Чтение онлайн

Снова послышался звук, будто старинный паровоз испускает пар. Звук перерос в рычание и из лесу вскочила вторая зверюга.

Сверху разглядел, что преследователь меньше топтуна. Полтора метра в холке, два с половиной метра в длину. Лобастая башка, широкие лапы, заканчивающиеся когтями размером с армейский нож, хвост с кисточкой, которым зверь лупил себя по бокам.

На моих глазах он догнал добычу, в прыжке вцепился ей в загривок и повис. Топтун взревел, закружился на месте, наклонив голову, явив расширенный в ужасе зрачок безумного взгляда. Хищник не отпускал его, из-под впившихся клыков хлестала кровь, животные кружились в страшном смертельном танце. Наконец здоровяк фыркнув из хобота кровью, по-детски застонал и упал.

Хищник раздирал ему шею добираясь сквозь толстую шкуру до мяса. Я медленно, стараясь не шуметь слезал с дерева. Пока хищник ест, мне ничего не грозит, если не сунусь в сотрапезники. Вспоминал рассказы о пещерном льве и гадал, то ли исследователи ошиблись с определением, то ли здесь живут несколько видов схожих хищников. Потому что этот лев был не пещерный. Это саблезубый.

И счастье, что я его не встретил, когда гулял по лесу днем, пусть даже с Тяни-Толкаем. Саблезубого не остановили бы не робот, ни дуплетный выстрел.

Прежде чем окончательно спрыгнуть с дерева, бросил взгляд на восток. И увидел. В полукилометре, чуть меньше, сквозь задетый луной дорожкой папоротник в мою сторону двигались рога. Оленьи, бычьи. Навскидку, штук двадцать. И я уверен, что это было не стадо.

Спрыгнул на землю и косясь на вырывающего куски мяса из тела жертвы, саблезубого, рысью двинул домой.

База за тем холмом.

В чем-то оказался прав. Ночь и вправду оказалась охрененно трудной. А день? День только начинался.

На площадку, открывающую ворота я вступил подволакивая ногу и хрипя от усталости.

Ворота открылись как ни в чем не бывало. Меня не было чуть больше суток, а казалось пару недель отсутствовал. Будто в другом мире побывал.

Не останавливаясь, чтобы перевести дух, заковылял к отелю. На фоне бледного рассвета он мне показался самым прекрасным зданием в мире. Входную дверь открыл рывком, на кухню — пинком и схватил лежащий между заветревшимся огрызком яблока и банкой колы, планшет.

Листая сенсорный лист, искал значок с белой буквой «С» в центре и кривыми линиями по бокам. Нашел, занес палец и только сейчас заметил, что в нижнем углу мигает еще один значок. Микрофон. Мне пришло сообщение.

Это было так же непривычно, как телефонный звонок там, в Сыктывкаре. Я нажал на микрофон совершенно непроизвольно, не столько чтобы получить сообщение, сколько убедится, что мне это не кажется.

Голос Сергея Эдуардовича казался смущенным:

— Олег, привет. Вынужден прервать твое одиночество. Понимаю, что ты там весь в работе, но тут такое дело. Я сейчас нахожусь на Картуке, вместе с Эдуардом Эдуардовичем. Здесь, где казино Верховцева, помнишь, я рассказывал. Так вот, идет конференция. Собрались серьезные люди, обсуждают серьезные вопросы. С Эдуардом Эдуардовичем была девушка. Она несколько перенервничала. Захотела покинуть мероприятие. И села в челнок, чтобы улететь. Улететь она хотела на «Принцессу Алису», это корабль на котором мы прилетели, он на орбите, но перепутала челноки. Видимо нажала кнопку последнего маршрута, и я так понимаю, это был тот челнок на котором я от тебя улетал. С Вертажо Кита. В общем, она сейчас к тебе летит. Честно скажу, я очень надеюсь, что ты на месте, а не на обходе где-то в лесу. Челнок, конечно вещь хорошая, но жить там не получится. Если ты не в лесничестве, то очень прошу тебя, как только вернешься и получишь сообщение, сходи за ней. Челнок приземлится на том же месте, где и мы с тобой, когда с «Велеса» сошли. Мы хотели сразу за ней отправится, но челноков больше нет. Тут конференция, как я говорил, все расписано, люди прибывают, убывают. Есть пара инженерных вельботов, но как ими управляться никто не знает, а техников нет. Точнее есть, но они все генератор обеспечения жизнедеятельности обслуживают, и нам отказали, — в голосе Сергея Эдуардовича послышалась обида. И по официальности в голосе, мне показалось, что рядом с ним кто-то стоит. Скорее всего «малолетний балбес» Эдуард Эдуардович.

