Чтение онлайн

Госпожа Лоэзия едва заметно вздрогнула, и явно не от холода: на скулах проступил чуть заметный предательский румянец.

— Господин Ранхаш, вы, как всегда, очень заботливы, — улыбнулась девушка.

— Мой долг — окружить вас заботой и вниманием, — на губах харена тоже появилась вежливая улыбка. — Всё же я не самый хороший жених и должен оказывать вам большее почтение за ваше терпение. Увы, я не смогу пробыть у вас слишком долго. Вы были правы, заметив, что я очень занят. Надеюсь, вы сможете меня простить.

— Конечно же. Я понимаю, какая ответственность лежит на ваших плечах. Но неужели вы даже не присядете?

— Прошу прощения, но я хотел только убедиться, что с вами всё в порядке. Дорога не принесла вам беспокойства?

— Спасибо, мы прекрасно добрались. А как ваше здоровье? — госпожа Лоэзия обеспокоенно посмотрела на его ногу.

— Я уже полностью здоров, — заверил её Ранхаш, чем заслужил недовольный взгляд Шидая. — Приношу свои извинения, но мне уже пора.

Госпожа Лоэзия едва смогла удержать улыбку. Губы её дрогнули, а в глазах мелькнуло разочарование, но более она ничем не выдала своих чувств.

— Позвольте проводить вас. Диэна, Элда, я сейчас вернусь.

— Конечно, дорогая, — улыбнулись ей подруги.

Едва Лоэзия вышла вместе с гостями, как девушки склонились друг к другу и зашептались.

— Какая завидная партия! — с лёгкой завистью выдохнула брюнетка. — Породниться с Вотыми не так легко. У мужчин этой семьи просто отвратительный вкус на женщин! Вечно они выбирают каких-то бродяжек. Господин Ранхаш в этом отношении куда разборчивее.

— Ну не скажи, — не согласилась её рыжая подружка. — Я бы предпочла выйти замуж за влюблённого в меня простого воина, чем за господина Ранхаша.

— Элда! — потрясённо выдохнула брюнетка.

— Нет, ну посмотри, как они обращаются друг к другу! — почти с возмущением заметила Элда. — Господин… госпожа… Разве так невеста и жених должны относиться друг к другу? Где тепло? По крайней мере со стороны господина Ранхаша. Ты вообще слышала, что он ей сказал? «Мой долг — окружить вас заботой и вниманием». Мне бы не хотелось, чтобы мужчина приходил проведывать меня только из чувства долга!

— Ты просто завидуешь, — решила Диэна, одаривая подругу высокомерным взглядом. — Главное в браке — это взаимное уважение. Уважение же проистекает из равного происхождения супругов, одинаковых взглядов на мир и достойного, соответствующего их статусу поведения.

— Говоришь, как по написанному, — презрительно поморщилась Элда. — Но…

Лоэзия стояла за чуть приоткрытой дверью и стискивала хорошенькие пальчики в кулаки. Она изо всех сил старалась удержать на лице бесстрастное выражение, но сердце в груди металось в смятении. Глубоко вздохнув, девушка постаралась убедить себя, что всё хорошо. Господин Ранхаш не способен дать ничего, кроме внимания и уважения, но всё это достанется только ей.

Улыбнувшись, девушка толкнула дверь и вошла в гостиную, чтобы принять от своих подруг заверения в том, что ей необычайно повезло.

Майяри покинула трапезную именно в тот момент, когда у её класса закончились занятия с мастером Лодаром. Вспотевшие парни, весело переговариваясь между собой, шли к учебному корпусу, закинув свои полушубки на плечи. Майяри слегка поёжилась, глядя на распахнутые вороты рубашек и влажно блестящие шеи. И позавидовала горячести оборотней.

Игнорируя насмешливые взгляды и улыбки, девушка присоединилась к группе и тут же налетела на белобрысого парнишку. Точнее, это он на неё налетел. Причём судя по брошенному исподлобья взгляду, отнюдь неслучайно.

— Осторожнее, — спокойно попросила Майяри.

— Это ты мне? — парень хмыкнул и вопросительно вскинул брови. — А не тебе ли стоит быть осторожнее, а?

Майяри остановилась и прямо уставилась на оборотня, давая ему возможность сказать всё, что он хочет. Другие одноклассники тоже остановились и теперь с любопытством — а Брет и с беспокойством — пялились на них.

— Мне? — переспросила Майяри больше для того, чтобы подтолкнуть парня к продолжению.

— Недавняя преступница, теперь якобы свидетельница, потерявшая память… Словно нас всех за идиотов держат! — выплюнул оборотень.

— Преступница? — левая бровь Майяри чуть удивлённо приподнялась. — А меня уверяли, что я подозреваемая.

— Нас тоже, — парень подступил к ней вплотную и, вытянув шею, медленно прошипел: — Только дураков здесь немного. Поэтому будь осторожна. Один неверный шаг, и никакая стража тебя не спасёт.

Майяри окинула его задумчивым взглядом. На них сейчас направлена пара десятков взглядов, и через час подробности их разговора будут известны всей школе. А какими будут подробности? То, что она испуганно отступила и спрятала глаза? Майяри едва не фыркнула. В этом случае травля ей обеспечена. Вцепиться смельчаку в глотку? Будут опасаться, но несильно. И это даст повод к дальнейшим стычкам, но уже с другими учениками. А это утомительно.

Парнишка был немного, но ниже её ростом и рядом с остальными парнями выглядел откровенно мелковато. Кроме этого, ему не повезло и с телосложением: щуплый, узкоплечий, тонкокостный. Столь слабосильный внешний вид наверняка давал повод для многочисленных насмешек, что объясняло его скверный характер. Но природе словно было мало всего перечисленного, и она наградила оборотня по-женски смазливым личиком: тонкие изящные черты, миндалевидные светло-голубые глаза, точёный нос и не очень полные, но и не очень тонкие губы. И россыпь веснушек на скулах совсем не придавала ему мужественности.

Но смотрел Род дерзко, с вызовом. Растрёпанные волосы торчали как петушиный гребень, а перекошенный ворот придавал ему нагло-хулиганистый вид. Майяри подумала, что мастер Дагрен наверняка мучается со своим бедовым племянником, который так неразумно лезет в неприятности. Подойти к возможной преступнице с такими наглыми речами… Смел он явно не от большого ума.

— Нас всех хотят уверить, что ты — бедная овечка, попавшая в беду, — презрительно скривился Род, — но кормят таким откровенным бредом, что даже идиоту понятно: тебя просто кто-то отмазывает. Всем известно, что год назад ты бежала от стражи. Прямо с территории школы бежала. На глазах у многочисленных свидетелей. Невиновные так не бегают. А сейчас объявляешься, словно ничего и не было.