Чтение онлайн

— Это капец, как отвлечет тебя от всего.

— С чего бы?

— Ну, ты волнуешься, не спишь, ждешь утра, чтоб ехать на работу. Работаешь там и ждешь, чтоб ехать домой. Боишься других машин и пешеходов. Все время сконцентрирована и собрана. Некогда переживать о личной жизни!

Чем больше говорила Светка, тем меньше мне хотелось приобретать авто. Права у меня есть, но водитель я, мягко говоря, не фонтан.

Борька спокойно отнесся к моему переезду. Казалось, он считал, что мне надо время, чтоб его простить. Когда я собирала вещи, мне приходилось следить, чтобы сестра не кинулась на него драться. Уходя, я отдирала её от косяка двери и пыталась урезонить фонтан красноречия.

Через два дня я стала гордым обладателем кресла-кровати, купленной на Авито. Время шло, и я с головой погрузилась в работу, не потому что была какая-то депрессия, просто было скучно. Светка жужжала про покупку авто. Со временем я поняла, что она права. Общественный транспорт — это ужас и мрак в тишине. Последним аргументом стал дедушка-одуванчик, который беззастенчиво лапал мой зад, стоя в переполненном метро. Трясло меня потом жутко.

Прошерстив автомобильную обстановку в городе и местах моего частого появления, я пришла к выводу, что мне нужна маленькая машинка. Спустя месяц после инцидента в метро у меня появился подержанный «Мини Купер» и огромный кредит.

Как и говорила Светка, вождение делает тебя супер сконцентрированной. С начала это было жуть как страшно. Со временем я стала уверенней водить машину. Кузя, как я ласково звала свою машину, отлично слушался и нес меня по городу как по волнам.

Работа в бешеном темпе дала свои плоды, и меня пригласили в головной офис нашего холдинга в Москву. По интернету гуляет байка, что только переезд из Питера в Москву считается шагом назад. Это так. Сестра фыркала, что это глупости, что Москва большая деревня, что я буду скучать и задыхаться без Питера. Я понимала, что она права, так как люблю этот город. Приехав учиться, я осталась насовсем и ни разу не пожалела. Кстати, Светку тоже я перетащила в Питер.

Но последним аргументов в вопросе переезда стал Борька. За время нашего разлада, он достал меня вконец. Постоянно писал и звонил. Присылал цветы и конфеты. Создавалось впечатление, что человек меня совсем не знает. К цветам я равнодушна, моя мама учительница начальных классов, так что этими растениями меня не удивить. Конфеты я не люблю, в отличие от Светки. Я люблю все мучное, оставьте меня в пекарне и я потрачу треть зарплаты. Светка, кстати, отошла или это конфеты повлияли? Она стала мне тихо намекать, что все могут оступиться и совершить ошибку. Борька не плохой парень и очень сожалеет, и так далее.

Перед отъездом я ему позвонила. Договорились встретиться в кафешке на Староневском. Новость о моем переезде он воспринял плохо. Говорил, что я совершаю большую ошибку. Если честно, я впервые видела его с тех пор как собрала вещи. Все это время боялась, что не выдержу и прощу его. Почему? Потому что ужасно скучала по нему. Не только по нему, но и по нашей жизни. По его присутствию, по поцелуям и объятьям, по совместным походам в кино и магазины. По всему, чем он был для меня почти четыре года.

А теперь мы сидим как чужие люди. Я не могу себя пересилить даже прикоснуться к нему. Чувство неловкости просто убивало меня. Борька, конечно, это видел и злился.

— Если ты предложишь остаться друзьями, я тебя ударю, — сказав это, он вышел из кафе.

Сказать, что я в шоке — это мягко сказано. Борька и «ударю» — это даже не в одной вселенной.

Погрузив свои пожитки в Кузю, я прощаюсь с сестрой. Слезно просила не выбрасывать мое кресло, с намеком, что буду приезжать на выходные. Светка вытребовала с меня обещание, что буду часто звонить.

Так с ожиданием чего-то нового я отбыла из Петербурга в Москву.

Перед отъездом я получила адрес корпоративной квартиры и ключ. Мне было дано неделю на то, чтоб обжиться. По разговору с секретарем головного офиса я поняла, что квартира пустая. Мне была дана энная сумма на покупку мебели, в ответ я предоставляю чеки и остаток денег. Судя по расстоянию от офиса до нового дома, в дороге я буду проводить примерно по часу утром и столько же вечером. Меня это устраивало.

В Москве у меня жила подруга Ольга. Прибыв в Москву, я остановилась у неё. Предварительно заехав в новое жилище, я поняла, что кое-что там все же было: старинный холодильник советского производства, электрическая плита и древний коврик у порога с приветливой надписью «Добро пожаловать». Раковина была просто прикручена к стене. Отсутствие мебели объяснялось наличием неоспоримого факта: в квартире был свежий ремонт, не евро, но все же. Сантехника стояла новая.

Оля, по такому случаю, взяла отгулы, и мы забурились в Икею. Вот не знаю как кто, а я люблю шастать по Икее. Расценив приоритеты, мы весело направились за техникой в другой магазин. Приобретя стиралку и телевизор, мы штормом прошлись по мебели. Сервис это хорошо! Когда все привезут и соберут, и установят. Денег хватило впритык. В общем, неделя прошла в хлопотах и сборах. В выходные мы с подругой отмечали мое новоселье вперемешку с глажкой одежды, готовкой еды и расстановкой всяких мелочей необходимых для жизни.

На новую работу я прибыла, как солдат на присягу. Торжественно и мрачно. А все потому, что наш головной офис славился двумя фактами. Первое — это бешеный темп работы и абсолютный тоталитарный режим. Тут тебе и дресс-код с «рекомендованными» цветами, определённой высотой каблука и прочие жуткости офисной жизни. Второе — это наш генеральный. Краснов Станислав Сергеевич. 187 см шикарного породистого мужика в умопомрачительной по дороговизне упаковке. Когда он приезжал в питерский офис, это был фейерверк гормонов у женской половины коллектива. Но эту скалу никто из нашего огромного коллектива не покорил. Наш генеральный был стабилен в своем вкусе. Высокие, стройные блондинки. Где он их брал я не знаю, но менялись они с регулярной завидностью. Мы, конечно, простые смертные, им не чета.

Первый месяц работы прошел как в тумане. Я глава аналитического отдела. В этом предложении слишком много пафоса. На деле, вся информация по различным сделкам стекается в наш отдел, а мы, как хищники, рассчитываем, стоит ли овчинка выделки. Потом наша работа так же поддается оценке и уходит наверх. В моем отделе семь человек. Приняли они меня со сдержанным энтузиазмом. Мы входили в департамент аналитики, и надо мной был тоже начальник, и так дальше по иерархии вверх. Я, если честно, не карьеристка. Предпочитаю спокойно работать и достойно зарабатывать.