Чтение онлайн

Глава 3.

В которой герой понимает, что не догнал удачу, а убежал от неё.

Поутру мой пыл не иссяк. Хотя разрозненные и противоречивые мысли бродили в моей голове. Возможные перспективы виделись мне уже не в столь радужном свете, нежели чем совсем недавно. Пусть даже Алита ответит взаимностью на моё чувство, что я тогда смогу ей предложить? Выйти за меня замуж и отбыть к моему месту службы на далёкий аванпост, а затем ближайшие десять лет скитаться вслед за мною из одной системы в другую? Бросить свою семью, близких и влиться в дружную семью Федерации? Или, может, это я по её представлению должен буду предать свою родину ради любви? Этот вариант совершенно невозможен, а если это так, то вправе ли я просить её поступить таким образом? Да и вообще, каково моё место в их наследной иерархии? Боюсь себе даже представить.

И тем не менее несмотря на всё это я был полон решимости действовать согласно принятого мною вчера плана. Я должен сказать Алите о том, что люблю её, быть честен с нею и принять её ответ как должное, каким бы горьким он не был.

После завтрака, во время которого Алита заметив моё состояние, справилась нездоровиться ли мне, я предложил ей ненадолго повременить с шоппингом, совершив до этого небольшой променад на прогулочной палубе. Алита легко согласилась с моим предложением, не выказав никакого удивления или недовольства.

На этот раз мы не стали останавливаться сразу у первой попавшейся нам скамьи. Херминия дипломатично отстала от нас, предоставив нам возможность побыть вдвоём. Я провёл свою спутницу почти до самого выхода с палубы, не дойдя, наверное, шагов пятидесяти до следующей двери, ведущей, как я помнил, к спортивному залу и бассейну. Остановив свой выбор на достаточно уединённой от посторонних глаз и утопающей в цветущей зелени скамейке, показавшейся, на мой взгляд, как можно лучше соответствующей моей цели, я предложил Алите присесть.

До нашей встречи у меня уже имелся пусть и не очень большой опыт общения с противоположным полом. Часто для быстротечных, необременительных отношений с моими знакомыми девушками не требовалось вовсе никаких признаний. Никогда прежде я не испытывал такого смятения и нерешительности. Собравшись с силами, я начал было говорить, но слова давались мне с трудом, я всё время сбивался, и мне казалось, что я говорю не то, не о том и не так. Я лепетал ей что-то про гигантскую пропасть, разделяющую нас, сердечные муки, родственные души и прочее в том же роде неизменно сентиментальное, избитое и глупое.

Алита сносила мои сумбурные речи стоически, ни разу не прервав меня. Глядя вниз она мило склонила свою головку слегка в сторону и носком туфельки вычерчивала на пластиковой дорожке незримые фигурки. Её профиль не выражал абсолютно ничего, и я тщетно силился понять, какие мысли сейчас витают в её голове. Прервали мой монолог сначала раздавшаяся со стороны двери нечленораздельная речь, звучащая неподобающе громко для данного места, а затем приближающийся грузный топот. Прежде уже знакомая мне гримаса раздражения появилась на лице Алиты. Решительно встав, она вышагнула из укрывавшей наше пристанище листвы и в негодовании вскричала на своём родном языке. Я тут же последовал за Алитой. Коммуникатор послушно, как всегда негромко и безэмоционально перевёл вслед за ней:

– Вы что себе позволяете?! Как Вы посмели появиться здесь?!

Игнорируя пышущую гневом Алиту, мимо нас в быстром темпе проследовали двое низкорослых мужчин, которых я раньше не видел среди сравнительно небольшого и уже примелькавшегося мне общества туристов первого класса. Поразительно, подумал я, как эти два пассажира бизнес-класса смогли миновать все столь тщательно предпринимаемые на судне меры предосторожности и пробрались на запретную для них территорию.

