Чтение онлайн

– Тоже мне строители. Набросали огромную кучу из веток и сосновых иголок и живут в ней. В сравнении с пчелиными шестигранными сотами, с их изяществом и надежностью, эта горстка песка и на звание гнезда не тянет.

– Ты не строишь сам соты, поэтому не тебе судить, – возмутился Влад словами приятеля. – Видишь ты сейчас лишь малую часть всего муравейника. А она, между прочим, устроена таким образом, что даже в дождливую погоду не позволяет проникнуть внутрь воде, тогда как в ясную погоду легко пропускает солнечные лучи. Основная же часть муравейника находится под землей, где муравьи чувствуют себя весьма комфортно. Так что, Стас, это не горстка песка, а сложная многоуровневая система из многочисленных ходов и убежищ, где проживают одни из самых трудолюбивых и дисциплинированных обитателей леса. По крайней мере мне хочется в это верить.

– Почему ты так говоришь?

– Помимо порядочности по отношению к собственным обязанностям, этим насекомым свойственна ожесточенная борьба друг с другом как внутри муравейника, так и за его пределами. Доходит и до того, что они вербуют представителей других семей и заставляют их работать на себя. Карьерный рост и процветание собственной семьи для них прежде всего.

– Разве это плохо?

– Просто кому-то это может показаться не вполне нравственным поведением с их стороны. Слышал о последнем скандале в нашей семье?

– Ты про изгнание матки?

– Именно. Так вот, естественный отбор присущ и муравьям. Если самка не может или не хочет приносить потомство, они от нее тут же избавятся.

– Это не поддается никакому объяснению, – возмутился Стас. – Даже хищники не позволяют себе такого. Как жаль, что я не один из них. Лучше уж быть свободным кровожадным убийцей, чем жить среди подневольных потенциальных убийц с их манерами и принципами.

– Хотел бы я посмотреть на такого хищника, – усмехнулся Влад. – Ты хоть представляешь, с чем бы тебе пришлось столкнуться?

Стас промолчал. Он боялся ответа на этот вопрос, и всякое предположение казалось ему сейчас неуместным.

– Для начала тебе пришлось бы смириться с тем, что ты совершенно одинок в этом мире, – продолжил Влад. – Если у муравьев еще и принято заботиться о заболевших или травмированных сожителях вплоть до их выздоровления, то хищники тебя скорее самого сожрут, чем возьмут на попечение.

Внезапно пение дрозда стихло. Замер и шмель, возившийся с медуницей.

Из-под ветки молодой ели, здешней любимицы весенних лучей солнца, выскочил медвежонок. Ослепленный ярким светом, он неуклюже затормозил у края поляны – и тут же схлопотал от преследовавшей его сестренки. Только за ухом успел почесать, как озорная медведица вновь набросилась на брата и свалила его с ног.

– А вот и «хозяева» леса пожаловали, – недовольно прожужжал Влад. – Только их тут не хватало.

– Это всего лишь медвежата. Они еще слишком молоды, чтобы успеть натворить глупостей.

– Не сомневаюсь, что их мамочка где-то рядом. Она так точно успела.

– Не знаю, мне они нравятся. Смотри, какие забавные.

– И наглые. Переполошили всех вокруг.

– Вот бы и мне быть таким популярным.

– У тебя хватило бы столько наглости, чтобы быть медведем? Поверь, они и тебя заметят, если будет чем поживиться. Этим без разницы чем питаться.

– Влад, а почему бы нашей семье не перебраться на эту поляну? Здесь и цветов побольше.

– Неплохая идея, между прочим. И зарекомендовать себя в улье сможем. А там, смотри, и остаться разрешат.

– И так разрешат. Куда они денутся.

– Это вряд ли. Проку в улье все равно от нас никакого. Ты еще молод, а я уже целую зиму прожил, – трутень внимательно огляделся по сторонам. – Так что давай-ка подыщем здесь какое-нибудь подходящее дупло.

Медвежата даже и не заметили, как на поляне появилась их мама. Регина оглянулась на муравейник и, раздраженно фыркнув носом, направилась к своим резвившимся детям.

Подойдя к медвежонку сзади, Регина наклонилась и украдкой лизнула его в ухо. Тот не устоял на ногах и резко присел. Раздосадованный косолапый хотел было тут же ответить маме и уже тянулся к ее носу зубами, но его вновь сбила с ног сестра.

Регина очень любила своих детей и заботилась о них, в отличие от их отца. Демид был обходителен только с медведицей и ревновал ее к медвежатам. Поэтому Регина воспитывала детей одна, стараясь держаться подальше от самца.

Вот уже и сам медвежонок повалил сестренку на землю, нагнав ее у ели. Едва успел ухватить медведицу за нос, как вдруг ему на голову прилетела хвойная веточка, которую обронила занимавшаяся постройкой гнезда Ева. Перепуганный медвежонок тут же отскочил в сторону и бросился удирать к маме, которая на другом конце поляны лакомилась свежей весенней травой.

– Куда же ты, трусишка? – прокричала вдогонку медведица убегавшему от нее брату.

Но медвежонок был решительно настроен не останавливаться до тех пор, пока не почувствует себя в безопасности рядом с мамой.

Увидев, что Ева вернулась в гнездо, дрозд поспешил к ней. К тому времени самка уже успела клювом подчистить внутри гнезда торчавшие концы прутиков, которые могли бы навредить ее будущему потомству. Оставалось только раздобыть глину для выравнивания дна у гнезда.

– Здравствуй, любимая. Кажется, эта поляна заметно посветлела с твоим появлением здесь.

– Это рассветом называется, а не моим появлением, – нервно ответила дрозду Ева. – Не слышала тебя сегодня. Ты перестал петь по утрам?

– Нет, что ты! Просто сегодня я решил закончить пораньше.

– Ты можешь поверить, что уже совсем скоро у нас появятся дети? Вот здесь, прямо на этом месте, – Ева обернулась и проникновенно взглянула на Савелия. – Представляю, как они впервые выберутся из яиц, вдохнут свежий воздух, впервые откроют глазки и попросят кушать.

– Когда ты поняла, что хотела бы стать мамой? – спросил дрозд.

– Когда впервые увидела тебя танцующим, – не задумываясь ответила Ева.

– Все настолько ужасно?

– Я так не думаю. Иначе нас с тобой бы здесь не было, – Ева пронзительно смотрела в темные глаза самца, словно приметила в них особый блеск, который ранее ей не приходилось замечать.

– Что? – забеспокоился дрозд.

– Ничего, – махнула крылом самка.

– Ты уже здесь закончила?

– Нет.

– Тогда давай я тебе помогу. А затем вместе отправимся за глиной.

Савелий запрыгнул внутрь гнезда и принялся за работу со знанием дела. Хотя Еве уже и так было понятно: петь у дрозда выходило куда лучше, чем строить.