Чтение онлайн

— Вон он! — завопил Рун, указывая когтистой лапой в центр подземного зала.

Мандрейк недоуменно разглядывал боевиков. Они его особенно не интересовали. Он отыскал наконец Крота Камня и потому не хотел тратить время на такие пустяки, как Рун и толпа тупоголовых боевиков. Неужели они вздумали угрожать ему? Мандрейк рассмеялся, покачал головой и, повернувшись к ним спиной, вновь устремился к Брекену.

— Он удирает! — торжествуя, завопил -Рун, и этот его крик придал смелости боевикам, пустившимся за Мандрейком в погоню. Несколько особенно ретивых кротов догнали его прежде, чем он успел добраться до кремневых ворот, и с визгом бросились в атаку. Мандрейку пришлось повернуться к нападавшим мордой; Брекен же, воспользовавшись этим, юркнул в туннель и побежал за Виолетой, решив, что обитатели данктонской системы обезумели вконец.

Мандрейк широко расставил когти правой лапы и изо всех сил ударил нападавших, убив разом трех могучих кротов. Что-что, а сражаться он умел. После этого он сделал шаг назад, сбросил со своей широкой спины еще двух противников и раздавил их тяжеленными лапами. Резкий выпад левой, и еще два крота рухнули бездыханными. Его движения выдавали в нем опытного бойца, никогда не испытывавшего горечи поражений. Со всех сторон он был окружен мертвыми и умиравшими кротами. Сделав еще один шаг назад, он вновь взмахнул правой лапой, после чего противники лишились еще двух воинов. Он язвительно рассмеялся и вдруг взревел так грозно, что у нападавших сердца, что называется, ушли в пятки, — нападать на него не осмеливался уже никто, жизнь кротам еще не надоела. Рун же не уставал призывать их к бою. Конечно, Мандрейку ничего не стоило покончить и с ним, но он вспомнил о Кроте Камня и решил предпочесть этого грозного противника расшумевшейся черни, возглавляемой жалким мерзавцем Руном.

Мандрейк приостановился у входа в туннель, заметив, что боевики хоть и медленно, но все же двинулись вслед за ним. Разглядев с обеих сторон от себя кремневые зубья, он зарычал и ударил по одному из них с такой силой, что каменный свод рухнул, перекрыв боевикам вход в туннель.

Когда пыль улеглась, Рун и его товарищи увидели белый кротовий череп, взиравший на них пустыми глазницами. Сам же скелет оказался погребенным под слоем пыли и каменной крошки.

Брекену приходилось тащить Виолету едва ли не на себе, так ему хотелось поскорее выбраться из Древней Системы, по которой носился безумный Мандрейк. Они прошли по кольцевому коридору и оказались в туннелях Брекена.

Он решил не останавливаться там и поспешил к тому выходу, который вел в сторону пастбищ. Утро выдалось серое и пасмурное, земля была мокрой от талого снега. Стоило им выбраться на поверхность, как их заметил один из боевиков, предусмотрительно расставленных Руном по поверхности всей Древней Системы. Боевики ожидали Мандрейка, и потому появление другого крота было для этого стража полнейшей неожиданностью. Брекен моментально юркнул назад, толкая Виолету перед собой; он понимал, что боевик вряд ли сразу покинет пост, и потому надеялся поспеть к другому выходу из своей системы.

То обстоятельство, что они едва не попали в лапы боевиков, сыграло позитивную роль, поскольку с этой минуты Брекен стал предельно внимательным и осторожным. Немного подумав, он решил, что им следует убраться от Древней Системы как можно дальше и найти безопасное место. Единственным известным ему безопасным местом была та нора в Болотном Краю, в которой все последнее время скрывалась Ребекка.

Об их путешествии, которое длилось целых три дня, теперь известно все, поскольку Виолета не только запомнила его на всю оставшуюся жизнь, но и смогла внятно рассказать о нем другим кротам (рассказ этот включен в «Системные Реестры», которые хранятся в библиотеках Аффингтона).

О чем Виолета никогда не говорила, так это почему, собственно, их странствие было столь долгим. Дело в том, что по малолетству она не умела быстро передвигаться и не понимала серьезности угрожавших им опасностей. Она могла умереть от переутомления, их могли заметить рыскавшие повсюду боевики, январский холод мог заморозить их до смерти, она же непрерывно изводила Брекена вопросами: «Что это еще за крот камня?», «Я устала, и вообще, куда мы идем?» или «Если тот крот был Мандрейком, то как же звали другого большого крота?». Помимо прочего, она то и дело оглашала окрестности плаксивым требовательным голоском: «Я хочу есть!»

Конечно же, все это не могло не раздражать Брекена, однако умиление детской непосредственностью Виолет было сильнее.

Боевики начали разыскивать их с того самого момента, как заметили их в первый раз. Они бегали туда-сюда, пытаясь напасть на след Брекена и Виолет. Брекену удавалось скрываться от преследователей в ложбинках и канавках, как-то ему даже пришлось спешно рыть нору, поскольку боевики приближались к ним сразу с нескольких сторон. Его выручала сверхъестественная способность (развитая во время его одиноких скитаний по лабиринтам Древней Системы) находить единственно верный путь и выбираться из самых затруднительных ситуаций. Брекен объяснял позднее свой успех тем, что ручейки талой воды смывали как их следы, так и их запах.

Итак, когда Брекену и Виолете оставалось до норы Келью совсем немного, боевики уже буквально дышали им в затылок. Одной из причин этого было то, что в их поисках решил принять участие сам Рун, оставивший Мандрейка в лабиринтах центральной части Древней Системы. Он выставил возле вершины нескольких караульных, которые должны были присматривать за Мандрейком, и поспешил вместе со всеми остальными боевиками вниз, чтобы разобраться со странной парочкой, таинственным образом скрывшейся из туннелей Древней Системы.

К тому моменту, когда Брекен наконец понял, что его появление возле норы Келью выдаст с головой Ребекку и Комфри, все подходы к ней были уже отрезаны боевиками. Единственное, что он мог сейчас сделать, это предупредить Ребекку о надвигающейся опасности.

На третий день путешествия, около полудня, Брекен и Виолета добрались до норы Келью. Боевики находились где-то совсем неподалеку, и поэтому он послал в нору Виолету, которая должна была оповестить обитателей этих сырых туннелей о его появлении, сам же залег возле входа, приготовившись к отражению атаки противника.

Виолета без колебаний направилась в глубь туннелей, надеясь на то, что ей встретится какой-нибудь добрый крот, который накормит ее червяками. При мысли об этом у нее потекли слюнки, и в тот же миг перед ней появился Меккинс, встревоженный неожиданным шумом.

— Привет, — изумленно поздоровался он. — Кто ты?

— Виолета. Я хочу кушать.

— Все понятно. Думаю, Ребекка тебя накормит.

— Он там, — сказала Виолета, указывая на вход в туннель, оставшийся у нее за спиной. — Он просил меня сказать вам об этом.