Стоило мне поравняться с Алитой, выйдя из скрывавшей меня прежде от их глаз зелени, ближайший к нам мужчина заметил меня и закричав своему напарнику: "Здесь офицер!", неожиданно направил в мою сторону непонятно откуда взявшийся в его руке пистолет. Тут же незамедлительно раздался хлопок выстрела, и меня сильно ударило в правое плечо, следом практически одновременно прозвучали два выстрела, сливаясь в единый звук. Оцепенев от шока, почти не чувствуя боли, я медленно отмечал разворачивающиеся вокруг меня события, воспринимая их отстранённо будто зритель в головизионной зале. Как только мой противник направил на меня пистолет, Алита инстинктивно отшатнулась от него, сделав шаг назад, тем самым невольно перекрыв линию огня второму стрелку, метившему в меня. Его пуля попала ей в голову и дёрнувшись тело Алиты опало на пол. Третьим стрелком была Херминия, не успев на какую-то долю секунды, она на бегу разрядила своё оружие в спину убийцы Алиты и с разбега ударила его тело ногой в сторону последнего оставшегося в живых негодяя. Но мне всё это было безразлично. Не глядя на них я присел к лежащей на боку Алите и бережно взял её голову в свои руки. Глаза её были широко распахнуты, но не видели меня. На её милом и дорогом мне лице застыло выражение крайнего изумления, не испуга, нет, именно изумления от невозможности происходящего. Я попытался убрать ей с лица волосы, но лишь измазал её в крови. Сзади раздался сдавленный вскрик, затем неприятный хруст и шум борьбы прекратился. Подскочившая ко мне Херминия быстро взглянула на рану Алиты для верности приложила пальцы к жилке на её шее, после чего не мешкая отстранилась и подхватив валяющийся рядом пистолет протянула мне его рукоятью вперёд сопроводив своё действие словами:

– Рука действует? Стрелять сможешь?

Всё ещё баюкая в своих руках голову Алиты, я непонимающе уставился на неё. Херминия ничего не ответила мне, заткнула пистолет себе за пояс и схватив меня под здоровую руку с неожиданной для её комплекции силой, рывком потянула меня вверх.

– Вставай и быстро уходим.

Подчиняясь её воле, я поднялся, но мой взгляд по-прежнему был прикован к раскинувшемуся на палубной дорожке телу любимой.

– А как же Алита?
– хрипло вырвалось из моей груди.

Хлёсткий удар, по щеке который нанесла Херминия, несколько отрезвляюще подействовал на меня.

– Очнись, чёрт бы тебя побрал, слюнтяй и бежим отсюда!
– закричала она.

Цепко схватив мой левый локоть, она потянула меня вслед за собой в сторону дальнего прохода и мы побежали, по пути распугивая своим видом туристов, с любопытством поспешающих к месту пальбы.

Мы беспрепятственно покинули прогулочную палубу. Задержавшись у выхода Херминия дождалась, когда вслед за нами сойдутся двери и выбила ногой декоративную панель прикрывающую блок управления переборкой, после чего выстрелила в оголившиеся электронные внутренности. Раздался щелчок, но выстрела не последовало. Однако её это ни на миг не остановило, она даже не стала менять пистолет, просто левой рукой ударила снизу по магазину, и сноровисто передёрнув затвор, повторила попытку, оказавшуюся на этот раз удачной. Запахло горелой изоляцией. Я в тупом оцепенении наблюдал за действиями этой странной девушки, без удивления констатируя про себя её поступки. Кроме прочих странностей я также отметил, что Херминия свободно говорит на моём родном языке и, опять же, в тот момент это не поразило меня.

Заблокировав электронику двери столь варварским, но действенным способом Херминия опять протянула мне трофейный пистолет и, на этот раз, я рефлекторно схватил его. Удовлетворённая моей ответной реакцией она мельком бросила взгляд на моё плечо и сказала:

– Дешёвая распечатка, ещё пара выстрелов и всё, - затем наставительно добавила, - Бестолку не стреляй и зажми рану левой рукой.

Удостоверившись, что я беспрекословно выполняю её команды, Херминия развернулась в явном намерении двигаться вниз по направлению к жилым ярусам.

Только здесь я начал выходить из ступора и остановил её своим криком:

– Стой! Лазарет там, - и я, мотнув головой в сторону медблока, уже собрался было следовать указанным мною курсом.

– Да чтоб тебя!
– выругалась Херминия.
– Начинай уже соображать, к спаскапсулам и живо.

В этот момент корабельный интерфейс погас.

– Началось, - вслух отметила это Херминия, хищно ухмыльнулась и, не мешкая более ни секунды, устремилась вниз по лестничному пролёту, не думая я машинально развернулся и потрусил вслед за ней.