Лгунья
Шрифт:
Некоторое время Ранхаш лежал на спине и широко раскрытыми глазами смотрел на скрытый в полутьме потолок. В ушах гудело, ныл ушибленный затылок. Затем пелена беззвучия начала таять, и мужчина услышал усиливающийся топот, крики, женские визги и лошадиное ржание. Последнее было наполнено невыносимым страданием.
Шидай!
Мысль о лекаре пронзила его насквозь. Он был в карете!
Перекатившись на спину, Ранхаш быстро вскочил на ноги и бросился прочь из кабинета.
Когда он выскочил на улицу, место происшествия уже окружила толпа. Жители спешили с ведрами, надеясь затушить пожар прежде, чем он перекинется на дома. Перевёрнутая и разломанная карета пылала. Пробившись сквозь толпу ближе, Ранхаш увидел лежащих в лужах крови лошадей и возницу. Последний был уже мёртв. Чуть в стороне лицом вниз лежал один из всадников, его конь, поджимая повреждённую ногу и сверкая налитыми бешенством глазами, пытался вырвать повод у двух мужчин. Остальные сопровождающие отделались незначительными ранами и переломами и даже пытались оттеснить напирающую толпу. С другого конца улицы уже торопилась стража, а из сыска вслед за хареном выскочил заспанный Варлай, которому полагалось встретить экипаж.
Ранхаш яростно пробился вперёд, уклонился от тычка не признавшего его сопровождающего и метнулся к горящей карете. Её колеса и днище пылали так, что подступиться было решительно невозможно. Харен сгрёб за грудки одного из всадников и рявкнул:
— Шидай был там?!
— Да, господин, — поморщился оборотень, зажимая рану на лбу. — Он и девушка сели в экипаж…
Ранхаш отбросил его от себя. Сейчас судьба девушки была неважна. Он обежал карету вокруг и, прикрыв лицо, бросился в гущу дыма. Кто-то смышлёный успел окатить его водой, заодно притушив часть огня.
Добравшись до разломанной крыши, оборотень попытался присмотреться, но сквозь огонь и чад ничего разглядеть не смог.
— Держи, парень! — какой-то оборотень в исподнем белье впихнул Ранхашу в руки ведро и опять бросился к колодцу.
Ранхаш выплеснул воду прямо в каретное нутро. На одно краткое мгновение вода заставила дым расступиться и уняла жадное пламя, впившееся в обивку сидений, и оборотень увидел, что экипаж пуст. Уже в следующий миг вверх взметнулось облако пара, а огонь, высушив жалкую для него лужу, опять охватил сиденья.
Сильные пальцы вцепились в локоть харена, и его выдернуло на свежий воздух.
— Вы с ума сошли?! — разъярённо уставился на него Варлай и осёкся, увидев непривычно взбешённый взгляд харена.
— Их нет там! — процедил сквозь зубы Ранхаш. — Нет!
— Твою мать… — только и выдохнул парень и отпустил начальника.
Прикрыв глаза, Ранхаш попытался успокоиться. Было бы хуже, если бы он обнаружил труп Шидая. Так ещё есть вероятность, что он жив. Но где он? Не сдержавшись, Ранхаш зарычал и оскалился, напугав своей несдержанностью Варлая. Эта девчонка не зря молчала. Она знала, что её вытащат. Знала! Если по её вине что-то случится с Шидаем, он лично подарит ей самую ужасную смерть!
— Господин, может, вам выпить? — нерешительно предложил парень. — Воды? И давайте зайдём, а то вы мокрый и без плаща…
— Потушить это, оцепить здесь всё! — приказал харен набежавшей страже. — И без моего разрешения никого не подпускать! Разошлись, живо!
Испуганная толпа отпрянула в разные стороны, и Ранхаш быстро направился обратно к сыску. Но, не дойдя до него, оборотень остановился и разъярённо рявкнул:
— Рладай! Живо ко мне!
Словно из пустоты к нему шагнул высокий черноволосый мужчина, закутанный в плащ, и степенно поклонился харену.
— Господину что-то угодно?
— Собери наших и позови на помощь всех, кого сможешь, — отрывисто приказал Ранхаш. — Подними этот город на уши, но найди мне Шидая и эту девку!
Рладай посмотрел налево и кому-то кивнул, после чего вернул внимание харену.
— Мы уже начали. Позвольте предложить вам плащ и лошадь? — с этими словами оборотень снял собственный плащ и протянул его Ранхашу.
Тот накинул предложенное прямо поверх мокрой одежды и решительно направился в указанную сторону.
— Мне-то что делать? — с отчаянием вопросил Варлай, провожая взглядом удаляющиеся фигуры.
Глава 25. Разборки
— Идиоты! — рявкнула Майяри, вертя в руках вышиваемую Шидаем куртку.
Одноклассники, все трое, понурив головы, стояли напротив неё, выстроившись в одну линию. Лица у них были смущённые и виноватые одновременно. Чуть в стороне мялась, пряча глаза, Рена, облачённая в мужской костюм и оттого очень похожая на мальчика. Её Майяри старательно игнорировала: девушка вызывала у неё непонятные, но неприятные эмоции. А вот Виидаша Майяри едва не испепелила разъярёнными взглядами. Барс, прижимаясь брюхом к заснеженной мостовой, старательно прятался от неё за колесами кареты.
— Как ваши пустые головы вообще до этого додумались? — девушка взмахнула курткой как кнутом.
— Ну раз додумались, значит, не пустые, — резонно заметил Мадиш.
— Такие идеи только дурным ветром в пустые головы надувает! — прошипела Майяри, угрожающе наступая на парня.
Она была так зла, что отступило даже недомогание. Наоборот, теперь она ощущала невероятный прилив сил и была готова гонять парней по площади, где вынудила их остановиться, и беспощадно лупить щедро одолженной господином Шидаем курткой.
— Да ещё провернуть умудрились! — ярилась «спасённая». — Живо рассказали, как сотворили это!
Эдар плечом выпихнул вперёд Лироя, и тот с опаской уставился на Майяри. На памяти парней она всегда вела себя сдержанно, злясь только на Виидаша и гоняя только его. А тут они и сами оказались на его месте.
— Да там не так сложно было, — нерешительно пробормотал парень. — Рена одолжила у своего дяди несколько кристаллов ложного облика, тифрити и так, кое-что по мелочи. Он у неё уважаемый артефактчик и делает амулеты и артефакты под заказы армии и городской стражи. Так что у него этого добра навалом.
— Кристаллы ложного облика и тифрити запрещены! — Майяри прошипела это тихо, но так высоко, что парни зажмурились.
— Но он же делал их под заказ государства, — попытался унять её гнев Эдар.
— Зато вы использовали их не на пользу стране! — рявкнула девушка и уставилась на Рену. — Ты-то зачем в это ввязалась? Или глупость Виидаша заразна?
Побелевшая девчонка быстро взглянула на неё и затравленно опустила глаза, явно терзаясь не похищением, а чем-то другим. Майяри испытала острый прилив собственной ущербности. Мало того, что эта девочка вышла замуж за её жениха, так ещё и осмеливается испытывать вину за это! Майяри поспешила перевести взгляд на Лироя, молча требуя его продолжить. Но продолжил Мадиш.