Лестинца
Шрифт:
– Ну, - спросил Итернир у Крына, - кто первый?
– Да... наверное я, - замялся тот, и, упреждая возражения, уточнил, - я ж его... мост... как свою руку знаю. Ежель что... кто поможет кроме меня... да и самый тяжелый я. Ежель меня удержит... то эта... остальных и подавно.
– Он правильно говорит, - поддержал его принц.
– Ну, - последний раз оправился Крын, проверил дорожный мешок за спиной, топор за поясом, - я... эта... пойду?
– С тобой боги!
– положил руку на плечо принц.
– Удачи!
– хлопнул его по спине Итернир.
– Иди сторожко, - сжал крестьянскую ладонь Ригг.
Даже Ланс подошел к нему и посмотрел прямо в глаза. И взгляд был наполнен отеческой теплотой и заботой.
Крын пошел, осторожно ступая, выверяя каждый шаг, вспоминая каждую досочку. Мост опасно раскачивался, и Крын испуганно хватался за тросы, к которым был подвешен настил моста. Но мост держал. Камень на противоположном берегу стоял, не шелохнувшись, на гладкой поверхности Лестницы, и все было, вроде бы, спокойно.
Крын сделал последние шаги, пролез под толстой распоркой, фиксирующей расстояние между двумя тросами моста, которые дальше свивались в один, привязанный к камню, и ступил на тот берег.
Его шаг на той стороне был приветствован радостным ликованием остальных Восходящих. Крын обошел камень кругом, удостоверился, что тот стоит прочно, и помахал рукой, разрешая идти следующему.
Неуверенно на мост ступил Кан-Тун. Он чувствовал себе неловко на качающемся мосту, ступая по тонким, как казалось, доскам. И не прошел он и десятка шагов, как Крын с ужасом заметил, что камень стронулся с места под тяжестью моста, и медленно, но неумолимо начал двигаться в пропасть.
Ничуть не раздумывая, он обхватил канат руками и, покраснев от натуги, прокричал:
– Быстрее! Бегите быстрее! По одному!!!
Принц на мгновение замер, вглядываясь в тщетно пытающегося найти опору на гладком камне Лестницы Крына, а потом побежал по раскачивающемуся все сильнее мосту, и страх подгонял его.
– Давай же, - бормотал Крын, и приговаривал тросам моста, - ну, милая! Стоять, родная! Дрянь потасканная! Порву, напрочь! Стоять! Тварь заморская!!!
А по мосту уже бежали один за другим Итернир с Риггом. И Крын чувствовал, как тяжесть тросов, натянутых ветром, тянет в пропасть, как скользят ступни.
Ланс пропустил Торока вперед себя и побежал сам. Остальные Восходящие, затаив дыхание, смотрели на замершего в чудовищном напряжении Крына. Казалось, что от вздувшихся мышц он увеличился вдвое, но площадка на той стороне была слишком узка, чтобы можно было помочь.
– Давайте же! Ну!!!
– заорал он оставшимся на той стороне.
Один из них нерешительно вышел вперед, сделал два шага по мосту, но, вглядевшись в измотанного уже Крына, заметив рубаху, прилипшую к его телу от пота, повернул назад:
– Нет!
– замахал он руками.
– Беги!!!
– заревел Крын.
– Нет! Бросай!!!
– донеслось с того берега.
– Руби канат!
– согласился Крын, чувствуя, что пальцы разжимаются, - весь мост оборвет!!!
На той стороне засуетились, пытаясь быстрее обрубить канаты. Под натиском трех топоров и меча канаты лопнули, обвисая вниз, но Крын понял, что не в силах разжать пальцы. Тяжесть моста тянула вниз, а руки, сжатые единым порывом и страхом за попутчиков, не желали слушаться.
– Бросай же!!!
– заорал Итернир прямо в ухо, - Утянет!!!
– Бросай, бросай же!
– уговаривал Ригг.
Крын напрягся в последний раз и, сдирая кожу с ладоней, канат заскользил вниз.
Крына едва успели выдернуть из-под наползающего камня попутчики, и мост, увлекая за собой камень, обрушился вниз.
Шатаясь, обессиленный, Крын смотрел на тот конец моста и, тяжело дыша, шептал:
– Как же... как же они-то...
Люди с той стороны поначалу постояли, ошеломленные происшедшим, потом от них донеслось:
– Идите!
– Мы достроим и догоним!!!
– Прощайте!!!
Спутники немного постояли, приходя в себя, потом Итернир хлопнул Крына по плечу:
– Ну, герой, пойдем.
– Да какой герой, - отмахнулся тот, - они-то что же... как же теперь...
– Не-не, - не отступил Итернир, - герой, точно герой! Такую штуковину удержать!
Они усадили Крына на ступень, чтобы тот мог отдышаться и прийти в себя. Он все сокрушался об оставшихся на той стороне, а Итернир с Риггом доказывали героичность поступка и благодарили вперемешку. Принц сказал сухое: "Благодарю", Ланс сжал его руку своей жилистой ладонью, а Торок вел себя, как сущий мальчишка, вертелся вокруг героя и радостно что-то говорил.
В конце концов, решили идти дальше. Они помахали рукой оставшимся на той стороне, попрощались.
– Удачи!
– крикнул Ригг.
– Догоняйте!
– замахал руками Торок.
Последний раз посмотрели назад, на недостроенный мост, развернулись и пошли вверх по этой нечеловеческой Лестнице Без Перил, что висела теперь в прямо посреди неба.
19
И вновь ступени становились все уже и круче. Холодный ветер становился все сильнее, идти было трудно. Тем более, что короткий привал для полуденной трапезы на промерзших ступенях не принес облегчения. Легче всех переносили мороз Ригг с Лансом. Итернир кутался в плащ и громко жаловался на то, как ему холодно, и насколько никто его не понимает, считая, что очень весело шутит. Принц, ничего не говоря, кутался в плащ и сосредоточенно шел, сжав посиневшие губы и низко наклонив голову. Зато Крын шел с распахнутым воротом рубахи, собственно, завязки даже не были предусмотрены. От широкой груди шел густой пар, он улыбался, блистая румяными щеками, но безмятежность его глаз была все же сильно подморожена.
– Не закрывайся, - сказал, в конце концов, Ригг Итерниру, когда тот уже и болтать перестал.
– Что?
– пропустил он вопрос.
– Я ж говорю, чтоб не закрывался ты. Кутаешься, да думаешь, что мороз все одно под одежу проберется, так это боята одна. Ты боишься, вот и мерзнешь. А коль поймешь, что мороз все одно свое возьмет, отдай ему, откройся, так он тоже ж с понятием, лишнего не станет.
– Не совсем я тебя что-то понял, - затряс головой Итернир, но тут же судорожно вцепился взглядом в ставшие шириной в две стопы ступени.