Чтение онлайн

Домовладелица брезгливо морщится и упрямо скрещивает руки под соблазнительной грудью.

— Просто вынеси, кретин! Я спешу!

Улыбка сползает с моего лица.

— Зайди. Сейчас же.

Навык "Приказ" активирован!

Время действия: 14:59…14:58…

— Ты должна научиться сама зарабатывать деньги, вот ключи от твоего собственного доходного дома. Покажи, на что способна! — говорит воодушевленный отец и выставляет Алексу вместе с вещами на улицу.

Хорошенький подарок на совершеннолетие. Повезло, что отец хотя бы продолжает оплачивать учебу в художественном колледже, куда сам и устроил свою дочь.

В целом, с момента начала самостоятельной жизни для Алексы ничего не меняется. Доходный дом, пусть старый и разваливающийся, обеспечивает прежний образ жизни тусовщицы. Хотя кое-что все таки меняется.

Во-первых, Алекса находит себе парня из влиятельного и богатого рода. Во-вторых, она начинает ненавидеть нищих бездельников. Таких, как Константин Домин.

Вечные задержки с оплатой аренды. Вечно неопрятный. Вечно расслабленный. Вечно с прямой спиной.

Ни грамма почтения, ни покорности, ни слова лести, которыми простолюдины обычно омывают аристократов в надежде на благосклонность и подачку пожирнее.

Вместо всего этого вечно холодный, местами снисходительный или раздражительный взгляд. Будто Домин имеет дело не с высокородной леди, а с маленьким ребенком, которому простительна известная доля глупости, а за излишнюю наглость хочется выпороть.

Так на Алексу смотрел только отец.

Во время каждого визита Цензори к Домину ее не покидает ощущение, что от того, чтобы задрать ей юбку и действительно выпороть, парня удерживает только один неоспоримый факт.

Алекса может в любой момент вышвырнуть его на улицу. Где он ни за что не найдет вариантов дешевле, чем текущий.

Алекса понимает это и пользуется во всю. Каждый раз она подчеркивает бедность Домина, указывает на его несостоятельность, как мужчины, и всячески унижает. Это приносит аристократке небывалое удовольствие. Возможно, все из-за непростых отношений с ее новым парнем, а, быть может, из-за того взгляда, которым Домин похож на ее отца.

Как бы там ни было, сегодня Алекса тоже собиралаась получить новую порцию удовольствия. Небольшую, ведь она спешила на свидание со своим парнем.

Но тогда почему Алекса заходит в квартиру к Домину, в эту вонючую холостяцкую берлогу? Почему она вообще слушается его слов?

— Итак, ты хочешь моих денег, — откинувшись на диване, говорит Домин. — Объясни, зачем.

Цензори распахивает рот, чтобы выплюнуть очередное оскорбление, но тут же затыкается. Что-то в Домине изменилось.

Взгляд, поза, голос… одним своим присутствием Домин источает подавляющую силу. Ощущение, будто Алекса гость в собственном доме. Даже хуже.

Она, наследница богатого рода, дочь известного на всю империю модельера и дизайнера, обеспеченная и независимая девушка чувствует себя антилопой, судьба которой всецело во власти встреченного ею льва по имени Константин Домин.

Проглотив ком в горле, Алекса берет себя в руки и привычно встает в позу.

— Это мой дом, моя квартира. Ты здесь живешь. Еще нужны причины?

— Хороший аргумент, не поспоришь, — Домин разводит руками и нагло ухмыляется. — Но я попробую! Что насчет стоимости? Четыреста было за глаза, а шестьсот эта холупа на десять квадратов точно не стоит. Куда уходят остальные деньги, Алекса?

— Не твое собачье дело! — упрямится аристократка.

Потребовать, как и подобает, почтительного обращения Алексе почему-то не хватает духа.

— Может, на вывоз мусора? Нет, вон валяется! — как ни в чем не бывало продолжает нагло ухмыляющийся Домин. — На благоустройство двора? Так двора и нет давно, сорняки да кусты. Дорога раздолбана, плесень по дому, ступени проваливаются…

Улыбка сползает с лица Домина, что-то меняется в голосе:

— Куда уходят мои деньги, Алекса?

Девушка косится на входную дверь, но нечто вроде страха слуги перед господином сковывает ее тело.

Она должна ответить. Она должна ответить. Она должна ответить. Она должна ответить. Она должна…

— Н-на одежду… брендовую… сумочки, туфли, косметику…

Алекса облегченно выдыхает. Чем больше она говорит, тем тише становится этот навязчивый голос.

— На рестораны, ночные клубы, на…

Похоже, чтобы заткнуть этот противный голос, придется сказать всю правду:

— На свидания с моим парнем и… л-любовные… отели… — девушка заливает краской и прячет взгляд. — Просто он живет с друзьями и…

Осознав, что оправдывается перед каким-то простолюдином, Алекса вскидывает подбородок и скрещивает руки под своей гордостью: грудью пятого размера.

— Я вообще не хотела этот чертов дом! От него сплошная головная боль! Но мой любимый папочка, — ехидно подчеркивает девушка, — подарил его мне на день рождения, затем вышвырнул на улицу и сказал, чтобы я выкручивалась сама! Вот я и снимаю сливки! В чем я виновата?

От такой внезапной исповеди Алекса смущается еще больше. Что Домин о ней подумает? Очевидно, слабачка, которая без своего отца ни на что не способна…

Стоп, а почему Алексу вообще интересует, что о ней подумает какой-то плебей?

— Думаю, ты ни в чем не виновата.

Алекса бросает на нищего бездельника изумленный взгляд. Вот уж от кого она не ожидала услышать сочувствия.

— Ты всего лишь делаешь, что хочешь, — ухмыляется Домин. — Я сам такой же. Однако ты пыталась нажиться на мне. За это ты должна быть наказана!