– Нет, там что-то «высокоинтеллектуальное».
– Ну раз взяли тебя, значит точно «высоко»… хах.
– Сто процентов. Так и сказали. Им нужен именно я.
– Ну, конечно же, ты. А кто ж ещё.
– Лер, я понимаю, ты наверное…
– Давай не будем об этом. Всё хорошо. Я прочитала ту книгу. Прости, я погорячилась.
– Я тоже её читал этой ночью.
– Ну согласись, на фотке один в один!
– Да.
– И имя… и фамилия… я таких совпадений ещё не встречала…
– Как я в том баре говорю тому кренделю, что сегодня у нас два совпадения, хах.
– Твой кулак и его лицо, хах.
– Приятно вспомнить.
Лера, конечно же, знала цену таким «совпадениям». По счастливой случайности тот «крендель» был гораздо пьянее, чем Ваня. И когда первый назвал её «лицом с низкой социальной ответственностью», каким-то чудом наш герой появился тут как тут. А потом его шутка про «совпадение»… а потом их выгнали обоих. Всю ночь они шлялись по улицам, пили шампанское, пели Цоя… Видели ночь, как говорится. А потом… но, впрочем, зачем сейчас об этом?
– Вань, ты не думаешь найти этого паренька?
– На кой он мне сдался! Пишет свои стишочки – пусть хоть обпишется.
– Вань, это большие деньги… я тут посчитала…
– И ты туда же! Что вы все заладили с этими деньгами!
– Кто все?
– Да приходил тут один…
– Этот алкаш! Опять ты его впустил! Я тебя убью!
– Никакой он не алкаш. Это мой друг!
– Скажи мне кто твой друг, и я скажу…
– Ну началось…
– Ладно, неважно. Послушай. Этот псевдо «Иван Вольнов» украл у тебя полжизни. Даже разрешения не спросил! Даже не написал!
– Приятно, что хоть у кого-то из нас есть фанаты. Ты мне просто завидуешь.
Она бы его ударила, да только боялась, что он поперхнётся супом. Промолчала.
– Да ладно тебе, Лер. Ну в самом деле. Украл и украл. Мало ли на земле сумасшедших?
– Вань, это какая-то нездоровая история. Энгельс, Карелия, эта вот «Наташа», чтоб её…
– Ревнуешь?
– Да к кому тебя можно ревновать? Чудище ты моё, ненаглядное…
– А в чём тогда проблема?
– Он может быть психопатом. Он следил за тобой! Он нашёл твои стихи!
– Какой кошмар… вот же ужас… хоть кто-то их нашел. Мелочь, а приятно.
– Всё шуточки шутишь… я так и думала. Ладно. Я пошла убираться. Доедай и присоединяйся.
– Так точно, мэм!
Лерка знала, что он не уйдёт из кухни, пока она не уберёт всё. Этот ленивый свин не способен на такой «тяжёлый» труд. Но, справедливости ради… никто её не заставлял. Не обязывал. Она же сама к нему припёрлась. Опять. Встретились как-то два одиночества…
Через двадцать минут она не могла поверить своим глазам. Он мыл посуду! Ну это уже явный признак душевного помешательства.