— Говорят, что из-за нас, то есть из-за Риты, мы и так им организацию приема сорвали. Вернуть обратно челнок отсюда не могут. Это надо на месте топливо заправлять, а это только техники и умеют. Так что прилететь к тебе сможем только через пару дней. А то и позже. Ты пока Маргариту Викторовну в отеле размести. Вы, кстати знакомы. Виделись, еще там, на Земле. Ладно, давай. Скоро увидимся. Я перед вылетом еще сообщение скину.

Звякнул мелодичный рингтон, заканчивающий сообщение.

Я несколько мгновений переваривал сказанное. Потом посмотрел, когда сообщение пришло?

Выходило, что на исходе ночи, когда я погнался за ночными гостями. Плюс пара часов лету. То есть, эта Рита свалилась на планету еще, когда я связанный в пещере валялся. И всю ночь здесь торчит. А, следовательно,…

Слово из пяти букв означающее женщину легкого поведения. Я орал «Б…ть», «Б…ть», «Б…ть», «Б…ть», «Б…ть», не сводя глаза с планшета.

Нет, я не про эту Риту. А про то, что не могу включить «Суету». Точнее могу, но эту Маргариту Викторовну, с которой я якобы на Земле виделся, прямо в челноке накроет такая паническая волна, что сердце остановится.

Несколько секунд, я не прекращая орать, соображал, что делать дальше. Троглодиты идут сюда, и я их уже даже видел. Они ближе, чем место приземления. Их человек двадцать, может больше.

Я глухо застонал. Я ранен, множество ушибов, дико болят спина и ноги. Я устал, в конце концов. Смертельно устал. Что мне эта дура Маргарита? Я ее даже не знаю. Наверняка, какая-нибудь шмара дешевая. Или пусть, дорогая. Поругалась с папиком, психанула, наломала дров. А мне разгребать?! Я ведь не могу ничего поделать! Если выйду за ворота, то сдохнем оба!

Я застонал от бессилия, активировал Тяни-Толкая, положил планшет, и продолжая злобно костерить шмару Риту, бросился в свою сторожку. И со всего маху приложился лбом об ножку стола, когда падал, споткнувшись о натянутую проволоку, про которую напрочь забыл. Продолжая матерится, содрал с себя остатки разодранных штанов и клочья рубашки, надел новые с карманами и захромал в оружейную. Мне надо много патронов.

Мысль взять с собой роботизированну шагающую платформу пришлось отложить сразу. Робот слишком медленный. Я пробормотал себе под нос приказ выйти и встать Тяни-Толкаю у ворот, а сам осматривал карабины в оружейной. Остановил выбор на Гевер-43. У него, как и у СВТ-40, который так и лежал в боку у робота, был отъемный магазин. По мне это удобнее, чем обойма. И именно по это причине, я не взял СКС. Карабин хоть и обладал среди всех них лучшими тактическими характеристиками в надежности, дальности и кучности стрельбы, но был оснащен обоймами, вместо магазинов. Я не знаю, может, когда-то это и было удобно, но я просто не умел этим пользоваться. А времени учится уже не было.

Отъемный магазин был и у бэби-Гаранда. В другом случае, я бы его и взял, так как он вмещал пятнадцать патронов, вместо десяти, как у остальных, но к нему почему-то, был только один магазин, а к Геверу два.

Зброевку-Холек даже не стал рассматривать, как вариант. Слишком ненадежна и громоздка. Может так статься, что умельцы, которые сооружали винтовки для богатеньких реконструкторов истории, убрали все недостатки, но и проверять это, также, времени не было.

Пачки с патронами разрывал, распихивал боеприпасы по всем карманам. В брюки, в рубашку. Остроносые цилиндрики сыпались на пол, звенели, разлетались по щелям.