Чтение онлайн

— Мне сказали это, — прервал ее человек. — Ну так вот, я не могу дать вам керосина.

— Что? — Миссис Эллисон высоко подняла брови. — Но нам необходимо…

— После Праздника Урожая керосину мне выделяют очень мало.

Как обычно, когда она бывала несогласна со своими соседями, миссис Эллисон подумала, что городской опыт общения не помогает в деревне. Не стоит надеяться убедить сельского работника теми же средствами, что и городского. Она подбадривающе улыбнулась ему:

— Но не могли бы вы получить его еще, по крайней мере, на то время, пока мы здесь?

— Понимаете, — сказал служащий, нервно постукивая пальцами по рулю, — понимаете… я уже отправил заказ на керосин в одно место за восемьдесят километров отсюда. Я отправляю заказ в июне, как раз на то количество, которое мне нужно на лето. Следующий заказ я делаю в ноябре… и сейчас я начинаю быть более или менее точным.

— Но послушайте, — настаивала миссис Эллисон, — вы ведь могли бы дать нам совсем немного. Разве нет какого-нибудь другого поставщика?

Человек прекратил постукивать по рулю и обхватил его ладонями, готовый отъехать.

— Я не вижу никого другого, кто мог бы вам сейчас поставить керосин. Я не могу.

Машина тронулась прежде, чем мисси Эллисон успела открыть рот. Затем остановилась, и служащий глянул на нее через заднее стекло.

— А лед? — крикнул он. — Если хотите, могу вам дать его.

Миссис Эллисон в гневе помотала головой. Лед ей был не нужен. Она побежала к машине.

— Не могли бы вы попробовать привезти нам керосину на будущей неделе?

— Думаю, что нет, — ответил человек. — После Праздника Урожая это трудно.

Машина уехала. Миссис Эллисон утешала себя тем, что может раздобыть керосину у мистера Бэбкока или на худой случай у Холлов.

«Следующим летом он может каждый день предлагать мне свой керосин», — злорадно представилось ей.

И на этот раз в корреспонденции не было ничего, кроме газеты, которая случайно пришла в установленный день. Мистер Эллисон вернулся сильно рассерженным, и история с керосином, рассказанная женой, похоже, не увеличила его раздражения. Он объяснил:

— Вероятно, он придерживает его, чтобы зимой продать подороже. Что происходит, на твой взгляд, с Анной и Джерри?

Анна и Джерри — это были их дети, жившие каждый со своей семьей, один в Чикаго, другая на Западе. Их еженедельные письма запаздывали. Так запаздывали, что раздражение мистера Эллисона было справедливым.

— Они же знают, с каким нетерпением мы ждем писем от них! Это эгоистичные, бесчувственные дети.

— Ну-ну, милый, — сказала миссис Эллисон, пытаясь его успокоить.

Гневом не решить вопроса с керосином, подумала миссис Эллисон и несколькими минутами позже добавила:

— Желать писем еще недостаточно для того, чтобы они пришли. Пойду позвоню мистеру Бэбкоку, попрошу прислать керосину вместе с остальным нашим заказом.

— Они могли бы написать хотя бы по открытке, — сказал мистер Эллисон, когда она направлялась к дому.

С той же безропотной покорностью, с какой сносили они все домашние неустройства, Эллисоны терпели строптивый норов телефона. Это был настенный аппарат, нигде кроме некоторых деревень уже не встречающийся. Чтобы связаться с почтовым отделением, миссис Эллисон должна была повернуть рукоятку и позвонить один раз. Обычно эту операцию приходилось повторять многократно, прежде чем удавалось склонить телефонистку к ответу. Со смирением и каким-то отчаявшимся терпением миссис Эллисон приблизилась к телефону. Мистеру Бэбкоку, чтобы снять трубку с аппарата, расположенного за прилавком мясного отдела, понадобилось еще больше времени, чем телефонистке.

— Бакалея Бэбкока, — настороженно произнес он, обнаруживая свой недоверчивый характер.

— Это миссис Эллисон, мистер Бэбкок. Я хотела бы сделать свой заказ на день раньше, чтобы быть уверенной в том, что вы могли бы мне доставить…

— …Что вы говорите, миссис Эллисон?

Миссис Эллисон немного повысила голос. Она заметила на лужайке мистера Эллисона, повернувшего голову и бросившего ей сочувственный взгляд.

— Я говорила, мистер Бэбкок, что делаю заказ на день раньше, чтобы вы могли поставить мне…

— За заказом вы придете в магазин, — ответил мистер Бэбкок.

— В магазин?

От удивления она произнесла это своим обычным голосом.

Мистер Бэбкок, наоборот, перешел на более громкий:

— Что вы говорите, миссис Эллисон?

— Я думала, вы доставите его, как обычно.

— Видите ли, миссис Эллисон… — сказал мистер Бэбкок.

Он замолчал. Миссис Эллисон ждала, глядя на небо поверх головы мужа. Наконец, мистер Бэбкок продолжил:

— Сейчас кажу. У мальчика, работающего в магазине, вчера начались занятия в школе, и у меня никого больше нет, чтобы делать доставки на дом. Доставщик у меня бывает только летом, понимаете?

— Я полагала, вы можете доставлять заказы круглый год.

— Но не после Праздника урожая, — с твердостью ответил мистер Бэбкок. — Вы в первый раз остаетесь здесь так долго. Поэтому и не знаете, как все это происходит.

— В таком случае, — сказала миссис Эллисон, исчерпав все доводы…

И снова повторила себе: «Бесполезно относиться к деревенским жителям как к городским. Сердиться не из-за чего».

— Это действительно невозможно? — спросила она еще. — Вы могли бы, пожалуй, доставить сегодня.

— По правде говоря, миссис Эллисон, вряд ли я смогу. Не стоит труда добираться до озера из-за одного клиента.

— А Холлы? Они живут в четырех с половиной километрах от нас. Мистер Холл смог бы передать мне заказ?

— Холл? Джон Холл? — переспросил мистер Бэбкок. — Он вместе со своими уехал навестить родственников.