Чтение онлайн

Менеджер по обслуживанию вечеринок и сорок его подчиненных могли работать на кухне в одной упряжке с мистером Хэчеттом и персоналом особняка, не создавая ощущения толчеи. Размеры кухни позволяли без всяких проблем накормить пришедшие на обед три сотни гостей. Фрик видел такое неоднократно, но не переставал удивляться.

Если бы два, даже три обычных человека решили отыскать Фрика на кухне, он бы посчитал, что у него неплохие шансы остаться ненайденным. Но миссис Макби не следовало причислять к обычным людям.

Затаив дыхание, он буквально видел, как она принюхивается к воздуху кухни.

Фрик похвалил себя за то, что не включил свет, хотя она, конечно, учуяла запах свежей воды в одной из раковин.

Шаги.

Фрик едва не вскочил, чтобы добровольно сдаться на милость победителя. Все лучше, чем ждать, когда тебя найдут, как мелкого воришку, голого по пояс и определенно нашкодившего.

И только потом понял, что шаги удаляются.

Еще через мгновение услышал, как хлопнула дверь кладовой.

Шаги сменились тишиной.

Потрясенный и где-то огорченный тем, что и миссис Макби может дать слабину, Фрик задышал вновь.

Какое-то время спустя подкрался к двери в коридор, приоткрыл ее. Прислушался.

Услышав далекий шум служебного лифта, Фрик понял, что миссис и мистер Макби спускаются в нижний подземный гараж. И скоро отбудут в Санта-Барбару.

Подождал несколько минут, прежде чем решился прошмыгнуть из кухни в прачечную, расположенную в западном крыле, где находились и апартаменты четы Макби.

Если кухня была гигантской, то прачечная всего лишь огромной.

Ему нравились запахи этого места. Стиральный порошок, отбеливатель, крахмал, еле уловимый запах горячей хлопчатобумажной ткани под паровым утюгом.

Фрик с удовольствием поносил бы второй день те же джинсы и рубашку. Но опасался, что мистер Трумэн это заметит и спросит, в чем причина.

Миссис Макби заметила бы сразу. И тут же начала бы выяснять, с чего такая неряшливость.

Мистер Трумэн в таких вопросах не мог тягаться с миссис Макби. Но он многие годы прослужил в полиции, а потому не мог не обратить внимания на грязную, мятую одежду, которую Фрик носил и днем раньше.

Конечно, казалось маловероятным, чтобы что-то злобное и склизкое поджидало Фрика в его комнатах, но, если и поджидало, ему не хотелось узнавать об этом с самого утра. Вот он и не собирался подниматься на третий этаж, чтобы переодеться.

Понедельник был в поместье прачечным днем.

Миссис Карстерс, горничная и по совместительству прачка, за один день простирывала все грязное и наутро возвращала чистое белье и одежду членам семьи и сотрудникам, живущим в поместье.

Фрик нашел отглаженные синие джинсы, брюки и рубашки, вывешенные на специальной тележке, похожей на ту, которая используется в отелях для перевозки багажа. Аккуратно сложенное белье и носки лежали на дне тележки.

Густо покраснев, чувствуя себя извращенцем, Фрик разделся прямо в прачечной. Надел чистые майку и трусы, джинсы и клетчатую сине-зеленую байковую рубашку, скроенную как гавайская, чтобы носить навыпуск.

Перед тем, как бросить старые джинсы в корзину с грязным бельем, достал из них бумажник и сложенную фотографию.

Довольный тем, что в столь жестких условиях сумел облегчиться, помыться и переодеться, Фрик вновь вернулся на кухню.

Вошел осторожно и, наверное, не удивился бы, увидев поджидающую его там миссис Макби, которая встретила бы его словами: «Ага, дружок, неужели тыдействительно думал, что меня так легко провести?»

Но она уже ехала в Санта-Барбару.

В кладовой Фрик нашел тележку с двумя полками. Двинулся по кухне, загружая в тележку то, что могло понадобиться ему в глубоком и тайном убежище.

Хотел взять шестибаночную упаковку коки, но вкус теплой колы ему не нравился, поэтому он взял четыре банки апельсиновой газировки «Стюартс диет», которая и при комнатной температуре сохраняла отменный вкус, а также шесть бутылок воды по двенадцать унций [50] каждая.

Положив в тележку несколько яблок и пакетик претцелей [51] , осознал свою ошибку. Прячась от психически ненормального убийцы с органами чувств, такими же чуткими, словно у вышедшей на охоту пантеры, есть «шумную» еду все равно что во весь голос распевать рождественские песни.

Фрик заменил яблоки и претцели бананами и пончиками в шоколаде, добавив пяток батончиков из гранолы [52] . Положил в тележку и несколько пластиковых пакетов с герметичной застежкой для банановых шкурок. Оставленные на открытом воздухе, шкурки, темнея, источали сильный запах. Согласно фильмам, каждый серийный убийца отличался более острым, чем у полка, нюхом. Так что банановые шкурки могли стать причиной смерти Фрика, если не складывать их в герметично закрывающуюся емкость.

К пакетам добавился рулон бумажных полотенец. Несколько пачек влажных салфеток. Даже в убежище хотелось оставаться чистым и аккуратным.

Из буфета, заставленного контейнерами «Раббимейд» [53] , он взял парочку объемом в кварту [54] , из мягкого пластика с наворачивающейся крышкой. Им предстояло заменить библиотечную пальму.

Мистер Хэчетт, глубоко психически неуравновешенный, наполнил кухню невероятным количеством ножей. Их было как минимум в десять раз больше того количества, которое потребовалось бы персоналу особняка, если бы все они решили уйти с работы и переквалифицироваться в ножебросателей на ярмарочных шоу. Ножей, лежащих на трех настенных полках и в четырех ящиках, с лихвой хватило бы для того, чтобы вооружить все население богатого кокосами государства Тувалу.

Поначалу Фрик выбрал мясницкий нож. Длиной лезвия он не уступал мачете. Его вид внушал уважение, но и весил нож немало.

Поэтому он взял другой, поменьше размером, с лезвием в шесть дюймов, вздернутым кверху острием и достаточно острый, чтобы разрезать человеческий волос. Впрочем, при мысли о том, что придется резать человека, Фрику стало не по себе.

Он положил нож на нижнюю полку тележки и прикрыл полотенцем.

На тот момент он вроде бы забрал из кухни все, что хотел. До возвращения в Палаццо Роспо мистера Хэчетта, который занимался закупками и, несомненно, сбрасывал кожу, меняя ее на чешую, оставались еще многие часы, но Фрику хотелось как можно скорее покинуть владения шеф-повара.