Летящие в сны
Шрифт:
– Пройдемте, пожалуйста, – конвоир снова появился из двери какого-то кабинета, махнул рукой, – начальник ждет.
Маленький отряд вошел в кабинет, люди расселись по креслам, Алекс почувствовал, что если посидит в этом кресле четверть часа, то обязательно уснет, потому что до этого не спал три ночи. Женечка тут же нырнула за кресла и стала перебирать блестящие предметы на полках шкафа, капитан сел ближе всех к широкому столу и посмотрел на дородного мужчину в серой форме. Юрка огляделся, увидел на стене портрет человека на фоне разноцветных полос, на всякий случай низко поклонился ему, и велел Галочке сделать то же самое.
– А вы еще на колени перед ним упадите, – фыркнул мужчина за столом.
Юрка покорно опустился на колени, думая, что еще нужно сделать, какие слова произнести, каких жестов от него ждут, человек за столом почему-то захохотал и хлопнул Юрку по спине.
– Хватит, хватит балаган устраивать, садитесь, – потребовал он, – ну… приступим. Подполковник милиции, Морозов. Разрешите… допросить. Где вы взяли оружие?
– Сделали сами, – ответил капитан.
– Что значит, сделали?
– Ну… из деталей, здесь, на фабриках.
– Ловко… С какой целью было сделано оружие?
– Уничтожать машины.
– Вот как? – человек за столом прищурился, – и с какой же целью вы уничтожали машины?
– Как это с какой целью? – капитана передернуло, – ну, после того, как машины захватили землю и истребили человечество, это уже вообще не вопрос, с какой целью уничтожать машины. Или мы их… или они нас.
– Когда это машины захватили землю?
– Ну… не знаю, это было до нашего рождения. Может, полвека назад, – капитан смутился, – не знаем. Летоисчисление прекратилось, когда была уничтожена цивилизация людей.
– Вот оно что… – Морозов посмотрел на конвоира, стоящего у входа, – они что, сумасшедшие?
– Похоже на то. Мы их когда сюда вели, я уже заметил, что они какие-то… не такие.
– Не такие… что ж ты их сюда-то привел, сумасшедшие, с оружием бегают…
– Да мы же у них все отняли… И вообще они смирные, им что скажешь, то и сделают, вы же видели…
– Ну да… Вот что, кликни там девчонок моих, пусть сюда чай принесут и поесть им что-нибудь… смотреть страшно, как из Освенцима сбежали… Ну ладно, – он снова повернулся к капитану, – как зовут?
– Капитан Стар.
– А полное имя? Ну… фамилия, имя, отчество?
– Капитан Стар. Это все…
– Все… Документы есть? Паспорт где?
– Нет. Мы же… нас тут семь человек было, так зачем нам паспорта, все друг друга в лицо знают…
Где семь человек?
Ну… на всей земле семь человек. Мы думали, больше нет, только сейчас на вас натолкнулись. Мы думали, машины всех людей истребили…
Они думали… – Морозов растерянно смотрел, как секретарша втаскивает поднос с чашками, бутербродами, пряниками, еще чем-то, на что пленники смотрят с вожделением, – вы откуда такие взялись-то?
– Не понял вопроса, – признался капитан.
– Что тут понимать? Откуда родом? Кто родители? Ну?
– Ну, вы и вопросы задаете… Кто же это помнит… То есть, конечно, были родители, само собой… Вот так же, сражались с машинами, потом погибли, мы остались… Только это давно было, мы не помним ничего… Мы тогда дети были, – признался капитан.
– Когда тогда?
– Ну… лет пятнадцать назад это было, где-то так… Я плохо помню, я тогда еще маленький был, мы пошли куда-то от дома, мы тогда в каком-то убежище жили… А тут машины напали, убежище уничтожили, за нами погнались, мы с ними сражались… Мы уже тогда с машинами сражались, у нас даже дети умеют драться… Вот тогда мы одни остались на всей земле, как только выжили…
– Да уж, – Морозов еще раз посмотрел на изможденные фигуры в креслах, – они… как из иной реальности, ей-богу. Эй, ребята, вы из какой книжки выпали?
– Из книжки? – капитан поднял голову от чашки.
– Ладно, ладно, не берите в голову, ешьте, ешьте… – Морозов осторожно потрогал острое плечо капитана, – нет, вроде, живые, настоящие… Сектанты какие-то… Буйное помешательство. Эй, Иванцов, поищи в архивах, наведи справки, может, поймем, что это за капитаны Стары такие… О-ой… Это кто такой хороший, маленький? – человек за столом выпрямился, посмотрел на Ваньку, уже успевшего забраться на стол и перевернуть календарь, – ты чей? Ты чей, а? Ваш, дамочка? Что же вы ему курточку даже не сообразите, простуженный же весь… Иди, иди сюда парень, помогать мне будешь допрос вести… Вот, на тебе, пряники-то любишь?
– Пряники… – Юрка задумался, – это же раньше на земле пекли…
– Что раньше, их и сейчас пекут…
Юрка посмотрел на Алекса, который уже дремал в кресле, и даже не дремал, а крепко спал, разморенный теплом и сытным обедом. Хотелось пнуть Алекса, нашел время спать, уж кому-кому, как не ему налаживать контакты с этим миром чужих людей, с этой общиной, или что у них там… Нашел время спать, да и остальные хороши, едят, как ни в чем не бывало… Надо же разузнать, почему они не боятся машин, эти люди, почему так удивленно поднимают брови, когда им говорят, что человечество вымерло; или, пока мы сражались с машинами, кто-то потихоньку восстанавливал мир…
Как будто читая мысли Юрки, Алекс качнул головой и проснулся.
– Я так понимаю, мы… провинились перед вами в чем-то, – сказал он, – и вы нас… арестовали. Мы что-то не так сделали.
– Да уж, есть маленько, – согласился Морозов.
– Но… что мы сделали?
– То и сделали. Что двадцать пять лет или сколько там разрушали технику на универсальном комбинате. Люди, значит, здесь, работали, варили сталь, делали машины, оружие, самолеты, стройматериалы всякие… Ну, это у директора спрашивать надо, что они там еще делают… А вы все портили.
– Вы хотите сказать… Что эти машины служили людям?
– Убытки предприятию на миллионы… Однако же.
– Товарищ подполковник, мы нашли, – два человека вошли в кабинет, размахивая листами белой бумаги.
– Что нашли?
– Нашли… Двадцать пять лет назад здесь на территории завода пропали десять детей… пропали без вести, шесть мальчишек, четыре девочки… Тогда их так и не нашли, решили, что они погибли. Тут же машины автоматические, там руку на конвейер сунул, и все…
– Десять… Но их только пять, если не считать детей.