Чтение онлайн

И только шум волн перекрывает лёгкое пение местных птиц. Оглянуться – никого не видно, но звук точно есть, не мерещится. Звон мелодичен и приятен ушам, словно кругом раздаётся, как в детстве, размеренная игра музыкальной шкатулки, на которой крутит свои пируэты балерина, сделанная руками умелого мастера из самого чистого фарфора.

– Я здесь впервые, но мне уже всё нравится! – энтузиазм в голосе неописуемый, словно у маленького ребёнка, которому подарили вкусную конфетку.

– Засунь свои комментарии куда подальше, надо быть осторожнее, – оперившись головой о ладонь, зеленоглазый шатен недовольно бормочет, – мы не знаем, что нас здесь может ожидать.

Негласно оба парня поднялись на ноги и прошествовали обратно к своему самодельному плоту. Нужно всё-таки его привязать к чему-то, чтобы их «сокровище» наверняка дождалось возвращения своих хозяев.

Невысокая пальма стала идеальным местом крепления верёвки и отличным знаком, чтобы найти это место позже, так как она была единственной по видимой береговой линии пляжа.

Не боясь за свой «корабль», юноши, прихватив с собой рюкзаки, заполненные флягами с водой и фруктами, отправились изучать остров, но не заходя вглубь, в лес, а только песчаную его часть.

Ничего особенного и нет, только в некоторых местах скопления больших валунов. Обойти весь остров вряд ли они осмелятся, всё же не столь он мал, чтобы сделать три шага и вернуться к «старту». Кареглазый – тот, что не чувствует воления, наверное, никогда, чтобы ни случилось – по пути схватил какую-то палку и, сгибаясь почти полностью, шёл, оставляя за собой длинный след от деревяшки. Второй всё бурчал, что тот ведёт себя, как ребёнок, но юноша пропускал все оскорбления мимо ушей, легко насвистывая себе под нос неизвестную мелодию.

– Что-то здесь мне не нравится, – стрелка компаса неопределённо крутилась во все стороны, ни на секунду не останавливаясь. Шатен захлопнул крышечку и тяжело вздохнул, потирая переносицу пальцами.

– Просто расслабься! Мы так долго не стояли на суше! – русоволосый вскидывает свои длиннющие руки к небу, будто к чему-то взывая, и с яркой улыбкой на лице чуть ли не кричит: – Бастиан, ну хоть иногда переставай быть такой занудой!

– Ну, из нас двоих-то хоть кто-то должен выполнять роль адекватного человека! – недовольство так и сквозило в голосе, казалось, ещё немного и парень взорвётся на месте, как вулкан. Он весь красный уже!

В ответ на это послышалось только жалобное айканье, ведь не так уж и приятно, когда локтем заезжают под рёбрами, совсем не сдерживая силы. А рука бьющего не может похвастаться хрупкостью.

Солнце уже было рядом с невидимой чертой горизонта, желая спрятаться за него на целую ночью. И небо заодно стало пестрить разноцветными, яркими красками, не позабыв окрасить вместе с собой пушистые кудряшки белоснежных облаков.

Время близилось к вечеру, а ничего путного юноши не нашли, всё продолжая созерцать одинаковые фоны океана слева, а леса – справа, идя по рассыпчатому песку.

– Я устал! Я хочу пить! Есть! И спать! – жалобно хныкал кареглазый, специально прихрамывая, чтобы вызвать у друга хоть немного жалости к своей персоне.

– Ты заткнёшься или мне утопить тебя сразу?! – кулаки предупреждающе сжимаются, а между бровями появляется морщинка.

– Ты бессердечный! – русоволосый закидывает руку на плечо шатена и повисает на нём, не чувствуя угрызений совести за своё нытьё, – слышишь? Бессерде-ечный!

Конечность небрежно скидывают и тут же заламывают без возможности даже пискнуть от неожиданности. Шатен давит несильно, не причиняет специально боли, возможно, это от усталости или он всё-таки сжалился над своим непутёвым напарником.

– Я сдаюсь! Сдаюсь! – два глухих удара ладонью по песку говорят, что он отдаёт победу своему мучителю. – Бастиан, ты слишком жесток ко мне!

Зеленоглазый с явным недовольством на лице и тяжёлым выдохом, отпускает руку несчастного, вставая с него. Чуть-чуть покидав песка прямо на лежащего. А то, что он – так легко отделается? Не заслужил.

Страдалец медленно встаёт, попутно отплёвываясь от размельчённого кварца, попавшего ему в рот, он кряхтит, как какой-то старичок, хотя, на самом деле совершенно юн. Ну не может вот без своего актёрского таланта! Точно забытый цирком клоун.

– Нам следует возвращаться обратно к плоту, скоро стемнеет, – засмотревшись на небо, тихо проговорил Бастиан. У него плохое предчувствие, а хорошей интуицией он, к счастью, или сожалению, похвастаться мог.

Ноги уже устали, всё же ходить целый день по неровной поверхности, особенно после длительного путешествия по просторам океана – так себе идея, но это лучше, чем если бы парни провалялись бесцельно сутки на пляже, тихо посапывая и греясь под лучами солнца.

Особо выбирать, где спать не приходится – песок, песок, песок и ещё раз песок. Достав с «корабля» необходимые вещи для сна – два тонких одеяла – юноши пристроились около друг друга, заранее собрав несколько острых камей, чтобы в случае чего хоть как-то смочь защититься.

Как бы сильно не хотел спать кареглазый – глаз сомкнуть не получалось. Его тяготили мысли прошлого, настоящего и будущего. Нет, определённо нет, о прошлом он совершенно не сожалеет, всё, что они сделали – так нужно и по-другому было нельзя.

***

Пробегая мимо узких и грязных улочек, в которых множество бешенных собак и отвратительных крыс, парень крепко держал расписную вазу, не оборачиваясь. За ним гнались хозяева украденного сосуда в желании отобрать у вора свою вещь. И ведь не поспоришь – они правы. Но юнец ловок и хорошо знает все улицы города, без стеснения хвастаясь своими познаниями в этом, успешно лавируя между всеми препятствиями на пути.

Вон там, за поворотом, через два кирпичных домика, скрывается люк, он всегда открыт, и как раз к нему бежит русоволосый, точно зная, что ему делать. Резкий рывок в сторону – вот он, проход в канализацию.